Страница 29 из 92
Вложила пальцы в его ладонь. Одно движение — и я уже стою.
Хозяин даже не пошевелился.
— Будь осторожна, маленькая птичка, — бархатный голос Вейдрича прошёлся по стенам, обитым шёлком. — Твой Хозяин не слишком славится эмпатией.
Он подмигнул и неспешно удалился из комнаты.
— Мы ещё вернёмся к этому разговору. А пока займись своими обязанностями. Через два часа всё должно сиять. Кладовка — там. — Ванторн кивнул на почти незаметную дверь возле выхода и скрылся вслед за напарником.
Я выдохнула.
Остаток дня я провела в лихорадочной активности, будто надеялась стереть страх вместе с пылью. Уборка в покоях хозяина напоминала не столько повседневную обязанность, сколько древний ритуал выживания.
Комнаты были огромны, зябко-холодны, наполнены вещами, от которых по спине бежал мороз. Повсюду стояли предметы, чуждые и пугающие. Броня в углу словно жила своей жизнью — пустые глазницы шлема следили за каждым моим движением. На стенах висели карты, испещрённые непонятными символами. Полки ломились от фолиантов в потемневших переплётах, тихо источающих магию.
Но страшнее всего — артефакт.
Он висел на стене, неприметный с виду, и всё же от него шёл гул — низкий, ровный, похожий на дрожь натянутой струны виолончели. Вибрации отзывались в костях, отдавались в зубах дребезжащей болью.
Жезл. Сгусток силы, чуждой разуму.
Я втянула голову, стараясь держаться подальше. Смахнула пыль с дальних полок, осторожно вытерла поверхности, краем глаза следя за затаённым кошмаром. Почистить пол под ним? Нет уж. Метлой осторожно сгребла пыль от артефакта к углам и на этом хватит.
Именно тогда, в отчаянной попытке зацепиться взглядом за хоть что-нибудь нейтральное, я заметила на столе под тяжёлым хрустальным пресс-папье сложенный лист плотной бумаги. Инструкция к артефакту.
Любопытство пересилило страх. Я выдернула лист из-под прозрачного груза. Развернула бумагу дрожащими руками. Сердце билось где-то в горле, яростно, гулко.
Объект: Резонатор Пределов.
Статус: Стабильно-нестабилен. Категорически не рекомендован к прямому контакту без нулевого контейнера.
Функция: Амплификация и фокусировка магических потоков до разрушительных величин. Теоретическая возможность пробития барьеров. Обнаружение крови ведьм.
Важно:
Активация: требует волевого импульса высокой чистоты и силы. Не реагирует на принуждение, приказ или грубое насилие.
Контроль: возможен только через симбиотическую связь на уровне сознания. Объект избирателен. Предпочитает носителей с врождённым, неиспорченным магическим даром.
Опасность: неуправляемый резонанс гарантирует полное уничтожение оператора и вызывает каскадный пространственный коллапс в радиусе до одного километра. Побочные эффекты при частичном контроле: психическая деградация, спонтанные телепортации, привлечение внепространственных сущностей.
Гипотеза (не подтверждена): в случае успешного установления симбиоза с ведьмой, обладающей подходящим магическим профилем, объект способен исполнять волевые команды оператора в пределах своих функций: усиление/ослабление магии, пробитие барьеров, считывание магических следов. Потенциальное абсолютное подчинение. Риск — неприемлемо высок.
Я перечитала последний пункт несколько раз, пытаясь понять и осознать каждое слово.
Если ведьма сможет обуздать его силу…
Я — ведьма.
И дар у меня... врождённый. Неискажённый? Возможно. Я никогда не училась. Никто не направлял меня. Моя магия — дикая, интуитивная, непредсказуемая.
Крошечный, безумный кусочек надежды кольнул в груди — остро, почти сладко. А вдруг?..
Но тут же холод схватил за горло. Каскадный коллапс. Психическая деградация. Уничтожение оператора.
Нет. Нет, и ещё раз нет.
Куда уж мне — маленькой, беглой ведьме — пытаться оседлать бурю? Я не просто не знала, как обращаться с такими вещами. Я не хотела знать. Одна только мысль о приближении к этому чудовищу вызывала приступ тошноты.
Я аккуратно сложила лист и вернула его на место.
Держаться как можно дальше.
Закончила уборку на автомате. Мыла, вытирала, расставляла. Руки двигались сами по себе, а в голове лихорадочно клубились мысли.
Я в тупике. Выбраться? Невозможно. На руке — клеймо, на стене — артефакт. Я словно в клетке с тигром — любое неверное движение равносильно смерти.
Судьба? Неизвестна.
Мать Лиссы... Сердце болезненно сжалось. Она ждёт. Надеется. А я — здесь, в ловушке.
Исчезновения чародеек. Трущобы у доков. Культы. Клуб. Ариэль.
И ещё — мальчик. Тень из запретных комнат. Непрекращающийся зов. Кто он? Пленник? Жертва? Его взгляд не отпускал меня — живой, невозможный, тревожный.
Если убежать нельзя, то что остаётся? Просто стоять в стороне я не смогу. Затаиться? Можно попробовать. Но я знала: сорвусь. Вопрос только — когда и при каких обстоятельствах.
К вечеру, когда последняя пылинка исчезла, в голове вдруг выстроился план. Безумный. Отчаянный. Возможно — смертельный. Но единственный, что давал мне шанс не сойти с ума от собственной беспомощности.
Я стояла посреди безупречно чистой спальни, когда дверь бесшумно открылась. Хозяин вошёл.
Плащ промок от вечерней сырости, на сапогах — уличная грязь. Ванторн небрежно сбросил одежду на ближайшее кресло, не удостоив меня взглядом, и направился к столику с графином, где густо поблёскивала тёмная жидкость.
Ладони вспотели. Сердце забилось так громко, что, казалось, он слышит.
Я наблюдала, как он наливает напиток: движения точные, выверенные. Спина по-прежнему оставалась холодной и неприступной стеной. Хозяин ещё не повернулся. Ещё не взглянул на меня пугающим, лишённым тепла взглядом.
Сейчас или никогда.
Я сделала один шаг — лёгкий, неслышный. Потом ещё. Вдохнула воздуха.
— Господин Ванторн? — голос прозвучал тихо, но ровно.
Он замер. Бокал замер у самых губ. Затем, медленно, с пугающей неторопливостью, хозяин повернулся. Взгляд упал на меня.
Поджилки предательски задрожали, но я не отвела взгляда. Не позволила себе показать страх.
— У меня… — сглотнула подступивший к горлу ком, — есть к вам предложение.
***
Сердце стучало так яростно, что в груди болело.
Что я там сказала? «У меня есть к вам предложение». Какое безумие. Глупость. Но пути назад уже не было.
Он замер.