Страница 57 из 75
— На связи, — Сергей Викторович отключился.
Я положил трубку и какое-то время смотрел в окно. Вторник, значит. Выходит, это последние спокойные деньки. Даже представить не могу, чем обернётся эта проверка для меня лично.
Но я знал, на что шёл. И голос меня тоже предупреждал.
После приёма я отправился проверить Алису Дмитриевну и столкнулся там с Виталиком. У самой Алисы сидел пациент.
— Я направил, — торопливо пояснил мне Виталик. — Мужчина, пятьдесят два года. Жалобы на перебои в сердце и странную одышку при подъёме по лестнице. Я думал, стенокардия, а ЭКГ ишемию не показывает. Вот и решил проконсультироваться.
— Правильно, — кивнул я. — Давай послушаем.
Алиса тем временем внимательно опросила, потом осмотрела пациента и взяла его свежую плёнку ЭКГ. Пробежалась по ней взглядом, я встал за её плечо и тоже рассматривал плёнку.
— Вот здесь, — она указала на комплекс QRS. — Видите? Небольшое уширение, больше ста двадцати миллисекунд. Укороченный интервал PQ. И вот здесь дельта-волна. Синдром Вольфа-Паркинсона-Уайта.
Виталик подскочил и принялся смотреть на указанное место.
— Точно! — воскликнул он. — А я думал, просто вариант нормы. Дельта же едва заметна.
— Едва, но есть, — кивнула Алиса. — Её часто пропускают, особенно если смотрят только на сегмент ST и ищут ишемию. А смотреть надо на всю плёнку целиком. При нагрузке дополнительный путь проведения срабатывает, и возникают эпизоды тахикардии. Отсюда одышка на лестнице. Плюс смотрите, нерегулярность ритма, у него ещё и фибрилляция предсердий на этом фоне. А это уже опасное сочетание. Импульсы при фибрилляции могут проходить по дополнительному пути без задержки, и дело может дойти до фибрилляции желудочков. Направляем к аритмологу, на радиочастотную аблацию.
Она объяснила всё пациенту более простыми словами, выписала ему направление, и тот ушёл.
Диагноз поставила безупречно, умница. За минуту, и ещё объяснила так, что любой студент бы понял. Кречетов не ошибся с выбором.
— Вы это так быстро определили, — восхищённо сказал Виталик. — Я бы ещё час сидел и гадал. И назначил бы нагрузочную пробу, а с ВПВ это…
— … могло бы спровоцировать приступ, — закончила за него Алиса. — Да. Но вы правильно сделали, что засомневались и принесли плёнку. Половина врачей написала бы «вариант нормы» и отправила пациента домой.
— Мы можем на ты, — покраснев, предложил Виталик.
— Без проблем, — легко кивнула Алиса. — Давай на ты.
Я ушёл к себе, а минут через тридцать Виталик прибежал ко мне.
— Саш… Совет нужен, — заявил он.
Двери доктора Агапова открыты днём и ночью для любовных советов!
— Валяй, — кивнул я.
— Алиса Дмитриевна… — начал он. — Она такая… яркая. Волосы зелёные, татуировки, уверенная в себе. Лучший кардиолог, которого я видел. Она за десять секунд увидела то, что я бы час искал. И она мне так нравится… Но рядом с ней я кажусь скучным и неинтересным. Тем более меня вообще многие не любят из-за того, что я сын Татьяны Александровны.
Ёлки-иголки. Вот что у людей в головах творится. Человек сам засомневался в плёнке, сам понёс её кардиологу, спас пациента от опасной пробы — и после этого считает себя скучным и неинтересным.
— Виталик, — сказал я. — А её многие не любят как раз за внешний вид. У вас больше общего, чем может показаться. К тому же я видел, как заинтересованно она на тебя смотрит. Это явно не просто так. Она не считает тебя скучным, уж поверь.
Он переступил с ноги на ногу.
— Думаешь? — переспросил он. — И если я приглашу её на свидание — она согласится?
— Это только опытным путём можно решить, — усмехнулся я. — Думаю, да. Не робей и действуй, пока это кто-то другой проверить не решил.
Виталик решительно кивнул и вышел из кабинета.
Я усмехнулся. Свахой я себя не считал, но Бумагин и Лена, Шарфиков и Кристина, Чердак и Лиза, Варя и Енот, Гриша и Стася и ещё несколько пар со мной бы не согласились.
Хорошая эпидемия. Пусть распространяется. Такую и лечить не надо.
Я съездил на вызовы, вернулся, и меня в кабинете поймал Никифоров.
— Анжелике гипс сняли, — торопливо сказал он мне. — И она напомнила, что я обещал ей пробежку.
Точно, ещё одна потенциальная пара. Скоро у меня будет парад свадеб?
— Значит, готовься к пробежке, — усмехнулся я. — Важное дело.
— Да я и сам волнуюсь, — вздохнул Тоха. — Вдруг оплошаю? Надо тренировки начать! Прямо сегодня и побегу, километров десять для начала, чтоб форму набрать.
Ёлки-иголки. Невольно вспомнил того бедолагу из ФОКа, который тоже усиленно тренировался бегать для девушки. И чем это в итоге закончилось.
— Так, стоп, — строго сказал я. — Если ты начнёшь бегать сразу по десять километров, то повредишь себе колени и связки, и этим всё закончится. Так точно не стоит, нужно начинать с малого.
— А с чего тогда? — растерялся Тоха.
Недавно я всё то же рассказывал тому пареньку, так что воспоминания свежие.
— Слушай внимательно, — ответил я. — Начинать лучше с чередования, минута бега, а потом две минуты ходьбы быстрым шагом. И так минут двадцать-тридцать, не больше. Организм будет постепенно привыкать к нагрузке.
— Так это же несерьёзно, — скривился он. — Шагом любой может сколько угодно пройти!
— Зато травм не будет, — отрезал я. — Не спорь. Через неделю постепенно начнёшь увеличивать время бега и сокращать время шага. И постепенно перейдёшь к обычному бегу. Прибавляй нагрузку не более чем на десять процентов в неделю.
Тоха слушал уже внимательнее.
— Второе, — продолжил я. — Бегай медленно. Так, чтобы во время бега ты мог разговаривать. Если задыхаешься, то сбавляй темп.
— А дышать как, носом или ртом? — уточнил он.
— Как удобно, — ответил я. — Можно даже одновременно носом и ртом. Главное не задерживай дыхание, частая ошибка.
— Понял. Дальше?
— Третье это обувь, — сказал я. — Кроссовки это очень важно, они должны быть с хорошей амортизацией и тебе по размеру. Не кеды ни в коем случае. На обуви в беге вообще нельзя экономить.
— Хм, надо будет купить, — кивнул Тоха.
— Четвёртое это разминка и заминка, — продолжил я. — Перед бегом пять минут потрать на разминку суставов, махи, шаг. После бега тоже пару минут просто пройдись, и сделай лёгкую растяжку. Так на следующее утро ноги болеть не будут.
— А бегать каждый день?