Страница 44 из 56
Они тебя так упокоят, мой король, что развеют и погасят последнюю искру твоей огненной души. Только и мечтают уничтожить, чтобы даже памяти о тебе не осталось!
— Вы проведете Всенощную службу во славу подвига короля Роберта Святого и в память о нем, — мои глаза смотрели совершенно невинно и безмятежно, а контур гор в хрустальном шаре весело поддакнул звездным сиянием.
— Э-э… — ошалело моргнул кардинал.
— И я сниму пункт о непорочности королевской невесты, чтобы леди Соальен могла принять участие в отборе.
Я покосилась на хрустальный шар и свела кончики пальцев у лица, чтобы мой враг не заметил веселую ухмылку. Дважды продать один товар — разве не талант, мой король?
— Роберта Святого, я не ослышался? — деловито уточнил Трамас. — Это вам дорого обойдется, ваше величество. И вряд ли будет одобрено Первосвященником. Даже если каким-то чудом одобрит Синод, мы не успеем провести необходимые процедуры, чтобы ввести это имя в сонм…
— Можно пока скромнее, во славу и память Роберта Сильного, но об его святом подвиге упомянуть многократно. Текст согласуем. И, кардинал, я прослежу за его безукоризненным исполнением. В каждом храме.
Пауза для осмысливания.
Осознал, как уязвим? То-то же!
Во всех храмах горят свечи и лампады во время служб, не так ли? Даже если их погасить, останется вода, а у меня двести сильнейших синих магов.
— И всё это — за один пункт условий? — жрец поднял бровь. — Да еще и без гарантий победы царевны? Да и что нам, слугам Безымянного, до светской власти… Не мало ли?
Я сделала вид, что задумалась.
— Не мало. Гарантий не будет. Но и ее изгнания тоже
пока
, — я подчеркнула голосом, — не будет. Но я снижу таможенные сборы для церковных товаров до тридцати процентов. Напомню, последний раз мы говорили о ставке в пятьдесят.
— Что-о?
— И не буду облагать доходы церкви налогом в двадцать процентов, оставлю только десять, опять же
пока
, — добила я.
Учитывая, что до этого мгновения церковь налогами вообще не облагалась, не удивительно, что Трамас побагровел, выпучил глаза и начал хватать воздух ртом.
— Сиарей! — я кивком показала ему на собеседника.
Ласх понял без приказа, отвесил слуге Безымянного снежную оплеуху, и угроза для жизни инсейского прихвостня миновала. Теперь он побледнел, как пещерный червь.
— На этом закончим, ваше чистейшество. Жду вас завтра не позднее обеда. Вам еще нужно успеть разослать текст всенощной в каждый монастырь и в каждый храм. Службу нужно проводить каждую ночь в течение недели. В награду, как я уже говорил, царевна Соальен будет допущена до отбора, и я снижу налоги и сборы для церкви Безымянного. И отложу проект по секуляризации церковных земель в собственность государства.
— Секуляризации? Ваше величество, опомнитесь!
— Моя канцелярия провела проверку дарственных за последние годы и выявила нарушения. Их надо исправить.
— Вы осознаете последствия?
Я вышла из-за стола, чтобы быть выше. Злой слуга Безымянного не торопился встать.
— Вынужден предупредить, — я оперлась о край стола, нависнув над толстяком. — Если хотя бы один священник в проповедях позволит хулу на государя, Безымянный бог накажет лжеца мгновенно по моей искренней и пылкой молитве. Храму тоже с высокой вероятностью достанется. Божий гнев, вам ли не знать…
Трамас фыркнул. Красноречиво. Что ж, дожмем.
— А если на храмовых землях и вокруг них будет происходить нечто… неестественное, — улыбнулась я, — указ будет подписан немедленно для спасения оных территорий. И кого тогда будут проклинать прихожане? Кого будут винить ваши священники? Кого потребуют низложить, как неспособного к компромиссам со светской властью? Разве у вас, кардинал, нет внутренних врагов? Есть. И мы их знаем поименно. Мы даже знаем, кого из них ваш инсейский Первосвященник готовит на ваше место.
Я блефовала, как прожженный шулер. Но хрустальный «Белый щит» на столе утвердительно вспыхнул, хотя и не так ярко, как в момент, когда ломал волю инсейского слуги.
Трамас молчал, и я продолжила:
— У вас есть только один способ удержать власть здесь, в моем королевстве. Стать целиком и полностью
моим
союзником, Трамас. Моим, значит, Белогорья. Подумайте над этим. Можете идти.
Кардинал молча, угрожающе сверкая глазами, вышел из кабинета, даже не попытавшись меня благословить или… проклясть.
Я вздохнула и села в кресло под сочувственным взглядом Сиарея.
Будет сложно.
Но внутренние враги — опора для внешних. Либо те, либо другие, либо они вместе, но одолеют.
Вода — камень точит, вода — огонь гасит.
Мне поможет только внутренняя реформа. Плотина на пути воды. Ее новое русло.
Так, мой король?