Страница 8 из 106
Белобрысый стоял далеко от нее, на тропинке, в том месте, где она его оставила.
— Малыш, не уходи. Прошу тебя. Не оставляй меня здесь одного. Ты ж понимаешь, я.. сдохну без тебя. Сдохну. — Он потерянно развел руками.
Ася почувствовала, как что-то мешает ей вздохнуть. Что-то давило на грудь, поднимаясь выше и выше, к самому горлу.
Нечто подобное она испытывала лишь однажды, когда полугодовалый Стёпка подавился кусочком сухаря, посинел, перестал кричать и шевелиться. После того как его откачали, Ася ощутила ту самую давящую тяжесть в груди и со стоном села на пушистый ковер в детской. Подскочил перепуганный Сергей, схватил ее в охапку, отнес на кровать, заставил выпить какие-то резко пахнущие капли, долго потом сидел рядом, держа руку на Асином пульсе и напряженно вглядываясь в ее лицо. Вскоре ей стало легче, но по настоянию Сергея она целую неделю глотала какие-то круглые, блестящие пилюли.
Сейчас Асе снова показалось, что сердце готово вот-вот выпрыгнуть из груди. Она судорожно вздохнула раз, затем другой, пытаясь максимально расслабиться, как учил ее Сергей.
Тяжесть слегка отпустила. Перед глазами все плыло, колени противно дрожали.
Белобрысый больше ничего не говорил, молча стоял на тропинке и, кажется, не замечал того, что происходит с Асей.
Она медленно повернулась и пошла по дорожке, стараясь дышать по возможности ровно и глубоко.