Тайны Туман

Мое тело само тянется к нему. Я спотыкаюсь, выбираясь из кровати, и падаю на колени. Ястреб бежит ко мне. Я встаю на ватных ногах и встречаю его на полпути. Его руки обвивают меня, мои вцепляются в его пояс, и я вдыхаю его аромат океана, тону в его успокаивающем присутствии.

Даже после видео, маленькая часть меня думала, что это может быть сном. Теперь, когда его тепло окружает меня, я знаю, что это реальность. Я прижимаюсь к нему еще сильнее, желая раствориться в нем и никогда не найти выхода.

С того дня, когда меня бросили в похожую белую комнату и он был единственным, кто поднял голову и посмотрел на меня, Ястреб стал моей жизнью. Я слишком долго выживала без него, больше не могу.

— Я думал, ты умерла. — Его голос густой от эмоций. Он отстраняется и скользит руками к моему лицу, лаская щеки. Глубокий бирюзовый цвет его глаз смотрит на меня с такой болью, что сердце завязывается в узел. — Я думал, ты, блять, умерла. Почему ты перестала сражаться с ней?

— Она сказала, что ты мертв. — Непроизвольный всхлип вырывается из меня. — Я не хотела жить, услышав это.

— Черт. — Он кладет руку мне на затылок и целует в макушку.

Я ломаюсь и рассказываю ему всё про Молли и то, что она с нами сделала. Он усаживает меня на кровать, но я забираюсь к нему на колени и сворачиваюсь калачиком. Он держит меня, пока я переживаю этот кошмарный пересказ.

Он держит меня, проходя через всё это вместе со мной.

Ястреб всегда был моим якорем, даже когда ненавидел меня, а я отталкивала его. Он был моей постоянной опорой, которая давала мне силу и утешение.

— Она убила нашего ребенка, Ястреб, — заканчиваю я хриплым криком. — Она убила нашего ребенка, а я доверяла ей, как сестре.

— Жаль, что я не убил ее более мучительным способом, — его голос звучит сдержанно, ледяной гнев клокочет где-то под поверхностью. — Это не твоя вина. Ничего из этого - не твоя вина, Бунтарка.

От этих слов я плачу еще сильнее и громче. Как долго я ждала, что кто-нибудь, особенно Ястреб, скажет мне это? Сколько раз я засыпала по ночам, думая, что Ястреб никогда меня не простит?

— Я люблю тебя, Ястреб. Не было ни дня, когда бы я не была влюблена в тебя.

Его океанические глаза сияют первобытным жаром, от которого подкашиваются ноги. Он переворачивает меня на спину. Я вскрикиваю, но у меня нет времени прийти в себя.

Ястреб одной рукой сдергивает свои брюки, другой разрывает мою ночную сорочку. Соски напрягаются, я уже вся горю. Он входит в меня одним глубоким, мощным толчком.

Я едва не кончаю прямо так.

— Даже когда я думал, что ненавижу тебя, я любил тебя, — стонет он мне на ухо, и его толчки становятся более яростными и неконтролируемыми. — Я не просто люблю тебя, Бунтарка, я, блять, одержим тобой. Я хочу тебя, я нуждаюсь в тебе, и я не могу представить свою жизнь без тебя.

В этот раз я кончаю, выкрикивая его имя.

А потом я бормочу всё, что у меня на душе. Рассказываю ему, как он делает меня сильной. Как я хочу быть сильной только для него и только с ним. Как он владеет моим телом, сердцем и душой с того самого дня, как мы встретились.

Он с рычанием кончает, прижимая меня к себе, словно тоже боится отпустить.

В этот момент я чувствую себя живой и знаю, что тоже вернула его к жизни.

Его пальцы очерчивают кольцо на моем пальце.

— Я куплю тебе получше.

— Только попробуй. — Я касаюсь губами его шеи. — Это единственное кольцо, которое я когда-либо буду носить.

— Дождись меня, — шепчет он мне на ухо.

Блаженство медленно исчезает, и я дрожу в его объятиях.

— Я больше не могу без тебя. Я не могу притворяться сильной.

— Тогда не надо. — Он убирает красную прядь с моего лба. — Просто будь собой, Бунтарка.

— Обожаю, когда ты меня так называешь. — Я улыбаюсь ему, не желая, чтобы наши последние моменты были полны мрака.

— А я обожаю так тебя называть. Я люблю эти огненные волосы, твой характер и эти крошечные веснушки. — Он проводит кончиками пальцев под моими глазами.

— Они исчезли! — защищаюсь я.

— Надеюсь, что нет. — Он утыкается носом в мои волосы, вдыхая мой запах. — Всё в тебе - моя одержимость.

Я наклоняюсь и целую его горло. — А ты - моя.

Я стараюсь не плакать, но когда дверь распахивается, возвещая, что наше время вышло, я ничего не могу с собой поделать.

Меня отрывают от объятий Ястреба.

Его снова бросят в ад «Ямы», а меня выпроводят прочь.

Я должна верить, что он вернется за мной.