Страница 26 из 112
16. Хаос в деревне
16. Хаос в деревне
— Вейлр!
Чудом увернувшись от нападавшего, целитель бросился ко мне на подмогу. Однако он явно уступал мужику с вилами в силе. И в противоестественной ярости тоже.
Тот отшвырнул Вейлра в сторону одним движением могучей руки. Целитель отлетел к забору и глухо ударился спиной.
Мужик с вилами снова склонился надо мной. Глаза поистине бешеные, взгляд невидящий.
— Чудовище! — заорал он. — Убью!
Вскрикнув, я пыталась дотянуться до него иглой. Куда там… Вилы качнулись, целясь мне в грудь...
И вдруг за его плечом возник Вейлр.
Пока мы боролись, он упрямо поднялся и настиг мужика. Однако не стал нападать на него со спины, пользуясь эффектом неожиданности. Вместо этого… похлопал его по плечу, чтобы привлечь внимание.
Мужик выпрямился и развернулся всем корпусом. Вейлр коснулся пальцами его лба.
Теплое сияние разлилось от руки целителя по лицу нападавшего. Тот замер. Глаза расширились. Красная пелена схлынула, оставляя после себя обычную растерянность.
Вилы выпали из ослабевших пальцев и со стуком ударились о землю.
— Что... — Мужик огляделся по сторонам. — Что происходит?
Он посмотрел на упавшие вилы, потом на меня — испуганную, сидящую на земле.
— Я... что-то сделал?
Вейлр хмуро стрельнул в него взглядом.
— Нет, Бренн. Не успел.
Он помог мне подняться.
— Откуда ты знал, что это сработает? Что у тебя получится и без меня?
— Я не знал, — с улыбкой признался Вейлр. — Просто решил попробовать.
Я расхохоталась. С невыразимым облегчением на грани истерики. Что ж, попытка вышла удачной.
Из-за угла ближайшего дома осторожно высунулась Эби. Увидела, что опасность миновала, вышла из укрытия.
— Все хорошо? — шепотом спросила она.
— Пока да.
Вейлр повернулся к мужику, который все еще хлопал глазами, пытаясь понять, что здесь произошло.
— Бренн, ты как?
— Я... не знаю. — Тот потер лоб. — Нормально… наверное. Последнее, что помню — как разговаривал с Агнесс. А потом... темнота. И один сплошной кошмар. Я думал, что сплю и никак не могу проснуться…
— Теперь все позади. Мне нужна твоя помощь.
Бренн уставился на целителя.
— Моя помощь?
— Да. Мне нужно, чтобы кто-то разнимал других. Те, кто дерется, могут причинить друг другу куда больший вред, чем те, кто просто живет в ожившем кошмаре.
Вейлр кивнул в сторону центра деревни, где продолжался хаос. Крики, грохот, звон разбитой посуды, какой-то неразборчивый шум.
— Ты сильный. Сможешь удержать других, пока я лечу.
— Да, я… справлюсь, — после недолгой заминки заверил Бренн.
— Но сначала нужно проводить Эби в безопасное место, — встряла я. Взяла девушку за руку. — Где твой отец?
— Он живет рядом с кузницей.
Мы двинулись по улице, лавируя между перевернутыми телегами и брошенными вещами. Крики становились громче.
Кузница находилась в эпицентре охватившего деревню безумия.
Человек пять мужиков сцепились в кучу-малу, молотя друг друга кулаками. Кто-то сжимал в руке обломок доски, кто-то — молоток. Женщина с растрепанными волосами готовилась расцарапать лицо соседке.
А посреди всего этого хаоса возвышался Томас Бэк.
Он расшвыривал дерущихся, как щенят. Схватил двоих за шиворот и стукнул лбами так, что они обмякли. Отшвырнул в сторону мужика с доской, перехватил руку другого, с зажатым в ней молотком. Выкрутил так, что оружие выпало.
— Папа!
Эби рванула к нему.
Томас обернулся. Застыл, увидев дочь. На красном от напряжения и злости лице появилась растерянность.
Значит, он не заражен неведомой болезнью, вызвавшей настоящую эпидемию. Он просто пытался утвердить здесь хоть какой-то порядок.
И без физической силы тут не обошлось.
— Эби? — Голос Томаса сорвался. — Эби!
Она повисла у него на шее. Огромный кузнец прижал ее к себе так бережно, будто Эби была сделана из хрусталя.
— Доченька... живая... — бормотал он в ее волосы.
— Пап, там Вейлр, ему надо помочь! — Эби отстранилась и кивнула в нашу сторону. — Они меня вылечили!
Томас посмотрел на нас. В глазах — благодарность, смешанная с удивлением.
— Потом поговорим, — отрезал Вейлр, уже ныряя в гущу событий. — Бренн, держи этого!
Дальше все смешалось в калейдоскоп лиц, кулаков и окутывающего все пространство золотого сияния.
Бренн хватал буйных. Скручивал, удерживал. Вейлр касался их лбов… и безумие отступало. Люди приходили в себя, озирались, не понимая, как оказались здесь и что произошло.
Иногда силы оставляли Вейлра. Я видела, как он бледнеет, как его руки начинают дрожать. Тогда я подходила и просто касалась его плеча.
И некая сила через меня снова текла к нему.
Мы работали как одно целое. Он — лекарь, я — источник. Признаться, это удивительное ощущение.
Вокруг неизбежно собирались люди. Те, кого уже исцелили от этой “яростной горячки”, стояли и смотрели на нас. Кто-то помогал держать новых буйных, кто-то просто наблюдал.
— Вы это видите?! — шептались в толпе.
— Вейлр творит чудеса…
— Он истинный целитель.
— Я никогда в нем не сомневался…
— Боги послали его нам!
Я слышала эти шепотки и улыбалась. Никто не знал о моей роли в этом действе. Но я не против оставаться в тени.
Мне не нужна слава. Мне нужно дело. Возможность быть полезной — в родном мире или же чужом.
В какой-то момент я почувствовала на себе взгляд. Тяжелый, прожигающей.
Резко обернулась в ту сторону. Никого. Только толпа местных, занятых своими делами.
— Евгения? — Вейлр коснулся моей руки. — Ты в порядке?
— Да. — Я мотнула головой. — Просто показалось.
Мы продолжали работать. Продолжали помогать, заставляя всеобщее безумие оставить деревню.
К вечеру центральная улица почти очистилась. Вылеченные сидели на завалинках, бурно обсуждая произошедшее — что им виделось и что это вообще могло быть.
Некоторым пострадавшим помогал местный лекарь, о котором мне рассказывал Вейлр. Других, которых зацепило сильнее, было принято отвезти в столицу.
Я же чувствовала, что вымотана до предела. Бодрящее и восстанавливающее зелье перестало действовать. Усталость навалилась свинцовой плитой.
— Я на минуту, — сказала я Вейлру, который о чем-то говорил с Томасом. — Схожу к колодцу.
Он рассеянно кивнул.
Я направилась к колодцу в центре деревни. Здесь уже было спокойно — этот участок мы очистили одним из первых.