Душа мавки

Глава 16

Глава 16

Дерево обнаружилось на изломе реки. Здесь берег плавно спускался к воде, и открывалась живописная картина. Водоём в этом месте будто превращался в зеркало, настолько прозрачным и тихим был. Вокруг царило почти полное безмолвие, словно даже природа чувствовала, что материя тут истончается.

Я остановился перед Осиной и вдруг отчетливо почувствовал, что здесь сама суть бытия меняется. Ведьмовское нутро пошло рябью, по телу пробежали колючие мурашки.

Арина стояла рядом и менялась прямо на глазах. Теперь она не выглядела слабой, наоборот, с каждой минутой, приближаясь к границе, мавка словно становилась глубже, страшнее и красивее одновременно. Я видел это и не хотел принимать. За время нашего путешествия мне почти удалось поверить, что рядом человек. Даже цвет кожи Арины изменился, но теперь…

Её пальцы медленно поднялись, и в свете сумерек я увидел, как на ладонях проступают руны. Она не чертила их в воздухе, а будто через себя пропускала.

Влажный воздух вокруг дерева дрогнул, и я уловил едва различимый шорох, словно корни шевельнулись и ушли глубже в землю.

- Путь, - тихо проговорила Арина.

И в этот миг ствол осины неуловимо изменился. Сероватая кора на секунду утратила материальность, и я увидел под ней тёмную щель, тонкий разрыв на ткани мира. В ту же секунду мне стало жутко холодно. Навь дыхнула на нас потусторонним. Поёжился, собираясь с духом. Много о Нави легенд ходило. Глава ведьмовской академии, вроде лично бывал там. Но я не думал, что и мне придётся шагнуть за грань, будучи живым.

Арина отступила на полшага, и я понял, что свою часть она сделала. Теперь моя очередь платить за переход. Достав нож, сжал крепче рукоять. Она привычно лежала в ладони, придавая уверенности. Только вот металл сейчас показался чужим. Здесь железо было не защитой, как в Яви, а шумом, который мог привлечь нежеланное. Но проход без крови не открывался. Таков был закон границы.

Я решительно провёл лезвием по ладони. Кровь упала на землю, мгновенно впитываясь в неё. Осина едва видимо качнулась, листья её задрожали сильнее, а воздух вокруг окончательно заледенел. Этот холод впивался в кожу и уходил глубоко внутрь, вызывая боль в костях. В районе солнечного сплетения стало так неприятно, что я натужно сглотнул. Именно так ощущалась энергия смерти.

Арина закрыла глаза и прошептала еще раз:

- Путь.

Девушка кивнула мне, и в её взгляде сейчас читалось не что-то слабое, а наоборот, новоприобретённая сила, от которой у меня по спине прошёл холодок. Я уже видел, что Навь делает с ней. Здесь она станет мавкой до конца. Но отступать было некуда, поэтому мы решительно шагнули в образовавшуюся щель.

Сначала возникло ощущение, будто тебя пропускают через тонкую, ледяную стену. Потом мир вокруг резко изменился. Вместо деревни и реки осталась только влажная темнота, в которой не было горизонта. Ни неба, ни земли. Но через несколько секунд картина снова поменялась. Появился тусклый свет, и я смог разглядеть окружающий ландшафт.

Мы оказались в мёртвом мире. Пейзаж был похож на тот, что остался в Яви. Только деревня выглядела заброшенной, река имела чёрный цвет, а осина стояла без листвы. Ствол её будто иссох и потрескался.

Арина сделала глубокий вдох и расправила плечи. Видно было, что ей стало легче.

- Тебе лучше? – вопрос прозвучал глупо. Но мне необходимо было наполнить эту оглушающую тишину хоть каким-то звуком.

- Да, - ответила она. Голос её изменился. Он стал ниже, проникновеннее, сильнее.

И правда, в Нави она не выглядела потерянной мавкой, которой нужен пузырек с водой, чтобы не погибнуть. Здесь Арина оказалась на своём месте. Но вместе с силой пришло и нечто другое. Нечисть почувствовала её сразу.

Из тёмных провалов вокруг начали выползать низшие. Мелкие, злые, голодные сущности, которых в Яви ведьмаки обычно уничтожают без жалости. Но в Нави расстановка сил поменялась, и теперь я был их добычей. Они шевелились у земли, как мокрые комки тьмы, и каждый их рывок сопровождался шорохом, будто под ногами ползали полчища насекомых, шевелящих жёсткими крыльями. Уже от одного этого звука делалось дурно.

Я машинально взялся за нож, и это оказалось ошибкой. Сразу несколько теней дёрнулись к нам. В Яви железо отрезает, пугает, удерживает. Здесь оно только фонит, становясь сигналом. Мелкая нечисть здесь не отступает от железа, а наоборот, идёт на его зов. Я поспешил убрать нож, поняв оплошность, но было поздно.

Одна из тварей метнулась к моей ноге, другая шмыгнула сбоку, пытаясь подобраться с тыла, третья вынырнула из земли прямо подо мной и попыталась схватить за щиколотку острыми зубами, образовавшимися в бесформенной пасти. Они не были велики, но их агрессия казалась неистовой.

- Металл! – крикнула Арина, но я сам успел догадаться.

- Спрятал уже!

- Дай мне! – в голосе Арины впервые прозвучали властные нотки.

Она подняла руку, и вокруг её пальцев дрогнула тёмная, глубокая сила. Не та, что была у озёрной мавки в Яви – холодная обида, а настоящая, навья, древняя. Я увидел, как в ней сплетается несколько сущностей: навье порождение, человеческая искра и ведьмовская сила. Это было красиво и страшно одновременно. От неё словно повеяло далеким озёрным запахом. В нём смешались водоросли, мокрая земля и дикие травы.

Низшая нечисть заметалась. Они чувствовали её иначе, чем я. Для них она являлась высшей, поэтому её боялись. Арина медленно посмотрела на ближайшую тень, и та мгновенно замерла, будто её парализовало.

- Уйди, - приказала Мавка.

Это было сказано тихо. Без крика или грозных интонаций, но тень отшатнулась. Здесь Арина не выпрашивала милости, а брала то, что по праву принадлежит ей. Здесь её тёмная суть развернулась в полную силу. И это по-настоящему пугало. Глубина, хищность и ещё старая боль, которую Навь не лечит, а делает острее. Вот, чем сейчас была наполнена Арина.

Мы двинулись дальше, но действовали осторожнее, чем в Яви. Я больше не вынимал нож, помня, как отреагировала низшая нечисть. Арина шла впереди на полшага и будто указывала мне путь, чувствуя его нутром. Иногда она останавливалась, склоняла голову, и я понимал, что она слушает местность. Примерно так я сам работал в Яви. Теперь мы поменялись ролями. Она защищала и служила путеводной нитью. Мне трудно было принять свою слабость, но пришлось подчиниться правилам Нави, иначе она непременно стала бы ломать, а этого совершенно не хотелось.