Страница 56 из 67
Мы вернулись на виллу, когда луна уже высоко стояла над морем. В доме было тихо, только Лика и Марк о чем-то приглушенно спорили на кухне, шурша упаковками от чипсов.
Я зашла в нашу спальню, не выпуская из рук Пинки Пай. Ян шел следом, стягивая через голову футболку.
— Ну всё, Лера, ты её спасла, выгуляла, теперь положи эту розовую катастрофу на кресло и иди ко мне, — проворчал он, подходя к кровати. — Я начинаю ревновать к плюшевой лошади, а это уже диагноз.
— Подожди, она такая классная! — я села на край кровати, обнимая пони и утыкаясь носом в её кудрявую гриву. — Посмотри, какие у неё добрые глаза. Не то что у некоторых архитекторов, когда они видят чертежи первокурсников.
Я посильнее прижала игрушку к груди, и в этот момент...
— ДАВАЙ ПОИГРАЕМ! — пронзительный, мультяшный и неестественно громкий голос разорвал тишину спальни.
Я подскочила так, будто меня ударило током.
От неожиданности я буквально отшвырнула пони от себя. Бедная Пинки Пай пролетела через полкомнаты и с глухим стуком врезалась в шкаф, продолжая жизнерадостно хихикать из угла. Сердце ушло в пятки и забилось где-то в районе колен.
— Твою мать! — Ян отпрыгнул в сторону, едва не снеся торшер.
Я стояла посреди комнаты, прижав руки к лицу, и чувствовала, как по спине бежит холодный пот.
— Она... она заговорила! Ян!
Ян замер, глядя на лежащую у шкафа игрушку, которая всё еще издавала какие-то механические звуки. Потом он медленно перевел взгляд на меня — взъерошенную, напуганную до смерти говорящей лошадью — и его лицо начало странно дергаться.
— Снежинка... — выдохнул он, и в его голосе послышались первые нотки сдерживаемого хохота. — Ты... испугалась игрушки? Серьезно?
— Она заорала, Ян! — я всё еще тяжело дышала, глядя на Пинки Пай как на порождение ада.
— О боже... — Ян не выдержал. Он рухнул на кровать, закрывая лицо подушкой, и его плечи затряслись от дикого смеха.
— Не смешно! — я схватила подушку и запустила в него, но сама уже начала улыбаться сквозь остатки испуга. — Она реально жуткая!
— Иди сюда, героиня, — Ян сквозь смех притянул меня к себе, обнимая. — Я защищу тебя от всех говорящих лошадей мира. Но завтра я вытащу из неё батарейки. Клянусь, если она еще раз заговорит, я сам выпрыгну в окно без парашюта.