Алхимизированные

— Мне кажется... он хочет меня. Лечение массива изменило то, что между нами, но он понимает, что именно я делаю. Он вообще очень навязчив в отношении вещей. Думаю, так было всегда, но массив это усилил. Если всё пойдёт по плану, для нас это будет хорошо. Тогда он, по-моему, уже никогда не отвернётся от Вечного Пламени. Для него критически важна добровольность, и он знает, что моя существует только пока живо Вечное Пламя. Но... если судить по тому, как далеко он готов заходить ради желаемого, есть шанс, что он уничтожит всё, что встанет у него на пути. В том числе и меня.

Ильва молчала, всё так же наблюдая за Хеленой.

Хелена ощущала себя так, словно с неё содрали кожу и теперь просто наблюдают, что будет дальше. — Может, я просто слишком много думаю.

Ильва опустила взгляд к столу, подняла стеклянное пресс-папье и покатала его в ладонях. — Ты сделала куда больше, чем я ожидала.

И это должно было её утешить?

Стоя там, Хелена понимала, что должна что-то почувствовать, но вместо этого сердце у неё будто уплотнялось в груди, с каждым днём становясь всё меньше и твёрже. Раньше ей казалось, что у неё так много, что она никогда не иссякнет; теперь же она чувствовала себя опрокинутым кувшином, из которого в нетерпеливую чашку ждут последнюю каплю.

— Я не... — начала она и замолчала. Повернула кольцо на пальце. — Мне кажется, он одинок.

Ильва резко выпрямилась в кресле. — Надеюсь, ты не начинаешь к нему привязываться, Хелена. Вечное Пламя рассчитывает, что ты останешься в рамках задачи. Если ты скомпрометирована, об этом нужно сказать.

Хелена покачала головой, сразу пожалев о своих словах. — Никогда. Моя преданность всегда будет принадлежать Вечному Пламени.

Лицо Ильвы осталось настороженным. — Знаешь, — медленно сказала она, — я могу и дальше удерживать Люка и его отряд подальше от самых страшных боёв, только если мы заранее знаем, где они будут.

Сердце Хелены ударилось о горло. — Я знаю. — Голос у неё стал тугим. — Я делаю всё, что могу. Я никогда не сделаю ничего, что могло бы поставить Люка под удар.

Поза Ильвы слегка смягчилась. — Хорошо. Тогда можешь идти. — Она махнула рукой, отпуская её, и снова вернулась к бумагам.

Хелена повернулась, потом коротко и ломко рассмеялась. — Знаете, я только сейчас поняла: если у меня получится, вы будете контролировать Феррона так же, как используете Люка, чтобы контролировать меня. И мне почему-то от этого его даже немного жаль.

Ильва даже не подняла глаз. — Что ж, он этого заслуживает куда больше, чем ты.