Алхимизированные

— И ты думаешь, от этого легче? Твоё сердце может просто не выдержать, и если меня не будет рядом, ты уйдёшь. Прямо как... — Он осёкся. — Не делай со мной этого.

Во рту у неё пересохло.

— Но я должна спасти тебя.

— Нет. — Слово было острым, как лезвие. — Не должна. И не можешь. Ты единственный человек, который так и не понял этого.

Она раскрыла рот, но он перебил её.

— Мы договорились говорить друг другу правду, и вот она: ты не можешь меня спасти. Меня невозможно спасти.

Она попыталась сесть, грудь заболела так, словно грудину снова раскололи надвое.

— Ты этого не знаешь. Дай мне попробовать.

Он резко вырвался из её рук и встал. Она решила, что сейчас он уйдёт, и соскользнула с кровати, потянувшись к нему.

— Каин.

Он застыл в ногах кровати.

— Нельзя получить всё сразу, Хелена, — сказал он наконец. — В какой-то момент приходится признать, что ты не получишь всего, чего хочешь. Нужно сделать выбор и позволить ему стать для тебя достаточным. У тебя есть другие люди. Ты обещала Холдфасту, что позаботишься о Лиле и её сыне. У тебя есть ребёнок, которому ты нужна, и ты это знаешь.

Она покачала головой.

— Я не хочу выбирать. Мне всегда приходится выбирать, и мне никогда не достаётся выбрать тебя. Я так устала от того, что мне не дают выбрать тебя.

Он посмотрел на неё через плечо.

— Это не ты выбираешь. Ты обещала мне всё, чего я захочу. А я хочу, чтобы ты перестала ломать себя, пытаясь меня спасти. Уезжай. Живи. Скажи нашей дочери, что я спас вас обеих. Вот чего я хочу.

— Но я так близко. Я могу это разгадать.

И тогда он снова подошёл к ней.

— Ты обещала, что если исследования начнут вредить твоему здоровью, ты остановишься.

— Я знаю, но...

Он издал рваный смешок, почти всхлип.

— Знаешь, ты худший человек на свете, когда дело касается обещаний.

Горло у неё стянуло.

— Те, что важны, я держу.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты даёшь столько обещаний, которые противоречат друг другу, что потом можешь выбирать, какие из них тебе удобнее соблюдать в зависимости от того, чего ты хочешь. Я успел немало поразмышлять над твоей методологией. — Он опустил взгляд. — Поэтому ты почти никогда не держишь именно те обещания, которые важны мне.

Он протянул к ней руку, пальцы скользнули по её бедру.

— Тебе не всё равно до этого ребёнка. Ты так постоянно за неё боялась, что чуть не угробила себе сердце страхом за то, что с ней будет. А теперь ты так одержима мыслью спасти меня, что позволяешь себе забывать: она зависит от тебя. Я не могу защитить её от тебя. Если ты продолжаешь калечить себя ради меня, ты ставишь под удар её.

У Хелены перехватило горло. Она попыталась отступить, но он схватил её за плечи, заставив посмотреть себе в лицо.

— Ты должна отпустить меня. Сейчас.

— Не могу. — Она покачала головой. — Ты думаешь, я стану спокойной, если остановлюсь? Если мне нечего будет делать, кроме как сидеть в этой комнате и ждать, пока я тебя потеряю? Ты бы не смог. Никогда.

В конце концов они всё-таки пришли к компромиссу.

Каин отвёл её обратно в комнату и позволил часами ползать по полу, копируя на гравировальные пластины каждую подробность массива. Когда у него было время, он ходил с ней в библиотеку и позволял использовать на себе анимантию, чтобы она могла изучать талисман у него в груди, но без него она больше не выходила из комнаты ни на шаг.

Однажды вечером он вернулся после более чем суток отсутствия, и лицо у него было каменным.

— Завтра тебе придётся остаться у себя. Будет званый ужин. Ради него возвращается Аурелия. И те Бессмертные, что ещё остались.

— По какому поводу?

Он тонко улыбнулся.

— По плану я должен убедить их, что всё в порядке.