Страница 24 из 84
Глава 8
Белову Дмитрий Николаевич нашёл в её комнате, такой же маленькой, безликой и аскетичной, как и все комнаты воспитателей и учителей Аничкиной иколе.
Анна Сергеевна, прямая и неподвижная, сидела подле окна и не отрывала от него невидящего взгляда. С её лица сошло обычное надменное выражение, сменившись какой-то тоскливой потерянностью и отрешенностью. Как это ни странно, скорбь делала эту женщину моложе и красивее.
– Простите, что беспокою вас, Анна Сергеевна, – произнес Руднев. – Знаю, как вам сейчас тяжело, но мне крайне важно задать вам несколько вопросов.
Белова оторвала взгляд от окна и повернулась к своему визитёру. Что-то в его лице убедило строгую инспектрису в том, что и он вправду был в состоянии понять её боль.
– Слушаю вас, Дмитрий Николаевич. Кто-то из девочек вас беспокоит?
– Мои вопросы не имеют отношения к педагогике, – Руднев без приглашения подвинул второй стул и сел напротив Беловой. – Я не в праве рассказать вам всего, Анна Сергеевна, но вы были абсолютно правы, когда задались вопросом, каким образом я и Фридрих Карлович оказались в числе учителей Аничкиной иколе. Мы здесь, чтобы расследовать злодейство, жертвой которого, по всей видимости, стала ваша подруга. Мне нужна ваша помощь, Анна Сергеевна, чтобы найти виновных и придать их справедливому суду. Вы готовы помочь мне разоблачить убийц Раисы Тимуровны?
Белова смотрела на Руднева растерянно, словно вовсе не понимая его слов, но постепенно смысл их дошёл до её затуманенного разумения. Дмитрий Николаевич терпеливо ждал.
– Кто вы, Дмитрий Николаевич? – спросила она наконец.
– Художник и частное лицо, сотрудничающее с официальными службами. Большего я вам сказать не могу. Вы готовы отвечать на мои вопросы?
– Спрашивайте.
– Мне сказали, что исчезновение Раисы Тимуровны было обнаружено вами утром. Расскажите подробнее, что произошло?
– Она не пришла на утренний сбор, и я пошла за ней в её комнату. Но её там не было. И личных вещей тоже не было.
– В комнате был беспорядок?
– Нет, все было, как всегда, аккуратно. Она была очень педантичной.
– Анна Сергеевна, постарайтесь вспомнить, возможно, вы всё-таки заметили что-то странное.
– Ничего!
– Не торопитесь отвечать! Воскресите в памяти свои впечатления. Вот вы зашли в комнату… Что вы там видите? Кровать… Шкаф… Стол…
– Кровать..! Кровать была не тронута, но на ней не было покрывала!
– Так! А ещё? Что было ещё необычного?
– Не знаю… Впрочем… Книги! Раечка всегда расставляла книги по высоте, а тут они стояли вперемешку… Больше ничего не помню!
– Вы уже вспомнили очень много важных фактов! – заверил Руднев. – Могу ли я осмотреть комнату Раисы Тимуровны, в частности книжную полку.
Белова покачала головой.
– В этом нет смысла. Там все убрано. Книги перенесены в библиотеку.
– Жаль… Скажите, когда вы увидели пустую комнату, что вы подумали?
– Я растерялась. А потом… – Белова запнулась.
– Анна Сергеевна, прошу вас быть со мной предельно откровенной. Всё, что не относится к делу, я клянусь сохранить в тайне.
Белова вскочила и заметалась по комнате. Руднев тоже встал.
– Ах, Дмитрий Николаевич! Я не знаю, что думать! – воскликнула инспектриса, в отчаянии ломая руки. – За пару дней до этого кошмарного происшествия мы с Раечкой сильно поссорились. Я решила, что она из-за этого и покинула школу. Тем более, она не оставила мне никакой записки..! А потом эта ужасная телеграмма!
– Из-за чего вы поссорились?
– Это был какой-то абсурд! Раечка заявилась ко мне абсолютно не в себе и потребовала, чтобы я ей всё рассказала!
– Что всё?
– В том-то и дело, что я не знаю! Она кричала, что если я ей не расскажу правды, она выяснит всё сама и тогда всем нам будет хуже.
– Кому вам всем?
– Не знаю! – голос Беловой сорвался на истерику.
– Сядьте! – велел ей Руднев.
От резкости его окрика Белова опомнилась и обессилено опустилась на стул. Через минуту к инспектрисе вернулось самообладание.
– Простите, Дмитрий Николаевич! – пробормотала она.
– Вы в состоянии ещё отвечать мне?
– Да, спрашивайте.
– Что было после того странного разговора? Вам удалось как-то объясниться с Раисой Тимуровной?
– Нет. Раечка стала меня избегать.
– У вас есть хоть какое-то предположение, что она имела в виду?
– Ни малейшего!
– А до этого разговора происходило что-нибудь необычное?
– Нет… Единственное… Она строго наказала трёх девочек и не объяснила мне, за что.
– Которых девочек?
– Оболенскую, Апанию и Ненадович.
Разговор был прерван деликатным стуком в дверь. Это оказался Белецкий, пришедший за Дмитрием Николаевичем.
– Ярцев уехал, – сообщил он, пока они шли к пруду. – Обещал, что к вечеру у вас будут все отчёты и фотографии. И ещё какое-то досье.
– На Миомира Тубича, – пояснил Руднев. – Что насчёт тела?
– Доктор сказал, что оно вполне могло пролежать в воде неделю. Карманы были набиты камнями, поэтому всплыло только сейчас. Предварительно, причиной смерти стал сильный удар по голове каким-то тупым предметом. У несчастной череп проломлен. Других ран при первичном осмотре обнаружено не было.
– Могла ли она получить такое ранение в результате несчастного случая?
– По мнению доктора, исключать этого нельзя, но рана расположена на темени. Если это был несчастный случай, то либо ей что-то упало на голову, либо она сама упала головой вниз. Во втором случае, при таком падении она непременно бы сломала шею, однако доктор этого пока не обнаружил. Должен вам сказать, Дмитрий Николаевич, что расположение раны странное и для злонамеренного удара. Даже с моего роста было бы тяжело ударить настолько сверху, не задев боковой части головы.
– Это значит, что убийца стоял выше неё. Например, такое могло произойти на лестнице.
– Если так, то убийство, скорее всего, произошло в доме. Берег, где вы её нашли, пологий. Мало вероятно, что убийца подкараулил жертву, сидя на дереве.
– Уверен, что в доме. Более того, убийца или соучастник убийства должен быть кем-то из персонала школы. Он знал, где комната Абашевой, и забрал оттуда её вещи, чтобы сымитировать побег. Думаю, если обыскать дно, найдется тюк из покрывала с её вещами. Белова сказала, что покрывала на кровати утром не было.