Страница 20 из 25
Следующие сутки - какой-то сюр. Я без конца набираю номер Карины, с которого механический голос диктует мне одни и те же слова. В промежутках я звоню Лизе. Она пытается связаться с Каришей, но телефон выключен и для неё, а в соцсетях она не появлялась и все наши сообщения остались непрочитанными.
Когда мне позвонила Ковалёва, после небольшого сомнения я всё-таки ответил:
- Да.
- Сашенька, куда же ты исчез? Концерт и торжественная часть уже закончились, сейчас будет фуршет.
- Я не приду. Мне нездоровится, хочу отлежаться.
Голос становится обеспокоенным:
- Тогда я сейчас приеду, помогу, поухаживаю за тобой.
Этого ещё не хватало!
- Не нужно, я не дома, я у сестры. Она мне помогает.
- Ну может...
- Ничего не нужно, спасибо, - и кладу трубку.
Достала. У меня в голове бьётся мысль, что ее странному поведению есть объяснение, но она быстро загибается под беспокойством за мою ведьмочку.
Я, естественно, еду домой. Каждые полчаса спускаюсь на второй этаж, стучусь к Карине. Оставляю в двери записку. Но её там ожидаемо нету.
Я весь вечер мечусь по квартире, мне совсем не сидится. Я бы поехал искать ведьмочку, если бы знал, куда.
Вконец измотав себя, принимаю душ и валюсь в постель. Прошлая ночь повторяется точь-в-точь: я долго не могу уснуть, а засыпаю только под утро. Но моя бессонница даёт свои плоды: я понимаю, чем могу и даже хочу пожертвовать. Я сам уйду из аспирантуры и дождусь, пока Карина получит диплом. Если получится потом снова поступить - хорошо. Если нет - дедушка бы меня понял. В конце концов, исполню другую его мечту: назову сына его именем. Думаю, Карина не будет против сына Никиты.
Решив все для себя, я спокойно засыпаю. Настолько спокойно, что просыпаюсь так, что успеть смогу только во второй паре. И то, если очень потороплюсь.
Прилетаю в универу в аккурат после первой пары. Лечу ко входу, мне нужно в деканат, поговорить о моем отчислении. Но вдруг боковым зрением замечаю того вчерашнего парня из Кариной группы. Он тоже идёт ко входу.
И тут мне в голову приходит, что Карина могла связываться с одногруппниками. Мне теперь скрывать нечего, поэтому резко меняю направление и иду к студенту ещё быстрее, чем до этого в универ. Практически подбегаю к нему и выращиваю:
- Где Карина?
Тот задумчиво смотрит на меня, потом протягивает руку:
- Григорий.
Машинально пожимаю ее, а Гриша между тем машет мне рукой, увлекая меня за собой. Следую за ним, не прикопает же он меня под ёлочкой.
Он приводит меня к уже знакомой по вчерашнему общению толпе. Если я правильно понимаю, это её группа в полном составе. Все молчат. Я немного офигеваю, но все же повторяю свой вопрос:
- Где Карина?
Отвечает девушка рядом с Григорием:
- Она бросила универ и уехала.
У меня падает челюсть, а по позвоночнику словно проходит ледяная волна. Я сам ощущаю, как бледнею. Я не успел. Я опоздал со своим решением. Хочется одновременно кричать и придушить одну стервозную барышню-паучиху.
А потом мозг переключается с паники на решение проблемы. Нужно возвращать мою девочку!
Пытаюсь собраться с мыслями:
- Куда?
Григорий меня оценивающе осматривает и осторожно отвечает:
- Ну мы в общем-то не совсем и в курсе, - а потом, немного помолчав: - А зачем вам?
Сажусь на лавочку рядом и накрываю голову руками, зарываясь пальцами в волосы. Потом поднимаю голову и обвожу взглядом одногруппников Карины, которые стояли вокруг меня.
- Мне нужна помощь. Я не знаю, где Карина. А телефон она не поднимает.
- Нам тоже, - отвечает Гриша. - Она выключила телефон. И мне вот тут подумалось, что из-за тебя. Ничего, что я на ты? Ты же не наш препод.
- Ничего, - соглашаюсь. И продолжаю, как в омут с головой кидаюсь: - Да, я все расскажу. Потому что я все равно решил уйти, мне теперь не страшно.
Григорий немного подвис:
- Что прости? Мне вот ничего не понятно, но очень интересно.
Вздыхаю, как перед прыжком в воду:
- Карина - моя девушка. У нас все серьезно. Но она тут надумала всего... Она думает, что я отказался от нее, поиграл и бросил, - снова хватаюсь за голову.
Девушка рядом с Гришей осторожно спрашивает:
- И почему она так думает?
Хмуро отвечаю:
- Она несколько раз в понедельник и вторник видела меня с Ковалевой.
- Тамарой Игоревной?
- Да, Тамарой мать ее Игоревной. И мне пришлось притвориться, что Каришу я не знаю.
Гриша завис:
- Зачем?
- Чтобы не получилось как у Амалии.
- Кто такая Амалия? - недоумевает Гриша.
- Аспирантка, которая была до меня. Ее отчислили за отношения со студентом. А студента того выгнали прямо перед дипломом.
Григорий смотрит на меня минуты две, а потом начинает хохотать. Громко и очень заразительно. Следом за ним "ха-ха" разной степени откровенности выдает и вся остальная группа за его спиной.
Теперь настало время недоумевать мне. Стою как... недоумок и жду, когда они все отсмеются. Наконец не выдерживаю и пытаюсь перебить их смех:
- И что смешного?
Гриша вытирает с глаз слезы и, почти всхлипывая, выдает:
- Амалия в декрете, соответственно - в академе. Ее студент спокойно защитился и уже работает. На их свадьбе сам ректор вместе с деканом отплясывал.
Сказать, что я зол - ничего не сказать. Цежу сквозь зубы:
- Тамара Игоревна...
Глава 14. Возмездие
Алекс
Немного отхожу от первого шока. Как бы мне сейчас кое-кого не прибить. Кое-кого конкретного. Слова рвутся из меня наперегонки:
- Она наплела мне про исключение меня и Карины, утопила мой телефон и снесла аккаунт, чтобы я не восстановил номера. Висела на мне постоянно с этой статьей, а Карина думала, что я ее обманывал. Она...
Внезапно до меня доходит:
- Это была не соседка! Это Карина приходила утром поговорить, а она открыла... В моей рубашке, - зарываюсь лицом в ладони, осознавая весь ужас этого. - Поэтому Карина и уехала.
У Гриши отвисает челюсть, а девушка рядом с ним угрожающе отозвалась:
- А вот про рубашку утром не поняла сейчас!
Устало провожу руками по лицу и объясняю:
- Ковалев-папа предложил мне писать статью под его руководством. А когда я уже согласился и меня отправили в заявку, оказалось, что у меня ещё и соавтор есть. Угадайте, кто?
- Ковалева-дочь. Про это они и говорили, когда я подслушивал, - поддержал меня Григорий.