Напарница звездного стража

Глава 10

Дайри

Какое-то время мы просто летели над океаном. Сидя в кресле второго пилота, я погрузилась в раздумья, шокированная произошедшим, и даже не сразу сообразила, когда мы успели выйти в космос.

Мысли метались от Вити к Авенару и обратно. Иногда я думала о Торресе и его поведении, о Мелиссе, которая, как оказалось, все-таки была жива. Но больше размышляла о самых важных для меня мужчинах.

Очень скоро мы завершили прыжок, и я увидела на экранах Аль-Триас.

— Ты ведь сказал, что нам нужно к Абисмалу… Разве мы не отправимся на Эсту? — лишь выдала я, ничего не поняв.

— Мы с тобой уже почти сутки мотаемся без перерывов… Как думаешь, нам стоит лететь сейчас? Или все-таки немного передохнем, пока нас снова не вызвали на Землю? — устало повернулся ко мне Даргил. Его глаза, обычно полные огня, сейчас были приглушены, лицо выглядело изможденным.

Под глазом красовался синяк, которым наградил его Торрес, на виске запеклась струйка крови. Да и верхняя губа прилично так опухла.

Хотя, кажется, увечья Даргила ничуть не волновали.

За меня впервые в жизни дрались мужчины, и я не знала, как верно себя вести после такого побоища.

Вроде и приятно, но ситуация не располагала к романтике.

Хотелось пожалеть напарника, и одновременно я понимала, что Торрес отчасти прав. Просто появился, чтобы рассказать о Мелиссе, не в то время и не в том месте. В тот момент меня больше тревожило состояние сына.

И вообще, душа, как ни крути, больше тяготела к Авенару.

Все-таки Мелисса права. Морлен не был гадом и сам страдал от чудовища, представляющего его другую половину. Так вышло и со мной.

— Абисмал сказал лишь о том, что мы ему нужны, но не сказал, что прям срочно. Полетим к нему утром, — ответил Даргил.

— Ты прав. Да и твои раны нужно обработать, — покосилась я на кровоподтек.

— Ты ведь умница и все понимаешь, — кисло улыбнулся морлен, несмотря на распухшую губу. Ему наверняка было больно, но он не жаловался.

— Мы полетим к тебе? — спросила я с осторожностью.

— Да. — Авенар пожал плечами, стараясь выглядеть непринужденно, но я заметила, как его взгляд задержался на мне чуть дольше обычного. — Твоя комната по-прежнему тебя ждет. Все вещи на месте. Обещаю не провоцировать никаких взаимоотношений. Мы оба знаем, насколько это опасно для тебя. Просто ужинаем — и расходимся спать.

Мое сердце застучало, как проклятое. От нахлынувших воспоминаний закружилась голова, а в груди разлилось странное, щемящее тепло.

Перед глазами, словно кадры старого фильма, пронеслись картины прошлого.

Вот мы с Авенаром вместе готовим ужин, смеемся над неудачной попыткой перевернуть блин. А тут — обсуждаем планы тренировок на утро, его голос звучит уверенно и спокойно, и я ловлю каждое слово.

Он уже тогда мне нравился, хоть я и пыталась доказать себе, что не влюблена в своего куратора.

Вспомнилось, как мы целовались до потери пульса, забыв обо всем на свете, растворяясь друг в друге… Правда, последнее закончилось не слишком-то хорошо.

И мы до сих пор пожинаем плоды поспешного решения.

Опьяненные удачным исходом боевой операции, тогда мы и не думали о чудовище, которое живет в Даргиле. А оно лишь временно притихло…

В общем, я испытала весь спектр эмоций: от нежной ностальгии до острого сожаления, от смутной надежды до горького разочарования.

До самого дома я молчала, погруженная в свои мысли, а ностальгия щемила грудь. Потому что я прекрасно осознавала, что прошлого уже не вернешь. И вместе нам никогда не быть. Все чувства напрасны и лишь вредят нам обоим.

На фоне сегодняшнего признания Авенара, которое прозвучало так неожиданно и искренне, собственные мысли казались абсурдными.

Я действительно хотела бы провести с ним остаток жизни — который, с учетом моего омоложения, будет не таким уж и маленьким.

Он сказал, что любит меня. И я почему-то верила, хотя и оставалось сомнение, что он сделал это на эмоциях после драки с Торресом, когда адреналин еще бушевал в крови, а чувства обострились до предела. Я хотела бы услышать признание лично от Авенара, наедине, прямо-таки мечтала об этом. Но как вышло, так вышло. В любом случае, его слова въелись в память. А то, что он сказал о своей любви ко мне во всеуслышание, лишь подтверждало, что все так и есть, и Даргил не стесняется своих чувств. Не хочет их скрывать.

— А что именно случилось с Мелиссой? — спросила, чтобы заткнуть собственный мозг, выдающий варианты: а что, если…

— Ты ведь сама слышала. Торрес не соврал. Я ее едва не убил. А точнее — фактически убил, но ученые успели ее откачать… Тело еще оставалось живо, сопротивлялось, полностью лишенное энергии. Мелиссу вовремя подключили к аппарату, который восстанавливал ее силы, но она находилась в коме.

— И как долго? — тихо поинтересовалась я.

Авенар выдержал паузу, будто признание давалось с трудом.

— Пару лет… Потом доктора все-таки смогли привести ее в чувство. Но ненадолго. Она снова отключилась. Мало того — каждое подобное пробуждение вызывает в ней шок и сопровождается невероятной болью. Она приходит в себя крайне редко. По большей части лежит в капсуле, словно овощ в теплице. Но в последние годы ее стали выводить из коматозного состояния искусственным способом и немного снизили болевой эффект. Несколько раз за это время нам удавалось поговорить, но чаще всего она меня проклинала. И я ее прекрасно понимаю.

— Она сказала, что больше не держит на тебя зла.

— Я рад, если это действительно так. Ее мучения причиняли боль и мне.

— У нее есть шансы на восстановление?

— Очень незначительные. Их скорее нет, чем они есть. Сегодня я не знал, что она в сознании. Слишком замотался и, видимо, пропустил сообщение из Атласа. Обычно они докладывают о состоянии своей постоянной пациентки.

— Возможно, оно и к лучшему, — пробормотала я, пытаясь разложить все по полочкам в своей и без того трещащей от разных мыслей голове.

Мы опустились на парковку у дома Даргила и вместе вошли внутрь.

За эти дни он успел навести порядок, разложил все вещи по местам.

— Я сам приготовлю ужин, а ты пока прими душ, — улыбнулся он, стараясь не показывать плохого настроения. Хотя, может, оно было не таким уж и плохим, кто его знает.

— Нет. Давай сначала посмотрим, что есть из лекарств, — указала я на его синяк.

— Какие мелочи тебя волнуют, — буркнул Авенар, но все-таки я видела, что моя забота ему приятна.