Рождение Короля

Глава 17 Пилюля Вдохновения, или Когда будь лучшим или умри

В конце концов наш флирт прервал Кардыш. Появился на арене, быстро прошёлся вдоль столов, то и дело останавливаясь то у одного ученика, то у другого. Добрался и до нас.

— Динара? — с удивлением спросил он, разглядев, в чьей она кампании. — Не теряла бы ты здесь время, — сухо заметил он.

— Как скажете, почтенный, — поклонилась она.

Кардыш уставился на меня, пожевал губу, словно о чём-то думал.

— Говорят, твоя сестра покинула академию, — произнёс он.

— Это так, — кивнул я. — Сейчас моей родни нет рядом. Вряд ли они захотят вскоре вернуться. Так что я сам по себе.

— Не очень-то ты им и нужен, да? — усмехнулся Кардыш откровенно недобро.

— Это так, — спокойно ответил я. — Я сам по себе.

— Наглец, — фыркнул он и поспешил уйти.

Динара подождала, пока он удалится, и наклонилась ко мне, повернулась так, чтобы по губам сверху никто прочитать не смог.

— Мне показалось или ты сейчас ему вызов бросил?

— Кто знает, — улыбнулся я.

— Про тебя столько слухов ходит, что не разобрать, безумен ты или нет. Если справишься со своим рецептом… Найди, где я остановилась.

Улыбнувшись на прощание, девушка отправилась к своему столу. Я засмотрелся на её… кхм… походку и постарался выкинуть лишние мысли из головы. Которые не очень-то выкидывались. Вот так улыбнёшься девушке, а потом она недвусмысленно намекает заглянуть к ней. Перед этим расспрашивая про рецепты.

Ладно, к чёрту.

До начала состязаний оставалось не так уж много. Нужно было сделать ещё кое-что. Прикрыв глаза, погрузился во внутренний мир. Появился внутри храма и сразу направился к чаше с бинху. Тот отреагировал, высунулся, посмотрел с подозрением.

— Привет, дружок, — обратился я к нему. — У меня тут дело серьёзное намечается. Я собираюсь создать сложную пилюлю. Для этого мне нужна сила бинху. Да и помощь в целом не помешает. Хочешь поучаствовать?

Бинху выглядел, как чёрный комок жидкого пуха. Он был одновременно и пушистым, и жидким, постоянно меняя форму. Единственное — глаза казались ровной, озёрной гладью с бликами вместо зрачков. После моего вопроса к ним добавились два выраженных ушка.

Навострил уши — это про реакцию бинху.

— Без тебя пилюля получится хуже, но заставлять не буду. Дело добровольное.

Бинху продолжил смотреть на меня то ли подозрительно, то ли заинтересовано. А тут раз — и спрятался обратно в чашу.

Я повернулся, посмотрел на незаметно появившегося бинхуа.

— Какое очаровательное зрелище, — издевательски сказал он. — Наследник угнетателей вежливо просит раба о помощи.

— Ты бы тоже мог помочь. Это было бы реально интересно, поработать с силой бинхуа. Тогда и о первенстве можно подумать.

— Этого никогда не случится.

— Ты так думаешь? — направился я к нему и остановился почти вплотную. — Я успел подумать, чего во мне такого особенного, почему я могу делать пилюлю, а выходцы из клана — нет.

Форма бинхуа поплыла. До этого он выглядел мирно. Зверь и зверь, пусть и чёрный. А тут пасть расширилась, клыки удлинились, он сам вырос, навис надо мной, подобрался, как перед прыжком.

— Вариантов не так уж много, — продолжил я как ни в чём не бывало. — Это может быть кровь Дениэля, но вряд ли. Также вряд ли это какой-то особый талант. Навык алхимии не является чем-то эдаким. Достаточно пары нужных стихий, высокий контроль, да и всё. Чувство баланса тоже важно, но многие справляются и без него. Получается, нужно смотреть в сторону того, что мешает выходцам из клана. Что такого делают они, и чего не делаю я.

— Щенок думает, что что-то понял, — оскалился бинхуа.

— Гадать можно долго, но что, если ответ банален? Сила бинху крайне велика. Ты сам сказал, что она идеальный катализатор. Что уж говорить про силу бинхуа. Мало того, это не просто слепая сила. Вы разумные существа, со своей волей.

— Я тебе всё равно не помогу, — недовольно фыркнул бинхуа и исчез, растворился и смылся.

Я же задумался, насколько верна догадка. Вряд ли поведение бинхуа можно считать подтверждением. Он мог и специально так отреагировать, чтобы запутать меня. Если же нет и я прав — то весь секрет заключается в жестоком подавлении бинху и бинхуа.

Когда я забирал своего детёныша у убитого Тивия, бинху буквально фонил страхом и болью. Недавно я ещё смог ощутить всю боль их вида. Огромную боль. Я сильно начинающий алхимик, но уже знаю, что на качество алхимии влияют даже такие вещи, как настрой. Сокровища тоже могут нести свой заряд. Чем выше их ранг, тем сильнее проявляется их воля.

И если уж какой-то корень, за сто лет сформировавший агрессивную волю, способен доставить алхимику много неприятностей, то что говорить о разумной, куда более мощной силе бинху? Подавленной. Полной ярости и боли. Готовой отчаянно сопротивляться.

Если так, то все мои успехи — это ряд случайностей. Которые могут оказаться не случайны. Я заполучил силу бинху, когда разбирался с проклятием сестры. Благодарить за это стоит моего бинхуа, который обнулил безумного детёныша. По факту, лишил его разумности. Так я получил нейтральную силу, которую смог использовать.

Выводы здесь самые разные можно сделать. Как и догадок наплодить. Может, позже так и сделаю, а сейчас…

— Большой и страшный Сэмуэль ушёл, — сказал я детёнышу. — Надо бы и тебе имя придумать. Есть идеи? Ладно, ещё подумаем над этим. А пока — ты поможешь мне?

Из чаши снова высунулись два уха и два глаза, а то, что можно было назвать мордочкой, закивало. Послав мне испуганный образ, чтобы я его не спалил случайно и не истратил до конца.

— Не бойся, малыш, — погладил я его, сунув руку в чашу. — Работать будет профессионал.

Шутка получилась так себе, хорошо, что её, кроме меня, никто не понял.

Прозвучал гонг, ученики приступили к делу.

Я спешить не стал. В прошлый раз рецепт мало времени занял. Сейчас же мне предстояло работать двое суток, и не хотелось бы запороть что-то из-за спешки.

Да и сам рецепт не подразумевал суеты. Поэтому первым делом я занялся розжигом дров. Ну да. Вот так банально. Особое дерево, которое давало сильное, равномерное пламя. Та ещё морока на самом деле. Можно было бы использовать и горелку, но не в этом случае. Дерево выдавало нужные эманации, которые обеспечат первый алхимический процесс.