Страница 84 из 112
50. Нечто большее
50. Нечто большее
Книги, которые Хаальд купил для меня в столице, заняли целый сундук в бараке для рабынь.
Толстые, в кожаных переплетах, с пожелтевшими страницами и непонятными схемами. Я вчитывалась в них вечерами, ночами и каждую свободную минуту днем. Старалась увязать местные знания с тем, что знала сама.
Хотела понять, как исцелить Герду. И возможно ли это вообще.
Многое, конечно, стало для меня откровением. Многие рецепты мне еще только предстояло испытать.
Помимо готовки новых снадобий, я пыталась понять собственную силу Истока. Училась пробуждать силу в магических камнях и травах и высвобождать ее без варки зелий.
Я не знала, получится ли это у меня. Но слова Герды о том, что я самой Галатии и эдакий “усилитель” магии внушали надежду.
Получилось и впрямь не сразу. Сколько бы я ни касалась трав и кристаллов, не происходило ничего. Прорыв случился, когда я мысленно заглянула внутрь себя. Замедлила, углубила дыхание и как бы обратилась к своей силе.
И протянула эту ниточку наружу, к тому, чего касалась в этот момент.
Светлолистт под моими пальцами засветился слабым золотом. Я отдернула руку, и свечение погасло.
Получилось.
В барак я вернулась затемно и обнаружила на своей койке Альтид.
На ее коленях лежала одна из моих книг. Старая рабыня изучала ее в слабом свете масляной лампы.
При моем появлении вскинула на меня горящие глаза.
— Прости, девочка, не удержалась, — тихо, чтобы не потревожить спящих рабынь, проговорила она. — Я и не знала, что в книгах пишут о таком… Многого я и подавно не знала.
— Понимаю, — улыбнулась я. — Но вы ведь из Даневии, верно? Разве там нет лекарей и обучающих книг?
— Там немало целителей, которые излечивают прикосновением, особыми рунами или заклинаниями. Кто не обладает крохой дара Галатии, искусны в использовании артефактов, оберегов, особых камней…
— А лекари, которые лечат травами, прошлый век, — догадалась я.
— Да. Я жила в деревне, так что о травах кое-что знала — бабка научила. И когда стала рабыней, мои знания пригодились.
— Но что мешает элькхе пользоваться всем этим — артефактами, оберегами?
Альтид замахала руками.
— Что ты, девочка. Элькхе презирают любую магию, которая не связана с ульгримом. А ульгрим — это боль. Только боль.
Я села рядом на койку.
— Альтид, а если бы вы знали больше? Если бы могли лечить травами не хуже, чем целители из Даневии?
Она внимательно взглянула на меня.
— К чему ты клонишь, девочка?
— Я хочу научить вас. Может, еще Лейзу и Кэтрин — они интересовались тем, как я помогаю раненым воинам. Я научу вас всем, что знаю и умею.
— Тебе нужна помощь? Ну, с воинами.
Я мотнула головой.
— Дело не в этом. Но если план Хаа… господина осуществится, и Дом Торн со временем станет более многочисленным, помощь мне не повредит. И я знаю, что вам нравится здесь… Но с этим Домом может произойти все, что угодно.
И недавнее нападение Дома Болго — лишнее тому подтверждение.
Альтид помрачнела. Наверняка подумала о том же.
— Неизвестно, что будет с нами дальше. Но мы можем… скажем так, подстраховаться.
— Как?
— Повысить собственную ценность в глазах элькхе. Если мы будем полезны и даже важны, нас не выкинут. Не продадут. Не убьют в порыве ярости.
Альтид вздрогнула. Ей это хорошо знакомо, ведь Воргат едва не убил ее за разбитую миску.
— Я согласна.
Прекрасно. Осталось только получить согласие от кое-кого еще.
Я проворочалась на койке до самого рассвета. Плеснула на лицо холодной воды и отправилась искать Хаальда.
Много времени это не заняло. Я нашла его во дворе, возле коновязи.
Хаальд как-то странно посмотрел на меня. Окинул взглядом с ног до головы, будто желая убедиться, что со мной все в порядке.
Прошло несколько дней, как Дом Болго напал на нас. И я не могла не заметить, что в отношении Хаальда ко мне что-то изменилось. Даже его взгляд стал мягче.
Потому что я едва не пострадала? Но это глупо. С чего бы ему переживать о рабыне?
Из-за того, что поддержала его с силой Галатии и назвала защитником и воином света? Но я (точнее, Айрис) — не элькхе, а даневийка. Ничего удивительного, что она поддерживала вестника Галатии.
Перед моим внутренним взором снова встала та впечатляющая картина: свет, вырывающийся из груди Хаальда…
И ослепительное серебристое свечение, очертаниями напоминающее крылья, за его спиной.
Последнее исчезло почти мгновенно, но я могла поклясться, что видела его.
— Что такое?
— Я хотела попросить у вас разрешения. На то, чтобы Альтид, Лейза и Кэтрин в свободное от обязанностей время помогали мне.
— С чем?
— Молоть травы и кристаллы для зелий. Делать простые снадобья. Это пригодится, если на нас нападут снова.
Что-то подсказывало мне, что тот всплеск силы Галатии, который я застала, скорее порыв. Это не будет происходить постоянно.
— Вы сами знаете, что нам грозят новые вторжения. Пока воинов мало, каждый из них на счету. А когда их станет больше, я перестану справляться. Кроме того… Я сбиваюсь с ног.
Не в моих привычках жаловаться, особенно находясь в положении рабыни. Но в данном случае Хаальд должен знать, как обстоят дела.
— Я пытаюсь найти способ исцелить Герду, но времени катастрофически не хватает. Ведь я пытаюсь наделать зелий впрок и помочь тем раненым, которых зацепили воины Болго.
Увы, снадобья при всей своей силе — не волшебное заклинание, в одно мгновение излечивающее любые раны. При тяжелых ранах их нужно принимать постоянно, постепенно повышая концентрацию и готовить мази для смены повязок.
Хаальд молчал, разглядывая меня. Я выдержала его взгляд.
— Хорошо, — наконец бросил он.
Я гадала: дело в том, как сильно он хочет исцелить Герду? Или в доверии ко мне?
Или в том, что он, как и я, понимает: грядут тяжелые времена?
Главное, разрешение было получено.
Обучать женщин лекарству я начала в тот же вечер.
Вместе с Лейзой, Кэтрин и Альтид мы собрались на кухне главного дома, после ужина, когда воины разошлись по своим делам.
Для начала я показала Лейзе и Кэтрин, как молоть травы, как высушивать корни, чтобы они дольше хранились (на случай, если нам перепадут свежие коренья от местных торговцев) и как вообще их правильно хранить, чтобы не отсырели и не потеряли своих полезных свойств.
Альтид и сама делилась опытом — ведь он у нее куда богаче моего.