Ложка дёгтя

Я с готовностью закивал. Забрал книги, прошёлся по залу, выбирая стол. Почему-то захотелось сидеть подальше от всех, чтобы не мешали. Понравился один из столов у окна. Уселся, букварь отложил на край, даже не взглянув, и уставился на непонятную книгу. Чем же она меня привлекает? Заново перелистал все страницы, присматриваясь к символам. Где я мог их видеть? Точно не на Земле (меня тогда интересовали совершенно другие вещи). Тогда где? Здесь я видел иногда бумажки с буквами, но они все были на общеимперском или ещё каком. Вообще-то язык назывался «ардо», но в разных местах предпочитали говорить «имперский». Ну ладно, это так, размышления.

Я снова принялся рассматривать символы, пытаясь понять что они означают. Рассматривал долго, потом один из них словно отозвался как звук «О». Ну, предположим. Потом ещё один опознался как «кхр», потом ещё один и ещё. Получалось как-то странно — символы могли обозначать и звук, и слог, и целое слово-понятие (ну, типа как китайский или японский иероглиф). В первый раз столкнувшись с этим, я надолго завис. Сочетание звуков вроде проявляется, но какое-то неправильное. По-другому они должны звучать, более грубо, жёстко. Попробовал огрубить голос, но всё равно не то. Помучившись, решился на эксперимент — частично слиться с демоном, но разрешив изменить только горло. Вот теперь звук стал как надо — рычащее-вибрирующий, и откуда-то пришло понимание — этот символ обозначает «роща», но не любую, а среднего размера, да ещё и из деревьев Ин. И дерево это не простое, а… а дальше информация почему-то не пошла.

Я снова вернулся на первую страницу и начал читать вслух уже демонским голосом. Не во всё горло, разумеется, а так, чтобы остальные не слышали. Вот теперь дело пошло намного веселее — читаешь, и символы словно наливаются огнём, а их значение всплывает откуда-то из памяти. Первых страниц десять я читал как первоклашка — спотыкаясь и по слогам. К тридцатой начало получаться довольно быстро, а пятидесятой вдруг понял, что и проговаривать слова мне уже не нужно, получалось примерно как при быстрочтении — видишь уже не символы, не слова, а целые предложения и абзацы.

Успех потрясающий, только моей заслуги в этом не было ну ни граммулечки. Насколько я понял, это проснулась (или стала доступна) одна из частей памяти демона. Значит можно предположить, что он в этой, как её… Велсарии или жил, или бывал, или выучил язык по необходимости. Только странно это — Таня говорила, что призывала высшего демона из какого-то другого мира, чуть ли не из других измерений, а Велсария где-то здесь, у дальних границ Империи. Это как совмещается? Ещё странно, что примерно десять процентов символов я прочитать не смог. Основная часть просто влёт, а вот эти не вызывали никаких ассоциаций. Какой-нибудь слэнг, шифровка, или тот демон был двоечником и уроки часто пропускал? А может книга слишком старая и значение этих символов просто забылось?

Посомневавшись, всё-таки пошёл спросить у библиотекарши. Та встретила меня вопросительным взглядом.

— А сколько этой книге лет?

Женщина немного удивилась вопросу, но потом всё-таки глянула в какую-то бумажку.

— Предположительно две тысячи лет.

Ну, тогда почти понятно.

— А… нет ли у вас чего-нибудь посвежее?

Женщина чуть нахмурилась.

— У нас здесь не продуктовая лавка.

— Да нет, не в том смысле –смутился я — Мне бы что-нибудь написанное в последние сто лет.

— Что именно?

— Да что угодно. Хотел проверить некоторые сомнения.

Женщина посмотрела на меня испытующее, но всё-таки сходила и вскоре принесла ещё одну книгу. Я прямо у стойки пролистал книгу, но радости не почувствовал — непонятных символов стало заметно больше.

— А… что-нибудь старое? Написанное тысячи три-четыре назад.

Вот теперь я вызвал у женщины сильные подозрения. Не знаю чем, но вызвал. Я даже подумал, что она позовёт охрану, но обошлось. Посомневавшись, она всё-таки принесла ещё одну книгу — толстенную, здоровенную. Я мельком гляну её — практически всё понимаю. И что всё это значит?

— А сколько лет этой?

Женщина глянула в карточку.

— Здесь указано пять тысяч лет.

Странно, очень странно.

— А можно я поработаю со всеми? — вот сейчас взгляд у женщины стал совсем подозрительным, словно я собрался у неё коробку с бриллиантами своровать — Я могу и поближе сесть –на всякий случай предложил я.

Женщина явно не хотела давать мне книги, но пересилила себя.

— Из зала не уходить.

— Конечно, конечно -с готовностью закивал я.

И чего она так разволновалась? Думает, что я сворую книги и потащу к букинистам продавать? Вот до этого я точно не опущусь. Я хоть и раздолбай, но даже для меня книги — это святое.

Вернувшись за стол, раскрыл книги на серединках, прочитал по десятку страниц из каждой и снова задумался. Получалось весьма странно — самая старая книга читалась влёт, словно была написана на русском. В тысячелетней появились незнакомые символы, а в самой молодой таких символов стало чуть ли не треть. Это, вроде, понятно — любой язык развивается, заимствует слова и понятия из других языков, появляются новые знаки и символы. Но почему демон знает только древний язык? Он ведь погиб недавно? Единственный вариант, который более-менее всё объясняет — демон был здесь как раз пять тысячелетий назад, для каких-то нужд выучил этот язык, поэтому я и понимаю старую книгу. Что это мне даёт? Да ничего не даёт. Чёрт знает какой язык чёрт знает какой страны, которая находится непонятно где. Совершенно бесполезная халява. Хочешь не хочешь, а придётся учить имперский.

Подтянул к себе букварь, и вдруг над ухом раздалось.

— Интересная книга?

Я оглянулся. Рядом со столом стояла симпатюля лет двадцати пяти. Внешне очень похожа на итальянку — брюнетка, черты лица тонкие, словно нарисованы. Симпатичные косички, простенькое платье до пола. А вот взгляд черных глазищ мне не понравился — настороженный какой-то.

— Ещё даже не открывал –буркнул я.

— Я вон про ту –девчонка кивнула на книгу, лежавшую посредине стола.

— Про эту? –я бросил взгляд на книгу — Скукотища. Кто кого родил, кто кого убил, кто с кем породнился. Кому нужно составить родословную до двадцатого колена, может и пригодится, а мне было скучно.

Девчонка чуть ли не зашипела.

— Это история великого народа! Ты не смеешь плохо говорить о чужой истории!

Блин, только скандала мне не хватало.