Отличница для хулигана

29 глава

Когда наступило лето и закончился первый курс, а за ним и сессия, мне предложили стажировку в другом городе.

Я открыла письмо утром и перечитала его четыре раза.

Стажировка должна была продлиться два месяца. Компания оплачивала дорогу и жилье. Работа была именно той, о которой я мечтала, когда поступала.

И все равно первым чувством стала не радость, а страх.

Я нашла Артема возле общежития – он лежал под мотоциклом и что-то делал с ним.

– Мне предложили стажировку, – сказала я вместо приветствия.

Из-под мотоцикла показалась его голова.

– Поздравляю.

– В другом городе.

– И?

– На два месяца.

– Когда уезжаешь?

– Я еще не согласилась.

Артем выкатился полностью и сел.

– Почему?

– Потому что два месяца – это долго.

– Согласен.

– У тебя здесь работа, ты не сможешь приезжать часто.

– Скорее всего.

– И тебя это устраивает?

– Нет.

Я ждала продолжения.

Он вытер руки ветошью.

– Ты хочешь поехать?

– Да.

– Тогда соглашайся.

Ответ оказался таким простым, что я разозлилась.

– Тебе все равно?

– Белова, я только что сказал обратное.

– Ты даже не пытаешься меня остановить.

– А должен?

– Не знаю.

– Знаешь. Ты бы меня возненавидела.

Я замолчала.

Он был прав.

– Я буду скучать, – сказал Артем. – Буду злиться на расстояние, на твою работу и на людей, которые увидят тебя чаще меня. Но это не причина заставлять тебя отказываться от того, чего ты хочешь.

Я опустилась рядом с ним на корточки.

– А если за два месяца все изменится?

– Изменится.

– Очень обнадеживает.

– Мы тоже изменимся. Потом разберемся, что с этим делать.

Раньше неизвестность показалась бы мне достаточной причиной отказаться.

В тот день я отправила согласие.

Первые недели стажировки были сложными.

Мы созванивались каждый вечер. Потом у меня начался большой проект, а у Артема стало больше заказов. Несколько наших с ним разговоров по телефону пришлось перенести на другие дни. Один раз он и вовсе уснул, так и не дождавшись звонка, и я обиделась на него из-за этого.

Мы поссорились в переписке.

Потом в этой же переписке впервые помирились без прикосновений, взглядов и возможности просто обнять другого.

А через месяц Артем приехал ко мне во время своих выходных. Ехал двенадцать часов на поезде, поскольку его мотоцикл был на ремонте.

– Ты знаешь, что ты ненормальный? – сказала я, когда встретила его на вокзале.

– Я соскучился по тебе.

– Ты мог бы меня и предупредить за день до своего приезда.

– Тогда ты составила бы расписание на оба дня.

– Я всё равно составила.

– Конечно.

Мы провели два дня, гуляя по незнакомому городу. Я показала свой рабочий офис, съемную комнату и кафе, где обедала. Он познакомился с моими коллегами и почти не язвил.

Когда Артем уезжал, это был самый тяжелый день в моей жизни.

Но я уже знала: расстояние не означает конец.

На третьем курсе я впервые провалила важный конкурс.

Мы с Артемом, который уже успел выпуститься из университета, вместе готовили исследование почти полгода. Я была уверена, что работа пройдет в финал, и заранее составила план поездки на конференцию.

Письмо с отказом пришло рано утром.

Я перечитала его пять раз, потом открыла документ и начала искать ошибку.

Через несколько часов Артем поставил рядом со мной кофе.

– Не прошла? – спросил он.

– Нет.

– Жаль.

– «Жаль»?

– А что сказать?

– Что они ошиблись.

– Они могли выбрать другую работу по нормальным причинам.

Я резко закрыла ноутбук.

– Отличная поддержка.

– Ты хочешь, чтобы я соврал?

– Хочу, чтобы ты сказал, что моя работа хорошая.

– Она хорошая.

– Недостаточно.

– Для конкурса. Не для тебя.

– Это одно и то же.

– Нет.

Я отвернулась.

Раньше Артем попытался бы закрыть ноутбук сам, аеперь сел рядом и ждал.

Минут через десять я спросила:

– Что мне делать?

– Сегодня?

– Вообще.

– Расстроиться. Потом решить, хочешь ли ты исправить работу или сделать другую.

– И все?

– А что еще?

Я посмотрела на письмо.

Проигрывать было отвратительно, но мир вокруг меня не разрушился. Артём не стал считать меня хуже. Преподаватели не перестали уважать. Даже я сама, как ни странно, оставалась собой.

Я закрыла документ.

– Сегодня я ничего исправлять не буду.

– Горжусь тобой.

– Не преувеличивай.

– Уже поздно.

Мы заказали еду и весь вечер смотрели какой-то глупый фильм.

В ежедневнике пункт «исправить ошибки» остался незачёркнутым.

На следующий день я впервые не перенесла его на новую страницу.

На четвертом курсе мы сняли квартиру вместе

Первую неделю я была уверена, что совместная жизнь окажется простой, потому что мы и так проводили почти все время рядом и вместе.

На второй неделе я разложила вещи Артема по шкафам без разрешения.

На третьей он случайно поставил грязную чашку на мой конспект.

Через месяц мы едва не расстались из-за полотенец.

– Почему оно опять лежит на кровати? – спросила я.

– Потому что я его туда положил.

– Я вижу. Зачем?

– Забыл повесить.

– Ты забываешь каждый день.

– А ты каждый день перекладываешь мои вещи так, что я ничего не могу найти.

– Потому что у вещей должны быть места.

– У них есть места. Там, где я их оставил.

– Это не места, это хаос!

– Это мой дом тоже.

Последняя фраза остановила меня.

Я посмотрела на квартиру.

На свои книги, занявшие две полки. На ежедневники на столе. На чашку с белкой. На его куртку на стуле и инструменты возле окна.