Мельница-2

Глава 17

Вскоре от противоположного мыса отошёл катер. Охранник Николай с помощью коллеги накинул на спину жёлтые баллоны, застегнул на груди и животе ремни, натянул ласты, нацепил на голову маску с трубкой и, как некий космический пришелец, пятясь, ушел в море. А потом нырнул и исчез.

Игорёк всё это время, очнувшись ото сна, крутился вокруг водолаза. Мы с его матерью сидели на расстеленных, скорее всего, «санаторных», узорчатых покрывалах.

— Похоже, что ты его сильно заинтересовал морем, — сказала гостья. — Раньше он его не любил.

— Дети взрослеют, — философски заметил я, сначала проглотив прожёванный кусочек мяса.

Шашлык у «ребят» удался. Хотя, навряд ли они его сами мариновали.

— А ты с детства ныряешь?

Я кивнул.

— Ты как Маугли, — сказала гостья. — И в лесу охотник, и в море. Ты даже чем-то похож на него.

Я удивился.

— Тот же темноволосый был.

— Есть такой старый фильм американский «Тарзан». Его у нас не показывают. Ты на того актёра сильно похож. И… Ты, вроде как, повзрослел за эти месяцы, что мы не виделись.

— Тот «Тарзан» тоже вроде бы не белокурым был, — подумалось мне. — Если только фигурой, то да.

За полгода усиленной работой над телом, мои плечи увеличились на размер и джинсовые рубашки пришлось продавать, а новые ушивать, потому, что висели, как на вешалке. Да и джинсы потребовались на размер больше. Я точно вырос в разны стооны и это подтверждала антропометрия нашего с медикусом спортивного диспансера исследования.

Кстати, краткий обзор методики подготовки спортсменов-широкого профиля, в основном с результатами, Городецкий предъявил «высокой» комиссии в Москве. Чем ещё больше убедил мэтров в том, что способен возглавить краевую федерацию спортивных единоборств. И от него потребовали показать результат «его» методики на конкретных примерах.

— Говорю же… Возраст у меня сейчас такой. Да и спортом я много занимаюсь. Можно сказать, что я помешан на спорте.

— На карате? Странная борьба. И не борьба, и не драка. Самбо — понятно, бокс — понятно, а каратэ не понятно.

— Вы разбираетесь в единоборствах, — удивился.

— Так, пришлось. Прочитала же твой трактат на трехстах страничках. Хороший у тебя слог, между прочим. Словно из учебника переписывал, или научной работы. Сам готовил?

Я кивнул. Она недоверчиво покрутила головой и на миг поджала губы. И знаешь, что больше всего в нём поражает, если конечно ты его точно сам писал, этот труд…

Она посмотрела на меня, приподняв правую бровь. Я не отреагировал.

— Знаешь, ты мне напоминаешь британца-аристократа. У тебя такая же неподвижная верхняя губа.

Я широко улыбнулся, разрушив образ.

— Где я, а где британские аристократы?

— Так тебе больше идёт. Улыбайся чаще. Так вот… Тебе надо статью написать. Не такую, как мы в «Советском Спорте» опубликовали, а в журнале «Физкультура и спорт». Он, относительно, научный. Сможешь сократить свой труд на журнальную страничку?

— Можно и сократить, но… лишнего там нет. Сокращение в ущерб смыслу будет.

— Ну, да, ну, да…

Гостья задумалась.

— Можно попробовать в брошюре издать, но ведь никто не поверит, что это ты сам, хм, сочинил.

— Мышь не может родить слона? — спросил я, улыбнувшись одними губами.

Женщина поморщилась.

— Ты и в формулировках точен. Вот я и говорю… А не опубликовать нельзя. Украдут. Поэтому, лучше сократить и опубликоваться под псевдонимом в журнале. А потом брошюру выпустить. Тем более, как ты говорил, ваши исследования ещё не закончены.

— Это две разные работы, — покрутил я головой. — А про псевдоним… Надо подумать. Можно под ним и рассказики публиковать…

Я, вроде как, хе-хе, задумался.

— Ты пишешь? — удивилась гостья.

— Люблю сочинения на вольную тему, — сказал я с улыбкой. — Да и не на вольную тоже…

— А я всё думаю, откуда такой слог и грамматических ошибок почти нет. Опечатки больше… И на какие темы ты пишешь?

— Боевики, в основном. Про пиратов современных недавно написал.

— Да, как тебе времени на всё хватает⁈ — изумилась гостья. — Дашь почитать?

— Да, хоть сейчас, — сказал я, хитро усмехнувшись. — Специально взял, чтобы ваш досуг скрасить.

Женщина, вздёрнув брови, внимательно посмотрела на меня.

— Ты не перестаёшь изумлять. Неси-неси. Стихи не пишешь?

Я покрутил головой. Поэтов сам не любил почему-то. Писательство — тоже порок, но поэты, по моему, уж точно не от мира сего.

Достав из сумки папку-скоросшиватель со стопкой листов бумаги А-4, на который с помощью пишущей машинке я отпечатал напрочь переделанных «Пиратов двадцатого века», передал её гостье.

— Хм! — сказала она, взвешивая папку на ладони. — Солидно для первого раза.

Она раскрыла папку, пробежала глазами первые строчки, снова вздёрнула брови, нахмурилась. Произведение было, однозначно, читабельным. Характеры прописаны слабо, но я ведь писал сценарий, а не настоящую повесть.

Гостья перевернула страницу и, задумчиво глянув на меня, попросила:

— Присмотришь за Игорьком?

— Я присмотрю, Ирина Юрьевна, — сказал охранник.

— И ты, Серёжа, присмотри. А я почитаю пока.

Женщина откинулась на спинку раскладного кресла и погрузилась в чтение моей машинописной «рукописи». Игорёк, укрытый пледом, прикорнул на покрывале. Вероятно, ещё не адаптировался к нашему времени. Присматривать за ним было просто. Я, поев жаренного на угольях мяса с сыром, печёной целиком молодой картошкой и свежими огурцами, сидел в таком-же кресле, как и Ирина Юрьевна и смотрел на море, не выпуская из вида Игорька.

На море наш водолаз вытягивал одну питомзу за другой. Гребня там было, и вправду, много.

— А ты знаешь, — вдруг оторвавшись от книги, сказала Ирина Юрьевна, — я была на просмотре киноматериала художественного фильма «В зоне особого внимания». Там про наших воздушных десантников. Как во время учений разведгруппа «красных» должна была найти штаб «синих». И там один десантник с несколькими настоящими бандитами дрался. Говорили, что его играл какой-то каратист по фамилии Касьянов. Имя у него ещё такое интересное… Не русское… Тадеуш. Знаешь такого?

— Слышал. Серьёзный мастер. Давно занимается.

— Неплохой у них фильм получился. И у тебя главный герой очень похож на него. Боцман — бывший десантник, увлекающийся самбо, боксом, каратэ. А мальчик, его сын которого он взял с собой в рейс, на тебя похож. Только… Разве у нас можно детей брать в рейс? И, тем более, за границу?