Страница 2 из 112
В надломленном голосе Рейвена — печаль и сожаление. Еще немного, и он начнет заламывать руки.
— Айрис убеждала меня, что в ней есть магия. Но все это были лишь трюки, дешевые фокусы, чтобы завладеть моим титулом и состоянием. Я поймал ее на лжи, и понял — магии в ней никогда не было.
— Это ложь! Ты сам забрал мою силу! — захлебываясь от возмущения, воскликнула я.
— Каждый младенец Фэйлана знает: дар дается при рождении и уходит лишь со смертью, — сузив глаза, отчеканил Рейвен. — Его нельзя забрать, глупая ты женщина.
Жрец покачал головой, глядя на меня с отчетливым неодобрением.
— Дитя мое, клевета на супруга — тяжкий грех.
— Клевета?! — Внутри закипало от бессильной ярости. — Я видела своими глазами, как он забрал мой дар! Его руки светились и глаза тоже!
Да, аргументы так себе, но во мне в этот миг говорили эмоции.
— И он передал мою силу своей беременной любовнице!
В глазах жреца застыл шок. Ну вот, я наконец его зацепила…
— Советую вам замолчать, — понизив голос, угрожающим тоном произнес он. — У его светлости господина Легранда, нашего великого герцога, безупречная репутация. Ваши беспомощные попытки очернить его обречены на провал.
Герцога? Проклятье.
Рейвен театрально всплеснул руками, глядя на жреца.
— Видите, с чем мне приходится иметь дело? — Он вздохнул с видом мученика. — Пять лет я пытался спасти наш брак во имя Сестры Сердец. Я был предан жене, надеялся, что сумею исцелить ее душу своей любовью. Но обман Айрис стал последней каплей. Она не просто лгунья. Она безумна. Прошу вас, освободите меня от этого бремени.
Жрец подошел ко мне. Его выцветшие, водянистые глаза смотрели на меня без всякой злобы. Скорее, с брезгливым сожалением, будто я — жалкая оборванка, попавшаяся на его пути и лепечущая что-то безумное.
Он простер надо мной руки, закрыл глаза и забормотал что-то на незнакомом мне языке.
Тишина в комнате стала оглушительной. Я стояла ни жива ни мертва. Прошло несколько секунд, которые показались мне вечностью.
Жрец открыл глаза.
— Она и впрямь пуста, как яичная скорлупка. В ней — ни капли магии. Нет даже самой слабой искры.
Я стиснула зубы. Можешь поблагодарить за это своего “великого герцога”.
Рейвен за спиной жреца довольно улыбнулся. А тот снова воздел руки.
— Во имя Сестры Сердец, светлой богини любви и супружества, я разрываю узы, связывающие эти две души! Да будут они свободны идти своими путями врозь!
Мое запястье обожгло огнем. На коже проявился тонкий, светящийся золотой обруч, который тут же с тихим звоном рассыпался на тысячи золотых искр. Они взметнулись вверх и погасли, не долетев до потолка.
Вот оно, еще одно проявление магии. Значит, то, что я видела — сияние в глазах и на руках Рейвена — мне не почудилось.
Магия существует. И она была у Айрис. А этот козел каким-то образом высосал ее до капли.
Жрец поклонился герцогу и, бросив на меня короткий, равнодушный взгляд, вышел прочь.
Муж — бывший муж — повернулся ко мне. Его лицо больше не изображало страдания. Оно было жестоким и холодным.
— А теперь убирайся, — сказал Рейвен, чеканя каждое слово. — Ты мне больше не нужна.