Страница 80 из 91
Я посмотрела на его удаляющуюся спину, а затем, с тоской, на свою футболку. Порыв облачиться в нее обратно в себе задавила — мокрая и грязная, она была безнадежно испорчена. А на кухне, как назло, не оказалось ничего, чем можно было прикрыться, даже полотенца. В свете недавнего разговора, точнее даже, монолога Вовы, мне хотелось вообще замотаться с ног до головы.
Но придумать во что не успела.
— На, держи, — мне протянули просто огромный мужской халат и кивнули в сторону ванной, — иди, переоденься. И вещи в стиральную машинку закинь, там есть режим с сушкой. Через час будут, как новые.
Я кивнула и быстро скрылась за нужной дверью.
Быстро содрала с себя оставшуюся одежду — даже носки умудрилась заляпать. А затем, положив все внутрь большой и стильной стиралки и насыпав стоящий тут же, рядом, порошок, запустила нужный цикл.
Накинула халат и присела на край ванной.
Мне нужно было выдохнуть.
Впрочем, хватило буквально пары минут — многое уже было сказано, отступать не имело смысла. И я, плеснув себе в лицо холодной водой и утершись рукавом, снова поплелась на кухню.
Ожидала увидеть Вову на том же самом стуле, хмурого и недовольного, но он снова меня удивил. Едва я появилась на пороге, как меня ухватили за пояс халата, решительно потянув в сторону сидячего места.
— Ай! — Вскрикнула я, когда полы халата, подчинившись сильной руке, разъехались в стороны, оголив меня по самое не хочу. — Ты что делаешь?!
— Сиди уже, — проворчал Вова, глянув так, что сопротивляться желания стало минимум втрое меньше, — что я там не видел…
А я покраснела так, что даже уши запылали.
Вот же гадство!
Несмотря на то, что мужские касания были без какого-либо сексуального контекста, по телу разбегались мурашки. И от осознания того, что Вова это может заметить, я краснела все сильнее…
— Давай, тут я сама, — сделала последнюю попытку отстраниться, не дав развязать пояс халата.
И, как ни странно, меня услышали.
— Как хочешь, — Вова пожал плечами и отдал мне тюбик с мазью.
А затем отвернулся и отошел к окну, сложив на груди руки.
Наступила тишина…
Я, сжав зубы, мазала обожженную кожу, стараясь не шипеть. И как завтра на работу идти? В одежде полдня, как пытка… Как жаль, что нельзя мешок одеть! Может, получится у сестры-хозяйки халат на пару размеров больше попросить… и штаны…
Вова так и стоял, отвернувшись.
А я, справившись с самолечением, вот уже несколько минут смотрела на мощные плечи и аккуратную спину. И думала, как много в нашей жизни недосказанностей…
— Вов, — окликнула я его, оставшись сидеть на месте. Хотя очень хотелось подойти сзади и обнять, прижавшись, — я и правда пришла поговорить…
— Насть, давай не будем, — перебил меня он, не пошевелившись, — и так все понятно…
— Нет, будем, — у меня, наконец, прорезалась решительность в голосе. Я даже подбородок вздернула, — потому что я не обманывала тебя. И Олега не обманывала. И Васька мне не сын…
— Но я же слышал, — Вова обернулся, уставившись на меня с таким недоверием, что мне даже смешно стало.
Какие же мы… глупые. Оба.
— Дурацкая и неуместная шутка, ничего больше, — пожала я плечами.
— Но ты замужем, — то ли вопрос, то ли утверждение. А я едва заметно улыбаюсь.
— И да, и нет, — а затем, видя, что с губ мужчины собирается сорваться как минимум десяток вопросов, предлагаю, — бартер?
Секундное непонимание…
— Хорошо, — теперь на его лице тоже промелькнул намек на улыбку, — кто первый?
— Ты.
— Как скажешь…