Тьма внутри

Выяснилось, что Эмма живет за городом. Карина хотела отвезти мужа, но он отказался. Лучше на такси. Иначе Карина всю дорогу будет выносить мозг, рассказывая про кудесницу Эмму. И без того все уши прожужжала.

— Эмма – ученица другой ведьмы, теперь в ее доме живет. И вот та, старая ведьма умерла, когда ей было сто пятьдесят лет, представляешь? Тоже была сильная: людей лечила, искала пропавших, порчу снимала и наводила, с миром мертвых у нее связь была и все такое, но только Эмма в сто раз сильнее! Вроде бы она умирала – кто-то говорил, что мертвая родилась, еле откачали, а Лиза слышала, будто ее убили и воскресили, но точно никто не знает. Только она в мире мертвых вообще своя, как говорится. Должна помочь, не сомневайся. Ей, может, твоя проблема – на один зубок!

Сейчас, в такси, Виталий думал, что, должно быть, с ума сошел, если поверил в этот бред, но обратного пути не было. Да и что он теряет?

— Значит, вы к Эмме? – неожиданно спросил водитель, когда они приехали в нужный поселок и свернули на улицу, где стоял дом.

Виталий опешил и от неожиданности ответил, что да.

— Сильная она, – повторил слова Карины таксист. – Я к ней, бывало, возил. И самому довелось обратиться. – Он откашлялся. – Чудеса творит, натурально.

Виталию хотелось расспросить таксиста подробнее, но машина уже остановилась: приехали, пора выходить.

Дом окружал двухметровый забор. Ворота для автомобиля были закрыты, калитка – тоже, но стоило Виталию приблизиться, как что-то тихо щелкнуло, и она отворилась. Прямо как в сказке.

Двор оказался просторный, а дом – большой, кирпичный, выстроенный или перестроенный недавно, отделанный с большим вкусом. Как ему скоро пришлось убедиться, внутри тоже было красиво и стильно. Виталий вспомнил рассказ жены, что Эмма – ученица другой ведьмы, осталась жить в ее доме. По всей видимости, старый дом снесла, построила на его месте свой собственный.

Эмма встретила гостя в дверях, открыла сразу, стоило ему подойти.

— Спасибо, что не опоздали, Виталий, у меня довольно плотный график, – сказала она.

Голос красивый, сама Эмма – еще лучше. Стройная темноволосая женщина лет тридцати пяти с зелеными глазами и правильными чертами лица, дорого, но просто одетая, не походила на ведьму в привычном представлении.

— Клиент косяками прет? – спросил Виталий.

Хотел пошутить, но вышло грубо. Впрочем, Эмма не заметила или сделала вид, что ей все равно. Провела гостя в одну из комнат, закрыла дверь. Обстановка – как в кабинете психолога: стол, стулья, шкафы с книгами, пара диванов, светильники. Эмма пригласила Виталия присесть, устроилась рядом.

— Не надо спрашивать про хрустальные шары и прочие ведьмовские атрибуты, – сказала она, видимо, решив, что он полный придурок с идиотским чувством юмора, собирающийся отмочить очередную глупую шуточку. – У меня свои методы.

— Правда, что вы вернулись из мертвых? – ляпнул Виталий, хотя не собирался этого делать. Сорвалось с языка.

Зеленые глаза в упор смотрели на него, и Виталию стало не по себе.

— Да, – ответила она. – Правда. Что-то еще интересует или займемся вами?

Виталий смутился. Эта женщина ставила его в тупик.

— Простите. Я от растерянности. Сам не ожидал, что.. Что приду за помощью к ведьме.

— Если врачи не могут вернуть зрение, куда денешься, – вздохнула она.

— Откуда вы знаете? – пораженно спросил Виталий. – Или жена сказала?

— Разумеется, нет. Мне звонят – я называю время, когда можно прийти, говорю, можно ли вообще. Узнаю имя, а больше мне ничего не нужно знать. Я и сама увижу, в чем дело. Вы слепнете, и это необратимо. Отсюда ваши проблемы с женой и на работе. Надо понять, в чем дело, потому что причина не медицинская. Дайте ваши руки.

Виталий, как завороженный, потянулся к Эмме. Ладони ее были прохладными, она смотрела внимательным, цепким взглядом.

Он проваливался в зеленый омут, ему казалось, он тонет в прозрачной изумрудной воде, а потом внезапно глаза женщины напротив потемнели, налились чернотой. Стало трудно дышать, грудь сдавило, в желудке заворочался тугой ком. Виталий хотел сказать, что ему плохо, но тут Эмма выпустила его руки. Отбросила их от себя. Ему показалось, прошло минут пять, а на деле – около получаса!

— Что вы увидели? Знаете, кто виноват? – хрипло спросил Виталий.

Эмма смотрела холодным, непроницаемым взглядом.

— Знаю, – ответила она, – и вы тоже знаете.

«Карина! – пронеслось в голове. – Неужели она? Любовника завела? Или Петрищев разозлился, что у меня клиентов больше и премиальные выше?»

— Ваша мама, – негромко произнесла ведьма. – Вспомните, что случилось.

На Виталия будто ушат ледяной воды опрокинули. Он не вспоминал, месяцами старался не вспоминать. Но сейчас, снова взглянув в глаза Эммы, которые опять уже были зелеными, заговорил.

..Они с мамой всегда хорошо ладили. После смерти отца были одной маленькой командой, члены которой горой стоят друг за друга и сражаются со всем миром плечом к плечу.

Все изменилось, когда появилась Карина.

К тому времени Виталий уехал из Борового – поселка под Быстрорецком, где они с матерью жили. Отучился в университете в Быстрорецке, работал, квартиру снимал, на выходные почти всегда к матери приезжал: рассказывал, как дела, какие новости. С Кариной Виталий познакомился в магазине электротоваров, закрутился быстрый, стремительный роман.

Матери Карина не понравилась. С присущей ей прямотой (между ними не было заведено притворства и вранья) сказала об этом сыну. У нее, мол, глаз наметан, педагогический стаж почти сорок лет.

— Девочка неплохая, но пустая. В браке надо искать ровню, а Карина тебе не ровня. Пирожок без начинки. Ленивая, безынициативная, стремиться ни к чему не станет: предел мечтаний – сидеть дома и не работать. Вдобавок росла в детском доме. Кто ее родители? А ведь это важно. С генетикой не поспоришь. Да и дети такие часто понятия не имеют, какой должна быть семья, они ее никогда не видели. Тебе будет сложно с нею.

Виталий разозлился.

— Что за фашистские идеи? Ровня, не ровня! Ты говоришь о ней свысока, хотя даже не знаешь Карину! Стаж у тебя! Всех под одну гребенку гребешь.

А Карина потом сказала, что мать ревнует: раньше сын ее больше всех любил, а теперь невеста появилась, все внимание ей.

Так они с матерью и поссорились. На свадьбу она, конечно, пришла, подарок подарила хороший, но все равно общались редко, только по делу. Причем мать раскаивалась в своей резкости, пыталась с сыном помириться, а он не был против, скучал по ней, но знал: Карина не одобрит, воспротивится.