Страница 42 из 43
39.
Следующие дни растянулись в бесконечные минуты ожидания и в долгие ночи без сна.
Лера брала трубку только от Кота и постоянно звонила в больницу, но ответ был один и тот же.
«Состояние стабильное. Изменений нет».
Она несколько раз ездила туда, но к Стасу её не пустили, несмотря на все просьбы.
Более того, у больницы и у дома постоянно дежурили журналисты и доставали её своими вопросами, поэтому она старалась лишний раз не выходить из дома. А когда приходилось, то Лера надевала на глаза тёмные очки, пряталась за ними от всего мира и ни на что не реагировала, словно её это совсем не касается.
Когда через четыре дня раздался долгожданный звонок от Дениса, она не находила себе места от беспокойства.
— Он пришёл в себя. Я через пятнадцать минут заеду за тобой, — произнёс он, не тратя время на долгие приветствия.
Лера собралась быстро. Джинсы, свитер, куртка. Волосы она даже не стала собирать в пучок — просто оставила распущенными. Когда она вышла из дома, у подъезда стояла толпа журналистов с камерами. Она прошла мимо, не отвечая на вопросы, и села в машину. Главное, что Стас пришёл в себя, всё остальное — мелочи.
— Он хотел сначала увидеть тебя, но дай мне пожалуйста пару минут, порешать с ним кое-какие вопросы, чтобы я потом вам не мешал, лады? — спросил Денис, когда они подъехали к больнице.
Лере очень хотелось увидеть Стаса, убедиться, что с ним всё хорошо, но она кивнула, уступив Денису, потому что не хотела, чтоб им со Стасом кто-нибудь мешал.
Ожидание показалось ей вечностью, хотя Кот вышел через пару минут.
— Заходи, ему не терпится увидеть тебя. Воркуйте, голубки, как закончите — набери мне, я тебя заберу.
— Я могу добраться сама, — пробормотала Лера.
Денис помотал головой.
— Ты ключевой свидетель, поэтому давай без самодеятельности. К тому же Стас не будет так тобой рисковать. Набери мне.
— Ключевой свидетель? — переспросила Лера, не понимая, о чём он.
— Мы сообщили полиции, что Ржавый угрожал тебе перед стартом. Тебе нужно будет потом дать показания и подтвердить это, если ты не против.
Лера кивнула.
— Я сделаю всё, что нужно.
— Ты молодец, — Кот похлопал её по плечу, — а сейчас беги к нему, он уже теряет терпение.
Лера вошла в палату на полусогнутых. Стас лежал на высокой кровати, подключённый к мониторам. Лицо бледное, под глазом огромный синяк, губа разбита. На голове — повязка. Правая рука в гипсе.
Он попытался улыбнуться. Получилось плохо — губа была разбита.
— Привет… — прохрипел он, с тревогой вглядываясь в её лицо.
И тут Лера сорвалась, напряжение последних дней дало о себе знать. Слёзы покатились из глаз, словно прорвало плотину. Она кинулась к нему, упав возле постели на колени, прижавшись щекой к его ладони.
— Ты живой… живой… Слава богу, я так испугалась.
Стас осторожно погладил её по голове здоровой рукой, перебирая пряди волос.
— Ну ты чего, маленькая? Всё хорошо. Я же фартовый. В рубашке родился.
— Ты обещал вернуться целым, — всхлипнула она, — а сам…
Лера уткнулась ему в грудь и осторожно взяла здоровую руку. Стас переплёл их пальцы.
— Прости, — произнёс он. — Я не хотел, чтобы ты это видела. Кот сказал, у тебя проблемы? Я видел видео и статью.
Лера лишь отмахнулась.
— Разберусь как-нибудь потом. Это всё не важно.
Стас нахмурился.
— Для меня важно. Я всё решу, не переживай.
Лера фыркнула.
— У тебя у самого вон неприятности, я справлюсь.
Он приподнял её лицо за подбородок и, глядя в глаза, сказал:
— Лер, твои проблемы — это теперь мои проблемы. Я всё решу. Доверься мне.
Лера лишь устало кивнула, вдыхая полной грудью его запах, к которому сейчас примешивался запах лекарств. Спорить больше не было сил.
— Я думал о тебе в момент аварии, — произнёс Стас. — Не о тачке. Не о боли. О тебе, о том, что ты стала для меня дороже всего на свете.
Лера подняла на него глаза.
— Если ты ещё раз так меня напугаешь, я сама тебя убью. Я не выдержу ещё одного раза. Кажется, я тебя люблю, Быстров.
Стас усмехнулся, но тут же поморщился от боли.
— Только сейчас это поняла? Долго же до тебя доходило. Я с первой нашей встречи на комиссии понял, что ты моя. Плевать мне было на универ. Мне нужна была ты.
Лера невольно улыбнулась. В груди разлилось что-то лёгкое, похожее на надежду.
— Знаешь, иногда мне казалось, что мы с тобой как два пазла, которые никак не могут совпасть… А когда увидела тебя там на асфальте и поняла, что могу тебя потерять, вдруг щёлкнуло — и кусочек встал на место.
Стас закрыл глаза.
— Я люблю тебя, Лера. Не просто хочу. Не просто привязался. Люблю. И мне плевать, что все вокруг считают это безумием.
Лера почувствовала, как внутри что-то оборвалось и сразу же собралось заново — уже по-другому. Она не ответила сразу. Просто наклонилась и очень осторожно поцеловала его в разбитые губы.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала она. — И мысль, что с тобой что-то может случиться, пугает меня сильнее всего, что было до сих пор.
Они молчали, прижавшись друг к другу. Монитор пищал ровно. За окном продолжал моросить дождь.
Когда пришло время уходить, она наклонилась к нему и прошептала:
— Я вернусь завтра. И послезавтра. И каждый день, пока ты здесь.
Стас слабо сжал её пальцы в ответ.
— Кот отвезёт тебя домой. Будь осторожна, пожалуйста, не ходи никуда одна, пока я не выйду отсюда.
Лера кивнула.
Она вышла из больницы уже в сумерках. У входа снова стояли журналисты. На этот раз она остановилась.
— Да, у нас отношения, — сказала она спокойно в камеру. — И да, я его люблю. Остальное — не ваше дело.
Внутри неё больше не было паники. Скандал был громким. Но внутри неё теперь было нечто сильнее любого скандала.