Страница 46 из 75
Егор Петрович ушёл, а в магазин явился Енот. Интересно, он из Саратова сюда мотается или временно в Аткарск переехал?
— Варвара, — начал он и кашлянул. — Я тут подумал… Может, сходим?.. В кино. Говорят, новый фильм смешной вышел.
Варя порозовела и машинально поправила косу.
— Я… Да, конечно, — ответила она. — Когда?
— Сегодня. Если ты не против. Я уже и билеты взял.
— Не против, — ответила девушка.
— Можешь идти, я лавку сам закрою, — подключился я. — Отдохни.
— Спасибо, — пунцовая Варя быстро собралась, сняла свой фартук, и они с Енотом ушли.
— Маятник одобряет их пару — заявил мне Геннадий. — У них совместимость восемьдесят три процента.
— А почему не сто? — улыбнулся я.
— Сто бывает только у лебедей, — важно ответил Геннадий. — И то не у всех.
Железная логика. Я отпустил Геннадия домой и лично закрыл лавку.
После работы сходил в ФОК на тренировку, а затем отправился домой.
Следующий рабочий день начался привычно. Я распределил Алину к Жидкову, а Тимура отправил помогать Остроуховой. Та как раз жаловалась, что накопилось много бумажной работы по сельским участкам.
Сам я заглянул к Алисе, у которой сегодня как раз начался приём.
— Александр Александрович, хорошо, что вы зашли, — тут же сказала мне Алиса. — У меня очень интересный пациент.
Напротив неё сидел мужчина лет сорока пяти.
— Жалобы на перебои в сердце, — объяснила мне Алиса. — Вы взгляните на ЭКГ.
На столе лежала свежая лента ЭКГ, рядом была старая, месячной давности.
Я посмотрел обе плёнки и сразу понял, в чём тут дело.
— Вот здесь дельта-волна, — она ткнула пальцем в характерную пологую ступеньку на восходящем колене зубца R. — Укороченный интервал PQ, уширенный QRS. Классический синдром Вольфа-Паркинсона-Уайта. И на старой плёнке он тоже есть, просто менее выражен. Месяц назад его пропустили и написали «вариант нормы». Тут нет вины врача функциональной диагностики, его легко пропустить. Я хочу отправить пациента в Саратов к аритмологу.
Я сам видел дельта-волну. Синдром ВПВ, надо же. Алиса права.
— Пиши направление, — кивнул я. — Тянуть не стоит.
Девушка кивнула и взялась за дело. Я заметил, с каким удивлением смотрит на неё пациент.
Что ж, врач она действительно хороший. Но к её волосам люди ещё долго будут привыкать.
Я вернулся в свой кабинет, и ко мне тут же залетел Бумагин. Убедился, что Лены нет, та как раз вышла за картами, и присел на стул.
— Сань, проблема, — быстро заговорил он. — Деликатная.
Ёлки-иголки. Каких только деликатных проблем я не наслушался за это время!
— Что на этот раз? — спросил я.
— Я прочитал в интернете статью, что женщинам нравятся плохие парни. А я вот… Ну, я не плохой же. А хороший гастроэнтеролог. Вот и пришёл спросить, как мне стать плохим? Может, носить чёрное и грубить?
Я представил Бумагина, грубящего пациентам в чёрной водолазке, и, не выдержав, рассмеялся.
— Ты чего? — обиженно спросил Илья.
— Слушай, уже всем говорю этот совет, но никто не слушает, — сказал я. — Просто будь собой. Ты добрый, с хорошим чувством юмора, и ты Лене нравишься таким, какой есть. Хватит уже тупить и придумывать дурацкие планы.
Нет, Кречетов прав, я косвенно влияю на романтические события в нашей поликлинике.
— Ты так думаешь? — посмотрел на меня Бумагин.
— Я уверен, — отозвался я. — Давай уже, предлагай встречаться и хватит тянуть резину.
— И правда, — он решительно встал со стула. — Сегодня позову её на свидание и… поцелую!
Главное, чтобы не в кабинете перед проверкой.
Бумагин убежал, а я отправился на вызовы. Объехал семь вызовов, вернулся в поликлинику.
И застал Лену чуть ли не в слезах.
— Что случилось? — спросил я у неё.
— Я даже не знаю, как сказать, — расстроенно ответила она.
Так, начало мне уже не нравится…