Страница 113 из 124
Глава 34
Эля повернула ручку и вошла в кабинет. Помещение поражало масштабом: огромный панорамный экран во всю стену отображал текущее положение станции относительно ближайших космических объектов. В центре стоял массивный стол из тёмного дерева, за которым восседал Тарен Викс в неизменном тёмно‑синем мундире с эмблемой Союза Свободных Систем.
Командор поднял глаза от голографического дисплея, на котором мелькали графики и таблицы.
— Доктор Миранова, — произнёс он, и голос его прозвучал ровно, но с явным подтекстом. — Вы получили мой вызов с высшим приоритетом. Я рассчитывал увидеть вас раньше.
— Прошу прощения, командор Викс, — ответила Эля, стараясь говорить спокойно и уверенно.
На мгновение в кабинете повисла тишина. Воздух сгустился, стал почти осязаемым — Эля чувствовала, как он давит на плечи, затрудняет дыхание.
Тарен Викс поднял взгляд. Его глаза, холодные и проницательные, словно сканировали её насквозь, выискивая трещины в броне самообладания. Он слегка приподнял бровь — едва заметный жест, выдававший его пристальное внимание. В руках он держал распечатанный отчёт: лист бумаги казался крошечным и хрупким в его крупной ладони. Командор жестом предложил Эле сесть напротив, указав на стул с прямой спинкой — тот стоял так, будто специально создан для допросов.
— Доктор Миранова, — произнёс он без предисловий, небрежно встряхнув листом. Бумага хрустнула, звук резанул слух. — Я получил ваш отчёт.
Эля почувствовала, как внутри всё сжалось, но внешне осталась спокойной. Она села, выпрямив спину, расправила плечи и заставила себя посмотреть прямо в серые стальные глаза командора.
«Только не выдать волнение. Только не дрогнуть».
— Да. Я отправила его несколько минут назад.
— И вы считаете, что этой информации достаточно? — Викс слегка наклонился вперёд, локти упёрлись в стол, пальцы сплелись в замок. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась сталь. — Вы пишете о «потенциальной стабилизируемости», но умалчиваете о реальной угрозе. Я расцениваю это как сокрытие важных фактов.
Эля сохранила спокойствие, хотя сердце билось учащённо. Она выбрала тактику осторожной, но твёрдой защиты своей позиции.
— Командор, — ровным голосом начала она, — я предоставила объективную оценку текущего состояния пациента. И включила всю необходимую профессиональную информацию, — её голос прозвучал твёрже, чем она ожидала. — Детали личного характера не влияют на терапевтический процесс и могут навредить доверию пациента.
Командор помолчал, изучающе глядя на неё. Его взгляд скользил по её лицу — задержался на сжатых губах, скользнул по напряжённой шее, вернулся к глазам. Эля ощущала этот взгляд почти физически — как холодный ветер, пробирающий до костей.
«Не поддавайся. Не отводи взгляд. Ты на правильной стороне».
— Вы защищаете вашего пациента, — констатировал он. — Это похвально. Но несвоевременно.
— Без доверия терапия невозможна, — твёрдо ответила Эля. Она чуть подалась вперёд, не отрывая взгляда от Викса. — Если Скорпион узнает, что я раскрываю его личные откровения, он замкнётся. Мы потеряем всё, чего достигли.
Она замолчала, твёрдо решив стоять на своём. Сцепила руки на коленях, чтобы не выдать дрожь.
«Пока не поговорю со Скорпионом — ни слова больше. Нельзя рушить то, что строилось с таким трудом».
Командор откинулся на спинку кресла, не сводя с неё цепкого взгляда. Затем медленно, с нарочитой неторопливостью, коснулся панели интерфейса. Перед Элей вспыхнул большой голографический экран.
На нём появилась она сама — в кабинете со Скорпионом, их диалог, затем полёт на глиссере к астероиду, ресторан, гонка на космобайке за даэрцем, мотель…
Командор сделал паузу на экране, давая ей осознать увиденное.
Эля ощутила, как кровь отливает от лица. Губы пересохли, она невольно облизнула их. Кулаки непроизвольно сжались так, что ногти впились в ладони.
«Он следил за мной. Всё это время. Каждый шаг, каждое слово…»
— Впечатляет, не правда ли? — произнёс он, и в голосе его прозвучала насмешка. — Вы создали весьма… доверительные отношения. Настолько доверительные, что забыли о своих обязанностях перед командованием.
— Вы следите за мной? — её голос дрогнул, несмотря на все усилия сохранить самообладание. Она сжала руки так, что костяшки пальцев побелели.
Викс откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. Его губы тронула едва заметная улыбка — холодная, лишённая всякого тепла. Он чуть склонил голову набок, словно изучая её реакцию.
— Не за вами лично, доктор. За объектом повышенного риска. Вы — часть системы наблюдения. И, похоже, слишком глубоко погрузились в роль.
Эля судорожно сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. Брови невольно сошлись к переносице, на лбу прорезалась лёгкая морщинка.
«Но, если он видел всё, почему не вмешался раньше? Что ему нужно сейчас?»
— Командор, — она заставила себя говорить ровно, хотя внутри всё кипело. Слегка приподняла подбородок, расправила плечи. — Я выполняю свою работу. И делаю это профессионально. А что касается именно
этого
пациента, то методы с ним индивидуальные. Моя задача помочь ему обрести контроль над собой, — твёрдо сказала она.
Викс резко подался вперёд, его ладони с силой опустились на стол. Эля невольно вздрогнула.
— Ваш «профессионализм» может стоить жизней, доктор! — голос зазвучал жёстко, властно, отдаваясь эхом в тишине кабинета.
Эля замерла. В груди бушевала буря: гнев, страх, отчаяние и упрямая, непоколебимая решимость защитить то, что она построила со Скорпионом. Она глубоко вдохнула, выдохнула, стараясь унять бешеный ритм сердца. Нельзя отступать. Но и нельзя подвергать опасности станцию…
— Скорпион опасен, — продолжил Викс, чуть смягчив тон, но не теряя властности.
— Как… как вы следите за мной? Через вживлённый в меня чип? — Эля слегка подалась вперёд, в глазах вспыхнул вызов.
— Вживлённый в вас чип отвечает лишь за то, что вы понимаете язык рас, но вам ввели и лекарство, не позволяющее впадать в панику, — спокойно пояснил Викс. — Это долгосрочный препарат, притупляющий тревогу и депрессию, чтобы вы были спокойнее, чтобы отсутствовал ужас перед неизведанным. Срок действия лекарства уже прошёл, и за это время вы свыклись со своей участью, приняли её. Адаптация ваша на станции прошла уравновешенно. Больше ничего в вас не вживляли и не вводили. Можете обследоваться у медиков, если не верите мне.