Алхимизированные

В Сопротивлении было так много женщин. Не на передовой, но повсюду: они работали в госпиталях, шли на фронт как полевые медики, тащили раненых в безопасные места, управляли радиостанциями и передавали сообщения, стирали и чинили одежду и форму, готовили еду. Все эти обычные бесконечные обязанности, которые не прекращались даже с началом войны. Всю эту работу выполняли женщины.

Они должны были быть в штабе, и их, вероятно, сочли недостаточно важными, чтобы казнить.

Все это время Хелена считала своё заключение ужасным. Теперь же она охвачена чувством вины за то, насколько мало ей пришлось пережить.

В доме было тихо, разговоры доносились лишь из нескольких комнат. Она медленно направилась обратно в западное крыло, всё ещё находясь в оцепенении от ужаса.

Она почти повернула за угол, когда услышала приближающиеся тяжёлые шаги.

Она обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть размытую фигуру. Что-то ударило её.

Воздух вырвался из лёгких, когда её швырнули на пол, голова ударилась о деревянный пол. Мир закружился, арочный потолок нависал над ней как бездонная пасть.

Она лежала, полуобморочно, пытаясь дышать, пока существо сверху не выпрямилось, открывая лицо Ланкастера.

— Попалась, — сказал он, запыхавшись, своим весом удерживая её на месте. Он тихо рассмеялся. — Кто бы мог подумать, что сходить в туалет принесёт мне такую удачу? У Феррона всегда твое крыло кишит его траллами. Я не знал, доберусь ли до тебя. Пришлось собрать такую вечеринку, чтобы они все были заняты.

Его большой палец скользнул по её подбородку и щеке; дыхание было горячим, густым от вина.

— Чёрт… Посмотри на себя. С тех пор ты похорошела.

Голова Хелены кружилась. Сделай хоть что-то.

— Будь я на месте Феррона, — прошипел он, — держал бы тебя прикованной к своей кровати. — Его рука скользнула вниз, к её груди, сжала грубо, потом ещё сильнее. — Ты ведь должна была быть моей. Это я поймал тебя, пока ты возилась с внутренностями Атреуса. Когда я увидел тебя среди руин лаборатории — всё в огне, небо полыхает, а вокруг одни мертвецы… Ты выглядела, как сама Лумития, рождённая из пламени.

Хелена попыталась вывернуться, но руки не слушались. Ей хотелось закричать, но она знала — он заглушит крик прежде, чем кто-то успеет услышать. Надо было ждать. Ждать подходящего момента.

Он наклонился к самому уху и прошептал:

— Тогда меня должны были сделать Бессмертным. Без меня они бы тебя не поймали. Но ты исчезла. В этот раз я тебя не отпущу. Наконец-то повеселимся, как положено.

Сердце Хелены колотилось, будто пыталось вырваться из груди. Она прикусила язык, выжидая.

Один шанс.

— Ты столько раз слышала, как я кричу, — хрипло сказал он. — Интересно, как звучишь ты. — Он тихо засмеялся. — Придётся пока потише. Не хочется, чтобы Феррон снова нам помешал.

Он сунул руку в карман, нащупывая что-то.

Хелена резко вскинула бёдра, сбивая его с равновесия, и со всего размаху ударила локтем по челюсти. Поднялась, чувствуя, как боль пронзает запястья — металл наручников впивался в мышцы и кости. Жгучая боль отдалась до плеч.

Она бросилась бежать. Дверь в конце коридора была закрыта. Ее руки горели, она едва могла нащупать ручку, пальцы шарили, пытаясь найти опору.

Он рванул её за волосы. Голова откинулась назад, перед глазами вспыхнули звёзды. Когда она попыталась закричать, рука прижала к лицу тяжёлое пальто, заглушив крик.

— Хитрая маленькая сука, — прошипел он.

Он потащил её назад, дёрнул голову вбок — и в шею вонзилась игла.