Алхимизированные

— Многих, — ответил он, пожав плечами. Улыбнулся — тонко, хищно. — Большинство из них уже мертвы.

———

Ланкастер вновь начал навещать Спайрфелл с окончанием зимы . Хелена почти не обращала на это внимания. Если бы у него действительно были связи с Сопротивлением, Феррон уже давно бы за ним отправился.

Когда она слышала частые шаги, становилось ясно, что у Ферронов намечается новое мероприятие. Главное крыло дома гудело от активности. Привозили новых некротраллов, гниющие трупы, постоянно стоявшие у парадных дверей, оттеснили в другое место.

По фойе валялись коробки с цветами, которые нужно было расставить. Их привезли откуда-то с юга или вырастили в теплицах — клумбы Спайрфелла ещё не ожили.

Хелена прикинула дату и поняла: весеннее равноденствие.

У Аурелии будет приём.

Во дворе разожгли большие жаровни, подъезжали автомобили. Хелена наблюдала из высокого окна, как гости выходили из машин. Это была вечеринка меньше, чем зимняя. Солнцестояния в Паладии — самые важные праздники, а равноденствия более значимы в сельскохозяйственных странах. В Новисе, говорили, каждую весну устраивали пышные парады в честь Теллуса, богини Земли.

Когда все гости прибыли , Хелена подождала полчаса, прежде чем проскользнуть в главное крыло. Траллы были слишком заняты гостями, чтобы следить за ней, оставались только глаза в стенах.

Голоса послышались раньше, чем она добралась до столовой. Праздник звучал пьяно. Она заглянула в соседнюю комнату. Сквозь стены говоры были приглушены, но, напрягая слух, она всё равно смогла разобрать разговор.

— Да это привидение, говорю тебе. Холдфаст вернулся мстить. Иного объяснения нет, — раздался громко невнятный голос. — Прямо сквозь чёртовы стены.

— Заткнись, — протянул кто-то в ответ. — Нет никаких привидений, придурок .

— Ты бы по-другому говорил, если бы видел Видкуна. Он замуровал себя в доме, взяв с собой только своих траллов. Даже крыса не могла туда пробраться. Как его могли убить?

— То, что ты не умеешь трансмутировать ничего, кроме полумедных сплавов, не значит, что остальные такие же. Все знают, что Холдвфасты собирали алхимиков со всего света. Наверняка это один из тех уродов. К тому же Видкун был идиот. Жил себе один в доме. Если не хочешь умирать — трахни кого-нибудь в чужой постели, а не в своей

Раздался хохот.

— Говоря о трахе, — прошипел новый лукавый голос, — Кто из вас в последнее время заглядывал в Центральный? Страуд дала вам попробовать всё, что есть?

Слышался приглушённый смешок. Хелена затаилась, не вдыхая.

—Всегда рад исполнить свой гражданский долг. В Паладии никогда не бывает слишком много алхимиков, — ответил похотливый голос.

— Страуд даёт тебе выбирать кого угодно?

— Ну, — ответил тот самый хитрый голос, — думаю, всё зависит от твоего «опыта». Она даёт список номеров комнат — выбирай, кто тебе по вкусу. Была там одна девчонка, симпатичная, шрамы не слишком заметные. Маленькая стерва умудрилась меня укусить, но стала очень покладистой, когда я сломал ей челюсть. Я сказал Страуд, чтобы заживало по-старинке, без алхимии. — Он театрально вздохнул. — На этой неделе загляну снова, убедиться, что она забеременела. А если нет — придётся повторить. Даже надеюсь, что не получилось, — думаю, она мне больше понравится с челюстью на проволоке.

Хелена почувствовала, словно кто-то вонзил нож. Боль пронзила грудь и живот.

— Это всё? — фыркнул один голос. — Я думал по газетам, что там будет какой-то процесс. Придётся мне сходить и посмотреть, что я могу урвать.

За этим последился смех.

— Ты туда ходил, Феррон? — послышался другой голос. — С твоим репертуаром, наверное, ты через все комнаты проходишь.

У Хелены пересохло во рту.

— Нет, — холодно ответил Феррон. — У меня есть более важные дела.

— Правильно, зачем в город мотаться, если у тебя всё здесь.

— Пленницу не для этого держат, — вмешалась Аурелия. — С ней мы скоро покончим. И, честно говоря, она ничем не примечательна. Она только крадётся, как крыса. Мне пришлось угрожать ей, чтобы заставить помыться.

— Я видел фотографию в газете. Дикая, но, думаю, мне это бы не помешало, — ответил лукавый голос.

Раздался грубый смех.

— Вы заметили цветы? — громко спросила Аурелия.

Женский голос, намного мягче мужских, что-то ответил, после чего голос Аурелии тоже стал тише. Хелена напрягла слух, но различила лишь пару слов о таможенных пошлинах.

Разговор снова вернулся к недавнему убийству.

— Ужасно. Даже спать не могла после того, как увидела его. Разрезали на куски, так тонко, что свет проходит сквозь них. Всё это запихали ему в горло.

— Но после, да? — нервно вставил новый голос. — Он же уже был мертв, когда…

— Нет, они сделали это до. В его крови был сплав. Блокировал регенерацию. Кого мы пропустили — они психи.

— Вы заметили закономерность, да?

Последовала пауза и напряжённое бормотание.

— Чистка на празднике, — сказал Феррон, когда никто не отвечал. — Убийца подражает казням. Видкун был копией Бэйарда и его жены.

— Так это всё ради мести? — снова прозвучал нервный голос. — Дюрант, Видкун и все остальные — это Бессмертные, кто был там той ночью. Остальные из нас в безопасности.

Послышались вздохи облегчения.

— Блять— раздался хитрый голос: - Значит, они не прийдут за этой холодной сучкой. Я надеялся, что она будет следующей.

— Ну, я не рискнул бы, — прогремел другой голос. — Только что построили безопасную комнату. Стены, потолок и пол — из инертного железа и сплошного свинца. Только у меня есть комбинация. Ничто через неё не пройдёт.

Они долго обсуждали различные меры предосторожности — хитрые приёмы и скрытые защиты в своих домах, все подстроенные под их «репертуар».

Хелена пыталась слушать внимательно, но разговор распался на несколько перекрывающихся нитей, превращаясь в невнятный гул. Наконец раздался скрип стульев, прозвучал голос Аурелии, что-то о цветах в оранжерее, и голоса переместились в другую комнату.

Хелена опустилась у стены, не в силах сделать что-либо, кроме как сидеть, оцепенев от ужаса при мысли о всех этих людях в Центральном.