Страница 16 из 56
Я молча смотрела прямо в наглые инсейские глаза и ждала полного ответа. «Всего лишь искали»? Гнались, как за волком, по всему городу! Едва мою карету… то есть, карету Инитаэры не опрокинули!
Пауза разрасталась, как полынья во время весеннего ледохода. Наконец, царевич сообразил, что горы могут молчать тысячелетиями, и нехотя продолжил:
— Ваше величество, вас ввели в заблуждение. Этот юноша, Яррен, сам пришел в монастырь, давший нам с сестрой приют. И, так как это случилось после беспощадного турнирного боя, а на его теле были серьезные раны, мы не могли отпустить его без лечения. Юноша еще молод, не мог оценить опасности от ран, поэтому нам пришлось его… обезвре… задержать. Но, как только наш целитель обработал раны, мы его отпустили.
Звучало убедительно. Но не сходилось. О ранах и лечении Яррен ничего не говорил. Счел ничего не значащей мелочью?
Я позволила себе показать недоверие, губам скептически изогнуться, а голосу стать жестким.
— Вы утверждаете, что просто искали соплеменника. У меня есть свидетели, что вы гнали его, как дичь, пытаясь изловить. Моего подданного в моем королевстве!
— Свидетели? — нахмурился белобрысый. — И кто же посмел меня так бесстыже оболгать?
Линия стражников дрогнула, ласхи расступились, и я выдвинула вперед свои фигуры. В полном смысле слова. Мои огненные фантомы, княжны Инитаэра и Айрани вышли вперед и грациозно поклонились. Инитаэра обожгла взглядом побледневшее лицо инсейского царевича:
— С вашего позволения, ваше высочество, это мы с сестрой выступаем в качестве свидетелей. Мы видели преследование своими глазами.
— Вы неправильно поняли, прекрасная княжна. Да, я бежал за Ярреном, но это вполне естественное действие, когда хочешь кого-то догнать и… поздороваться.
Среди придворных послышались смешки. Вот и отлично. Чем глупее выглядят прекрасноликие, тем меньше люди будут их бояться.
— Вы устроили настоящую облаву, прекрасный царевич, — мой великолепный фантом, поморщив носик, вернул комплимент.
Даэль раздраженно дернул плечом, буркнул:
— Это лишь субъективное восприятие впечатлительной красавицы.
Я поймала блик послания зримой речи, покосилась на Сиарея. Северянин интересовался, зачем я устраиваю форменный цирк и допрос инсейским посланникам?
О, я прекрасно понимала, что все это выглядит нарушением международного протокола.
Но… но ласха никто никогда не пытался купить в качестве мужа! Он не понимал, как важно обесценить предложение самоуверенных инсеев в глазах моих подданных и их собственных! Если удастся публично показать лживость предполагаемых родственников еще до обсуждения брачных предложений, то я смогу безболезненно избежать ловушки. Тогда никто не поставит королю в упрек отказ от баснословного богатства невесты при пустой-то казне.
Потому в бой вступила милашка Айрани. Она, в отличие от «сестры», сохраняла неприступную серьезность.
— За беглецом гналась даже ваша охрана, переодетая монахами. Одного из них вы привели с собой, — и княжна взмахом руки показала на Лаария, учителя вторых наследников царя Светлых вод.
Осознав, что его приперли к стенке, Даэль склонил голову:
— Прошу прощения, ваше величество, что в азарте позволил себе излишне увлечься поисками… погоней за беглецом. Но если бы вы видели горькие слезы его одинокого отца!
— А также вы назначили награду за поимку телохранителя моей сестры, принцессы Виолетты, — непреклонно сощурилась я. — Какое вы имели право ловить моих подданных, как беглых рабов, и покупать их головы, словно скот на рынке?
Царевна Соальен тихонько охнула и, прижав тонкие руки к пышной груди, склонила голову. И зажурчал сладкоголосый ручей слов:
— Простите моего брата, ваше величество! Простите нас! В оправдание могу сказать, что награду назначили не мы, а родной отец зеленого мага, известного вам как Яррен из горного дома Ирдари. Разве могли мы не услышать просьбу такого могущественного соседа, как пресветлый владыка Солнечного моря? Если он узнает, что мы были рядом и не попытались вразумить его сына, то не простит нас, и его гнев станет источником горя для народа Светлых вод. Более того, если он узнает, что его единственный наследник дал присягу равнинному королю и служит простым телохранителем… Боюсь, последствия будут печальными и для Гардарунта.
Нет, ты только подумай, Роберт! Эта инсейка посмела меня шантажировать!
Только вейриэнская выучка помогла мне сохранить лицо. Не дрогнула ни ресничкой, ни мускулом.
Зато неженка Айрани ахнула и закрыла ладонями вспыхнувшие щеки. Еще бы, это же она почти поцеловалась с беглым царским отпрыском.
Но не это самое обидное, мой король.
Мне никто не сообщил о родословной телохранителя моей сестры — вот что плохо. А он мало того, что почти инсей, так еще и почти царевич! И что теперь мне делать с ним, таким неправильным, развоплоти его айры⁈
А царевна хороша, ничего не скажешь! Интересно, когда они унюхали Яррена в моей свите?
— Что ж, — приняла я решение. — Княжна Инитаэра, княжна Айрани, благодарю и дозволяю нас покинуть. Желаю видеть вас обеих сегодня вечером на балу.
Будет жаль, если Таррэ не придет. Что ему делать на балах, когда Север шатается, о белый дьявол, как я помнила, давний друг северян?
Мои фантомы поклонились и выскользнули из зала. Но проходя мимо Даэля, Инитаэра задержалась, изогнула губы в усмешке и, накручивая на пальчик огненно-рыжий локон, спросила вполголоса:
— Значит, мы с сестрой бесстыжие лгуньи? Не наоборот?
И, рассмеявшись, ушла.
Даэль скривился, как от зубной боли. И я безжалостно добавила гостям страданий:
— Передайте владыке Солнечного моря, царевна Соальен, что по законам гор и равнин Гардарунта Яррен фье Ирдари — свободный человек и волен распоряжаться своей свободой, как ему заблагорассудится. Моя сестра Виолетта освободила его от присяги, мне он не успел присягнуть на верность и служение, дом его деда по матери освободил его, как риэна, от служения роду Ирдари, лишив титула младшего лорда.
На этих словах царевич вскинул белокурую голову и прищурился, и я словно услышала его мысли: если беглец, родившийся в Солнечном море, — то есть, даже не горец по рождению, — не присягнул мне, то почему я называю его подданным Гардарунта?