Страница 41 из 83
Глава 15 Мальчик из рода Арагвели
Глава 15 Мальчик из рода Арагвели
Тариэл вынес меня из подземелья на руках.
Я хотела сказать, что могу идти сама.
Правда хотела.
Но тело не слушалось. Внутри всё было выжжено испытанием: ноги дрожали, голова кружилась, в груди ещё звучали голоса источника, а на запястье под алой лентой пульсировала метка Матери гнезда. Шавцихе я слышала теперь слишком ясно. Не шёпотом — сердцем.
Дом болел.
Дом дышал.
Дом держал детей.
Когда мы поднялись в главный зал, все обернулись.
Советники. Маги. Марта. Темур. Мариам.
Леван.
Он стоял у фонтана, расколотого на четыре части, и смотрел не на меня. На мальчика у очага.
Лука сидел на полу, завернутый в старое одеяло. Маленький, худой, с тёмными спутанными волосами, с серебристыми глазами, которые ещё не привыкли смотреть из человеческого лица. Мариам держала его за плечи, будто боялась, что если отпустит — он снова рассыплется болью. Темур стоял перед ними, как маленький воин без меча, но с такой яростью в глазах, что даже маги Совета не решались приблизиться.
Лука дрожал.
И повторял одно слово.
— Леван…
Тихо.
Сбивчиво.
Так, как дети зовут того, чьё имя помнит не разум, а кровь.
Леван сделал шаг к нему.
Темур мгновенно вскинул руки. На пальцах вспыхнул синий огонь.
— Не подходи!
Леван остановился.
Впервые за всё время я увидела, как князь Арагвели послушался ребёнка.
Не потому что испугался огня.
Потому что не знал, имеет ли право сделать ещё один шаг.
Тариэл осторожно поставил меня на ноги, но руки не убрал сразу. Я почувствовала его ладонь на своей спине — горячую, удерживающую. Не клетка. Опора. И это было настолько непривычно, что на миг захотелось закрыть глаза.
— Жива? — спросила Марта, подбегая ко мне.
— Кажется.
— Не смешно.
— Я тоже так думаю.
Старуха обняла меня неожиданно крепко. Слишком быстро, почти украдкой, будто боялась позволить себе нежность при Совете. Но я успела почувствовать, как у неё дрожат руки.
Сурен ударил посохом о камень.
— Испытание завершено.
Его голос вернул холод.
Все снова вспомнили, что мы не одни.
Архимаг смотрел на мою алую ленту, на метку, на воду, которая тонкой струёй стекала по краю расколотого фонтана. Его лицо было неподвижным, но я слышала Шавцихе теперь слишком хорошо: дом не любил его. Камни под ногами Сурена были напряжены, как сжатые зубы.
— Источник признал княгиню Орбелиани, — произнесла Марта.
— Это предстоит подтвердить, — холодно сказал Сурен.
Тариэл усмехнулся.
— Источник встал, дом ожил, ребёнок впервые принял человеческий облик, лента стала красной. Что тебе ещё подтвердить? Лично спросить у камня разрешения дышать?
Сурен проигнорировал его.
— Мальчика необходимо передать Совету для обследования.
Темур шагнул вперёд.
— Попробуй.
Мариам тихо сказала:
— Не надо. У него за спиной мёртвые стоят.
Один из магов Совета побледнел.
Сурен же только чуть сузил глаза.
— Дети нестабильны. Это очевидно.
Я выпрямилась.
Это оказалось сложнее, чем победить источник. Тело хотело упасть обратно в руки Тариэла, в темноту, в сон. Но Лука смотрел на меня. Темур смотрел. Мариам смотрела.
И Леван тоже.
— Вы не тронете его, — сказала я.
Голос был слабым.
Но Шавцихе подхватила его. Стены глухо отозвались, усиливая каждое слово.
Сурен перевёл взгляд на меня.
— Вы только что пережили испытание. Ваше состояние не позволяет принимать решения.
Я улыбнулась.
— Как удобно. Женщина слаба — нельзя решать. Женщина сильна — тем более нельзя, вдруг опасна. Архимаг, вам самому не скучно ходить по кругу?
Тариэл тихо хмыкнул.
Леван вдруг произнёс:
— Почему он назвал моё имя?
Все замолчали.
Вопрос был не громким, но воздух стал тяжелее.
Леван смотрел на Луку так, будто перед ним стояла дверь, за которой могла оказаться правда, способная разрушить всё, что он считал своим домом.
— Тамара, — сказал он, не отрывая глаз от мальчика. — Что ты знаешь?
Я устало посмотрела на него.
— Меньше, чем должна была бы знать жена, которую не заставляли молчать.
Он вздрогнул.
Не сильно. Но я увидела.
Марта опустила голову.
— Я скажу.
Я повернулась к ней.
— Марта?
Старуха выглядела так, будто старела прямо на глазах.
— Хватит прятать. Прятали — и до чего допрятались? Они всё равно пришли.
Сурен напрягся.
— Осторожнее, женщина.
Марта посмотрела на него так, что даже я невольно порадовалась, что этот взгляд направлен не на меня.
— Я старая, архимаг. Старые женщины потому и опасны, что слишком много помнят и слишком мало боятся.
Она подошла к очагу и опустилась на колени перед Лукой.
Мальчик вцепился в одеяло.
— Не бойся, маленький, — прошептала она. — Хватит тебе чужого страха.
Потом Марта поднялась и посмотрела на Левана.
— Его мать звали Нино.
Леван побледнел.
— Нино?
— Нино Арагвели. Из боковой ветви. Дочь вашего двоюродного дяди.
У Левана изменилось лицо.
Не просто удивление.
Удар.
— Она умерла семь лет назад.
— Так сказали.
— Её нашли в ущелье после обвала.
— Её плащ нашли в ущелье. Тело — нет.
Тишина стала такой плотной, что я услышала, как Лука дышит. Тонко. Часто.
— Продолжай, — сказал Леван глухо.
Марта взглянула на меня, будто спрашивая разрешения.
Я кивнула.
— Нино пришла в Шавцихе ночью. Беременная. Одна. Она стучала в ворота так, будто за ней гнались. Тамара тогда ещё приезжала сюда редко, но в ту ночь дом открылся сам. Нино родила до рассвета.
Лука тихо всхлипнул, словно его тело помнило этот рассказ раньше слов.
— Мальчик родился в драконьем облике, — продолжила Марта. — С повреждённым обращением. Он не мог принять человеческую форму. Каждый раз, когда маги пытались заставить, он кричал до потери дыхания.
— Какие маги? — спросил Леван.
Марта посмотрела на Сурена.
Не ответила.
Но ответ и так стал ясен.
Леван медленно повернулся к архимагу.
— Совет знал?
Сурен даже не моргнул.
— Ребёнок боковой ветви с повреждённой кровью был признан непригодным к родовой линии.
Темур зарычал.
Я почувствовала, как моя метка вспыхнула болью.
— Непригодным? — переспросил Леван.