Удержи меня

Глава 34. Дмитрий. Близость разлуки

Он проснулся от того, что солнечный свет бил прямо в глаза. За окном было утро, но Дмитрий чувствовал себя так, будто не спал вовсе. Рядом Кира ворочалась, устраивая свой огромный живот поудобнее. Она уже не помещалась на своей половине кровати, и каждую ночь они сражались за пространство. Дмитрий не жаловался. Он вообще старался не жаловаться последние недели. Ей было тяжелее.

Он осторожно встал, накинул халат. На кухне заварил кофе — слишком крепкий, как всегда, когда нервничает, — и чай с бергамотом для Киры. Поставил кружки на стол, добавил сахарницу, положил печенье. За окном моросил дождь, город был серым и сонным.

В спальне зашуршало. Кира вышла, придерживая живот. В его старой футболке, с растрёпанными волосами, сонная и красивая, несмотря на отёки и усталость.

— Ты опять встал раньше, — сказала она, садясь. — Не спалось. — Опять мысли об отце? — Нет. О тебе.

Она улыбнулась, но как-то криво — будто хотела, да не получилось. — Льстишь. — Правда.

Она отпила чай, зажмурилась. — Хороший. Спасибо. — Как ты сегодня? — Ноги опухли. Спина болит. Вера брыкается как ненормальная. Вчера чуть не ударила меня изнутри в рёбра — я аж охнула. — Скоро родишь. — Ты это говоришь каждый день. — Потому что это правда.

Кира хмыкнула, макнула печенье в чай. Оно тут же размякло и развалилось. Она чертыхнулась, выловила кусочки ложкой. — Вечно эта фигня…

Дмитрий улыбнулся. Ему нравилось наблюдать за ней. Даже сейчас, когда она жаловалась на боли и усталость, он видел в ней ту самую сильную женщину, которая когда‑то сказала ему: «Найди меня». Он нашёл. И не отпустит.

В десять утра приехала Лена с пакетом вещей для малышки. Кира оживилась, как ребёнок, забыв про своё настроение. — Ты чего привезла? — Ползунки, распашонки, шапочки. Всё розовое, потому что у нас девочка. — Лен, мы же просили не тратиться. — Это подарок. И не спорь.

Они сели на диван, разбирая обновки. Кира гладила маленькие вещи, улыбалась, но вдруг замерла, держа в руках крошечную распашонку. — А если она не понравится розовому? — тихо спросила она. — Что? — не поняла Лена. — Ну… вдруг она вырастет пацанкой в джинсах и с гаечным ключом? Будет ненавидеть всё это розовое безобразие. Лена расхохоталась. — Кира, ты с ума сошла? — Да нет, просто… — она вздохнула. — Вдруг я всё испорчу? Сделаю не так?

Дмитрий подошёл, положил руку ей на плечо. — Мы будем учиться. Вместе.

Лена осталась на обед. Она приготовила куриный суп и салат, потому что Кира не любила стоять у плиты. Дмитрий помогал, резал овощи, мыл посуду. Они болтали о пустяках, смеялись.

— Дим, а ты боишься родов? — вдруг спросила Лена. — Боюсь. А она? — Кира? Она боится, но не показывает. — Как обычно. — Ты её знаешь.

После обеда Лена ушла. Кира легла отдыхать. Дмитрий сел на кухне, закурил. Он почти бросил, но стресс иногда брал своё.

Позвонил Костя. — Дим, ты как? — Нормально. — Отец не звонил? — Нет. Молчит. — Это хорошо. — Не знаю. Он копит обиду. — Может, и нет. Может, одумался. — Сомневаюсь.

Они поговорили ещё немного о работе, о машинах, о планах на лето. Костя сказал, что Лена хочет завести кота, но он против. Дмитрий посоветовал не спорить — женщина всегда права. Костя засмеялся.

Вечером, когда Кира проснулась, Дмитрий предложил сыграть в «Угадай желание». — Как это? — она зевнула, потягиваясь. — Ты загадываешь желание, а я должен угадать. Если угадаю — ты его исполняешь. Если нет — я исполняю твоё. — А что за желания? — Неопасные. Например, сделать массаж ног или сходить в кино. — Хитрый. — Учусь.

Она задумалась, покусывая губу. — Хочу, чтобы ты перестал курить, — наконец сказала она. Он усмехнулся. — Трудно было догадаться, — усмехнулась она. — Сегодня же брошу. — Врёшь. — Сегодня. Обещаю.

Она поцеловала его — быстро, почти мимолётно.

Позже, лёжа в кровати, Кира заснула. Дмитрий не спал. Смотрел в потолок, слушал её дыхание. Вера внутри шевелилась, иногда толкалась, и Кира вздыхала во сне.

Он осторожно положил руку на её живот. Через несколько секунд почувствовал толчок — дочка дала о себе знать. — Спите, мои хорошие, — прошептал он. И закрыл глаза.

На следующий день он выполнил обещание: выбросил пачку сигарет в мусорку у подъезда, замазал пепельницы краской — чтобы не искушаться. Кира смотрела и улыбалась, но в глазах читалось недоверие. — Ты серьёзно? — Да. — А если сорвёшься? — Не сорвусь. — Я запомню. — Запоминай.

Они сидели на диване, смотрели какой‑то дурацкий фильм про шпионов. Вера толкалась, Кира гладила живот. Дмитрий держал её за руку. — Дим, я люблю тебя. — Я тебя тоже.

Она положила голову ему на плечо. Он почувствовал, как её дыхание стало ровным — она задремала.

Дмитрий осторожно подвинулся, чтобы не разбудить, и уставился в экран. Шпион на экране прыгал с крыши на крышу, размахивал пистолетом. «Какая ерунда», — подумал Дмитрий.

А потом улыбнулся.

Завтра будет новый день. И новая игра. Но главное — они есть друг у друга.