Страница 3 из 92
Я собрала остатки воли и дёрнулась — резко, отчаянно, с силой, рождённой из чистого ужаса. Вырвалась! Воздух хлынул в грудь. Не думая, не оборачиваясь — только бежать. Метнулась прочь: из ловушки, из-под его пронзительного взгляда.
Коридор закружился полосами тёмного дерева и пляшущими отблесками факелов. Цель — лестница вниз, к кухонным помещениям, в царство пара, жира и гула голосов. Раствориться, исчезнуть в суете служанок и поварят!
Если больше не попаду ему на глаза — быстро забудет.
Я летела вниз по служебной лестнице, перепрыгивая через ступени, цепляясь за холодные перила. За поворотом уже виднелся знакомый серый камень кухонного пола. Ещё немного… ещё шаг…
Ступила на прохладные плиты, вдохнув влажный воздух, насыщенный ароматами жареного мяса, дрожжей и лука. На мгновение показалось, что худшее позади.
Но, прежде чем облегчение разлилось по телу — железная хватка сомкнулась на запястье. Холод перстня вонзился в кожу.
Я застыла.
Как?..
Мозг метался в панике, перебирая маршрут: я — вниз по лестнице, самый короткий путь. Он должен был идти следом… медленнее… Ах нет. Сквозной рукав. Проклятый служебный проход, о котором я забыла. Тот самый короткий ход из парадных залов прямо в подсобки. Он просто обошёл меня. Поджидал у цели.
Всё. Конец.
Начнутся вопросы.
А если он докопается…
Мне бы убежать из замка, раствориться в тумане, но договор скреплён кровью.
Я в ловушке.
Я зажмурилась, как перед ударом. Сейчас — допрос. Он не станет кричать. Он будет медленным и холодным. Я пробралась в его комнату. Ночью. А теперь попыталась сбежать.
Молодец, стрекоза… Теперь он точно тебя не забудет…
Сердце билось где-то в горле, клокоча ужасом.
И вдруг в кухню ворвался слуга.
Лицо — бледное, как полотно, грудь судорожно вздымалась под ливреей, глаза — широко распахнуты.
Он даже не заметил хозяина.
— Цветочница… — выплюнул он. — Наша. Цветочница. Исчезла. Без следа. Будто сквозь землю провалилась!