Алхимизированные

-Итак. Верховный Некромант желает увидеть результаты до зимнего солнцестояния. По его приказу, вы должны применять метод временной трансферации как можно чаще, чтобы достичь сингулярности, не погубив её душу. Когда это будет сделано и вы привыкнете к её сознанию, думаю, обратная трансмутация памяти для вас будет несложной задачей. Вы сможете изучить всё скрытое, а когда закончите, я приду за ней. Верховный Некромант намерен извлечь воспоминания

Феррон лениво кивнул.

-Я уверен, вы понимаете, что это абсолютный приоритет. Все другие обязанности вторичны до завершения

Девушка в зелёном издала резкий звук, и все её идеальные локоны задрожали.

-Вы хотите сказать, что нам действительно придётся её держать? — взорвалась она. — я просто не понимаю, как это справедливо. Она даже не паладианка. Почему нельзя оставить её на Посту с остальными? Зачем держать здесь? У меня были запланированы все эти вечеринки в этом сезоне. Я уже отменяла три ужина и придумывала оправдания. Никто не спрашивал меня, хочу ли я иметь заключённую». Голос её звучал плаксиво и капризно. — И что на ней надето? Если кто-то увидит, это будет единственной темой разговоров

-Заткнись, Аурелия, — сказал Феррон, голосом, как лёд, даже не оборачиваясь.

-Я — не была уверена, какая одежда подходит, — сказала Страуд, напряжённо. — Конечно, её можно переодеть. Это просто то, что было под рукой.

Окна зашатались, и низкий, извивающийся вой ветра пронёсся по дому. Страуд вздрогнула. Феррон и Аурелия, похоже, не заметили.

- Это вряд ли повод для беспокойства, — сказал Феррон. — Уверен, мы найдём ей что-нибудь надеть. У Аурелии ведь столько всего.

Глаза Аурелии расширились.

— Ты хочешь, чтобы я отдала ей свою одежду?

— Мы ведь не хотим, чтобы её приняли за прислугу. Разве что ты предпочитаешь, чтобы я заказал что-то специально для неё?

Аурелия издала возмущённый вздох — будто сама мысль об этом была куда более скандальной, чем содержание узницы или управление домом, где слуги — мертвецы.

— Превосходно, — сказала Страуд бодрым голосом, делая вид, что не замечает, как Аурелия готова взорваться от ярости. — Ну что ж, Верховный правитель, можете осмотреть её. Она — вся ваша.

Феррон посмотрел на Хелену, не двигаясь.

— Здесь?

— Лишь предварительный осмотр. Чтобы понять, есть ли у вас вопросы, прежде чем я уйду. Вы — предпочитаете уединение?

— Нет. Можете наблюдать.

Он сделал шаг к Хелене. На нём был весь чёрный наряд в городском стиле — пальто и жилет с тончайшей чёрной вышивкой, различимой лишь при свете. На шее — безупречно белый галстук-крават.

Хелена никогда не видела алхимика из гильдии с таким малым количеством металла. Алхимики обычно носили металл повсюду — в украшениях, в тканях одежды, в тростях, оружии. Особенно необычные — вроде пиромантов — никогда не снимали кольца зажигания, если их к тому не принуждали.

Аурелия была покрыта металлом, но не Феррон.

Он снял чёрную перчатку, обнажив бледную руку с длинными пальцами.

Вивимант, — говорила Грейс. Конечно, ему металл не нужен.

Хелена попыталась отпрянуть, слишком хорошо зная опасность чужого прикосновения — особенно после хватки Страуд. Но когда попыталась двинуться, не смогла.

Без малейшего касания со стороны Феррона, по её телу уже скользила тончайшая, как паутина, вибрация — резонанс, почти неощутимый, но теперь державший её неподвижно. Это отличалось от резонанса Морроу — тот наполнял воздух, заставляя всё вокруг гудеть. Если бы Хелена не попробовала двинуться, она бы даже не заметила, что её уже связали.

Глаза Феррона блеснули — словно он чувствовал её внутреннюю борьбу. Его указательный палец едва коснулся её виска — и тогда она по-настоящему ощутила его резонанс, острый, как натянутая живая струна.

Он прорезал её сознание, как лезвие, погружаясь вглубь черепа. Мир вокруг исчез — Феррон, комната, свет — всё растворилось, уступая место хлынувшим воспоминаниям.

Поездка в Спайрфелл. Пенни. Допросы Страуд. Лич в Башне в теле Кроутора. Разговоры о способах извлечь тайны из её памяти. Шисео, выходящий из тьмы со своим футляром и шилом.

Чем дальше он продвигался, тем слабее становились воспоминания, мелькая перед глазами, как страницы книги, которую он листает, лишь приглядываясь к интересным отрывкам.

Он прошёл через всё — до стазиса, до пустоты, что длилась бесконечно, потом ещё глубже — к Башне, крови, годам в госпитале.

Хелена никогда не осознавала, насколько мала и однообразна была её жизнь, пока не увидела её так — пролистанную, вывернутую, обнажённую.

Когда всё прекратилось, её сознание всё ещё кружилось, как от удара. Рука Феррона оставалась у виска ещё миг — и она ощущала его резонанс прямо в мозгу, заливающий зрение красным.

Наконец он опустил руку и посмотрел на неё.

— Ну что ж, — произнёс он наконец.

— Удивительно, не правда ли? — сказала Страуд где-то позади.

— Вполне, — отозвался он, холодно, взглядом пронзая Хелену. — Война окончена. Что же ты пытаешься защитить в своей голове?

Она встретила его взгляд, не моргнув.

Люка. Она защищала Люка.

— Холдэфаст мёртв, — сказал он резко, словно прочёл ответ в её глазах. — Вечное Пламя погасло. Тебе больше некого спасать.

Он отвернулся, выражение лица стало ядовитым.

— Ещё что-то? — спросил он Страуд.

Она покачала головой

Паралич спал внезапно. Хелена, всё это время сопротивлявшаяся, рухнула — колени подломились, руки инстинктивно попытались удержать тело, и боль прострелила запястья, словно раскалённый металл.

Она упала.

Аурелия едва сдержала смешок.

— Вы, кажется, уже обсуждали всё с Шисео, — говорила Страуд. — После первой сессии я пришлю кого-нибудь для оценки, чтобы составить график.

— Да, этот план изложен мне с мучительной подробностью, — безжизненно ответил Феррон. — Я всё сделаю. А теперь, если позволите.

Он перешагнул через тело Хелены и вышел, даже не взглянув на неё.

Хелена медленно поднялась, не в силах пользоваться руками — перекатываясь на бок, помогая себе локтями, прижимая запястья к груди.

Когда она наконец подняла голову, Страуд уже не было. Аурелия стояла рядом, сжимая короткий посох.

— Вставай, — сказала она. — Мне велено показать тебе твою комнату.

Хелена поднялась и пошла за ней, осторожно, ощущая боль в руках. Некротролл из Центра всё ещё стоял в фойе и двинулся следом.