Страница 62 из 83
Вся лаборатория вспыхнула водяным светом. Документы сложились в водонепроницаемый кожаный тубус, пластины — в чёрный футляр, браслеты — в маленький ларец с символом ладони.
— Заберите имена, — сказала она.
— А вы? — спросила я.
Она улыбнулась.
— Я давно жду, когда смогу остаться мёртвой.
У меня сжалось горло.
— Спасибо.
— Не мне. Тем, кто не перестал звать.
Вода начала подниматься.
Сначала по полу. Потом выше.
Монастырь отпускал нас.
Или выталкивал.
Мы пошли назад быстро. Леван нёс документы. Тариэл — ларец с браслетами Наны и других детей. Я — одеяло Луки и новую метку, которая горела всё сильнее.
На выходе из башни озеро взревело.
Вода поднялась стеной, но не обрушилась. Она расступалась перед нами, открывая подводный мост. С обеих сторон в глубине мелькали тени — маленькие, большие, с крыльями и без. Я не знала, были ли это души детей или память воды.
Они смотрели.
Ждали.
Когда мы вышли на берег, небо над Чёрным озером вдруг раскололось серебряной линией.
Далеко.
Со стороны столицы.
Леван побледнел.
— Источник Арагвели.
— Что это значит? — спросила я.
Он посмотрел на горизонт.
В этот момент к нам из леса вылетел всадник. Лошадь была в пене, сам он едва держался в седле. На плаще — герб Арагвели.
— Князь! — крикнул он, спрыгивая на землю.
Леван шагнул к нему.
— Говори.
Посыльный упал на одно колено.
— Столица требует вас немедленно. Леди Кетеван…
Он запнулся.
Я уже знала.
По тому, как новая метка на руке отозвалась резкой болью.
По тому, как где-то далеко снова закричал Лука.
По тому, как Чёрное озеро за нашей спиной пошло кругами.
— Что Кетеван? — спросил Леван.
Посыльный поднял бледное лицо.
— У неё начались роды, милорд. Но лекари говорят… ребёнок не плачет. А над дворцом треснуло небо.