Проклятье Снегурочки

11

Врач в приемном покое осмотрел Матвея с ног до головы.

— Давно был последний приступ?

— Два часа назад, – ответила Лида.

— Ребенка надо срочно госпитализировать. Мы его подлечим, и нужно будет пройти курс реабилитации. Он платный. – Врач внимательно посмотрел на них.

— Мы готовы, – сказала Аглая.

— Хорошо. Тогда я оформляю его к нам.

Врач черкнул что-то в бумагах. Пришла санитарка. Матвея пересадили с его каталки на больничную и увезли. Лида и Аглая остались стоять посреди больничного холла.

— Не бойся, – сказала Аглая. – Это хорошая больница. И врачи тут что надо. У меня сын в соседнем отделении лежит.

— Что с ним?

— Острый ларингит. Пойдем.

Они вышли на улицу. Сильно мело, дул ветер. У Аглаи зазвонил мобильный. Она взглянула на экран.

— Это отец.

Лида равнодушно пожала плечами. Аглая нажала на прием.

— Да, пап, привет.

— Глаша, как ты? Я полдня тебе звоню, ты трубку не берешь! Вы в порядке? Мы с ума сошли от волнения.

— Да, пап, я в порядке. Димка попал в больницу, снова с крупом, но ему уже лучше. – Аглая сделала секундную паузу и прибавила: – Тебе привет от Лиды и от Матвея.

— Что? От какой.. – Отец замолчал, а потом тихо произнес: – Откуда ты узнала?

— Неважно. Это долго объяснять. Они в Москве. Мы отвезли Матвея в больницу и едем к нам.

— Я сейчас приеду, – твердо проговорил отец. – Никуда не уходите. Ждите меня дома.

— Хорошо. – Аглая убрала телефон.

— Что он сказал? – спросила Лида.

— Он едет к нам с дачи. Часа через два будет. Идем, купим чего-нибудь к чаю.

Она взяла сестру под руку..

На часах было девять вечера. В чашках остывал чай, на тарелке лежали бутерброды, в коробке зефир в шоколаде. Сергей Трофимович сидел, подперев подбородок ладонями, и смотрел на Аглаю и Лиду.

— Девочки мои. Простите меня. Я виноват перед вами обеими. Перед тобой, Лида, конечно, гораздо больше. Но и перед Глашей. Обманывал ее всю жизнь.

— Ладно, что уж там, – проговорила Лида нарочито небрежным тоном, однако было видно, что она тронута до глубины души.

— Я – дурак. – Сергей Трофимович вздохнул. – Думал, что вам не стоит встречаться. Вы будете ненавидеть друг друга и никогда не полюбите. Как я ошибался.

— Это все Глаша, – сказала Лида. – Она первая назвала меня сестрой. Я теперь.. самая счастливая! – Она не сдержалась и заплакала.

Аглая ласково погладила ее по голове.

— Не плачь. Все будет хорошо. Ты не одна теперь. О тебе есть кому позаботиться.

Лида в ответ улыбнулась сквозь слезы и обняла Аглаю.