Страница 120 из 174
Назад пути не было. У меня сейчас только два варианта. Первый - рискнуть, и прыгнуть, а второй – упасть вместе с начавшей уже пошатываться площадкой вниз. Если я прыгну и не допрыгну, я все равно упаду на эти каменные пики, но так я хотя бы попытаюсь.
Собрала все свои последние остатки сил, напряглась, опустившись в глубокий присест и прыгнула вперед. Выставив правую руку вперед, зацепилась пальцами за выступ на спасительном выступе, больно ударившись лбом и всем телом о камни и повиснув над пропастью, но, тем не менее, прижимая левой рукой, светящийся кристалл к груди.
Сил, чтобы подтянуться и взобраться выше у меня не осталось. Что делать? Как спасаться?
За спиной раздался грохот и последняя площадка, на которой я находилась всего мгновение назад, с шумом обрушилась на каменные пики.
«Не хочу умирать!» - мысленно взмолилась я. Не знаю, к кому взмолилась.
Те боги, которых почитал этот мир были вовсе не богами, а просто шестью могущественными магами, которые, обретя бессмертие, сместили Создателя этого мира, запечатав его цепями мироздания.
Трое из них, Эдасих, Растабан и Тубан, увидев, как мир без Создателя начал чахнуть, попытались снять с него оковы, но не смогли. Создатель наказал свои творения, установив на пути к себе испытания, которые сможет пройти только достойный из достойных. А тех, кто все же пытался пройти испытания и не мог, Создатель лишал всех воспоминаний о его сущности, о его прошлом и, собственно, о самом испытании.
Они не сумели пройти испытания.
Другие же трое, Альтаис, Регин и Фафнир, увидев, что предприятие их товарищей не увенчалось успехом, начали предпринимать свои усилия по сохранению мира. Ограничили память и способности обитателей этого мира, чтобы люди самолично не разрушили мир еще больше и пытались существовать в мире без Создателя, как могли.
Создатель был слишком эгоистичен, а те, кого почитали богами, не были ими вовсе. Не было смысла обращаться ни к одному из них.
Горестно вздохнула, понимая свою обреченность. Я буду висеть на этом выступе до тех пор, пока не потеряю все свои силы.
И, когда уже мои пальцы были готовы разжаться, мое предплечье ухватила крепкая рука и потянула меня вверх.
Гай стоял на выступе с черными от злости глазами, насупленными бровями и, кажется, готов был метать молнии.
- Дели! Это что за… - начал было он, но я подняла руку.
- Это мое испытание. Спасибо за помощь, но дальше тебе нельзя. Кстати, как ты здесь оказался?
- Следилка на тебе отсигналила мне, что ты в опасности, - уже спокойнее ответил Гай, - через нее я увидел, где ты находишься, а с помощью телепорта, которому ты меня научила, переместился к тебе.
Я кивнула ему и сделала два шага вперед, а затем остановилась.
- Гай, если ты увидишь, что у Корди изменилась аура, не вини никого. Это мой выбор.
- О чем ты?
- Я рада, что на своем пути встретила тебя. Сейчас одно из самых моих больших желаний, чтобы ты был счастлив, - я подарила ему прощальную улыбку и смело зашагала вперед.
Нить от кристалла, который, непонятно каким образом, остался в моей левой руке, вела меня вперед. Идя по ровному полу пещеры, я, тем не менее, замечала несколько ловушек, представляющих собой иллюзию прохода вправо, или влево, повернув в которые я бы угодила прямиком в огненную лаву, плескавшуюся за пределами пещеры, по которой я шла.
Нить, тянущая меня вперед, не позволяла мне свернуть никуда.
Наконец, подойдя к просторному залу, вытесанному в камне, я, словно пройдя через уплотнение в пространстве, оказалась в… Капище культистов! Именно в том самом зале, где Игбен собирал всех своих последователей, где он приносил жертвы и произносил свои речи…
И это место должно было стать местом последнего испытания?
Нить от кристалла неуклонно вела меня прямо к алтарю. И не просто к алтарю, в сквозь него.
Как я должна пройти сквозь алтарь?
Подошла к сооружению, внимательно его осматривая со всех сторон.
У алтаря, как будто была крышка. Если попробовать ее сдвинуть, будет ли он полым внутри?
На этот камень магия тоже не действовала. Как будто ей что-то противодействовало. Но что? И как?
Привстала на цыпочки и начала толкать верхнюю часть алтаря. Потратила все свои силы, но не смогла ее сдвинуть ни на миллиметр. И в этот момент снова сильные руки пришли мне на помощь.
Повернулась к Гаю и обомлела. У парня глаза были устремлены прямо и бессмысленно смотрели вперед. А еще они у него светились серебром.
Такое необычное зрелище, зрачок черный, а радужка синяя, но в ней проступили серебрянные прожилки, которые ярко светились, расходясь, словно молнии к границам с белком глаза.
Гай, словно в бессознательном состоянии, двигался как марионетка. Отодвинул верхнюю плиту с алтаря и замер рядом, бессмысленно смотря вперед. Словно не отдавал отчет в своих действиях.
Поводила рукой перед глазами Гая, но его зрачок ни на йоту не сдвинулся и не изменил величины. Под гипнозом он что ли?
Ладно. Стоит рядом - и пусть.
Подошла ближе и заглянула внутрь алтаря.
Там лежала небольшая, размером с книгу, ручная арфа. Семь струн – семь нот…
Но, что-то меня останавливало от того, чтобы прикоснуться к инструменту.
Арфа была покрыта засохшей кровью. Толстым слоем на самом инструменте и на его струнах была корка, по которой тут и там пробегали темные всполохи черного пламени. Арфа была покрыта скверной, которую нужно было очистить. Но чем?
У меня до сих пор были два испытания. В конце первого я получила сосуд с жидкостью, а в конце второго – книгу.
Выбор был очевиден.
Достала бутылёк, сняла с него пробку и капнула каплю на арфу просто чтобы посмотреть реакцию. Действительно, эта жидкость была тем, что мне нужно. В месте падения капли на арфе исчезла кровь и черный огонь и из-под всей этой мути блеснул золотом маленький очищенный кружочек.
Уже смелее полила арфу и струны жидкостью, не жалея ее, следя, чтобы на инструменте не осталось ни одного не очищенного места.
После очищения арфа предстала вы своем первозданном виде. Сама она оказалась золотой с светящимися серебристыми узорами, а ее струны состояли из чистого светящегося серебра.
Прикоснулась к арфе, которая зависла передо мной в воздухе, и под ней зашелестела страницами книга, которая лежала на постаменте в конце второго испытания.