Рождение Короля

— Ты серьёзно? — вскинул брови Шелиот.

Все в клане, кто добрался до высоких рангов, задумывались о том, что там дальше. Бинхуэм породили множество бессмертных. Шелиот знал, что на их землях идут свои войны и борьба за власть, но… Жизнь бессмертных была загадкой, про них мало что знали, но мужчина никогда не думал, что ответ настолько… убог. Как это понимать-то?

— Более чем. Но речь сейчас не о том.

Шелиоту много чего захотелось сказать. Ещё больше — разобраться в вопросе. Но с отцом было лучше не спорить. Не просто же так он привёл сюда сына.

— Наш основатель был амбициозен и не согласен с тем, как всё устроено, — сказал Кадий. — Поэтому он искал способ снова стать богом.

— Стал?

— То мне неведомо. Основатель исчез, и его жизнь полна тайн. Но он оставил свои записи, описывающие путь, как шагнуть за барьер.

Шелиот не был дураком. Он мог сложить одно с другим.

— Племянник… — медленно проговорил он.

— Не просто племянник. Путь связан со слиянием с бинхуа, что бы это ни значило. А дальше сам думай. По какой-то причине наш основатель исчез. Род оказался проклят и расплачивался жизнями детей. У нас не рождается целителей и алхимиков. Не рождалось. Твоя сестра в последние годы дерзко утверждала, что весь наш путь тупиковый. Раньше я считал это ересью. Теперь же задумался.

— Это… меняет все расклады.

— Ты в курсе, что всего на землях Реки есть не больше двух десятков кланов, равных нам. И, поверь, не мы одни ищем способы стать сильнее. Даже если забыть про древние истории, которым, если честно, особой веры нет, остаётся сам факт, что мальчишка и правда алхимик. Способный использовать в алхимии нашу силу.

— Что способно нас как усилить, так и уничтожить, — заключил Шелиот.

— Это правда. Так каков будет твой вердикт, сын?

— Как главнокомандующий я могу только предложить его уничтожить.

— А как главный наследник трона?

— Как наследник скажу, что это не поможет. Наши враги, как только до них дойдут слухи, не поверят в его смерть. Так что у меня есть идея, как исправить ситуацию в нужную нам сторону. Мальчишка убил моего человека. Пусть за это заплатит его мать.

— Хочешь наказать Лин? — не меняясь в лице, спросил Кадий.

С дочерью он уже поговорил. В тот раз, когда она попыталась сбежать. Мягко говоря, разговора не вышло.

— Наказать — нет. Пусть отрабатывает за сына, — ответил Шелиот. — Теперь не отвертится. Ты же хотел, чтобы она показалась и поддержала клан? Это заткнёт многие рты, стабилизирует ситуацию.

— Интересная мысль, — медленно кивнул Кадий. — Можешь действовать. С мальчишкой сам решай, как действовать. Ведь именно тебя он хочет убить. Будем считать это твоим испытанием.

— Я всё решу, — ответил Шелиот. — Так что, возвращаемся или ты всё же расскажешь, что за тайны скрывает эта комната? И как выглядит жизнь бессмертных? Только не говори, что их отправляют в загон для стариков.

— Ты очень груб, — недовольно фыркнул старик. — Да и загон для стариков звучит не так уж плохо. Хоть отдохну от вас всех.

Когда закончилось очередное затянувшееся пробуждение и я очнулся в темноте, то… Не удивился своему плачевному состоянию. Ничего нового. Даже к такому привыкаешь.

Моим мольбам Эссер внял. Со всем доступным рвением сломанного учебного тренажёра. Хочешь учиться? Пожалуйста. Вот тебе программа. Ах у тебя сложный запрос? Вот, вот и ещё вот, и вот, и много этих вот, сам просил, так не плачь теперь.

Не скажу, что выучил всё необходимое. Но я выучил МНОГО. А уж отработал столько, что…

Собравшись с силами, взялся за дело. Продвинутая пилюля восстановления, умывание, аккуратный подъем и разминка. Через полчаса я выбрался наружу, увидев, что академия стоит на месте и сейчас утро. До ресторана Цветов было недалеко, туда я по традиции и направился.

При виде бледного и не особо чистого меня персонал понятливо открыл двери, уточнил про оздоровительный суп и пригласил внутрь. Это приятно, когда тебя понимают с полуслова.

— Лай! — крикнул кто-то.

Я аж вздрогнул. Из-за истощения организм работал на минимальных оборотах. Восприятие было сужено до предела. Поэтому я не особо обратил внимание, кто там внутри ресторана сидит. Повернувшись, увидел знакомые лица.

Окликнул меня Траст — ученик Кардыша, один из главных учеников-алхимиков. Сидел он за широким столом, в компании Сонеты — тоже ученицы Кардыша, главы фракции перевёрнутого Котла, Клеуса — женоподобного парня, алхимика, главы Небесного котла, и ещё двух незнакомых учеников. Парня и девушки.

— Траст, ты чего так кричишь-то? — спросил я. — Я от испуга чуть не подпрыгнул.

— Не думала, что ты настолько труслив, — уколола меня Сонета.

Я посмотрел ей прямо в глаза, широко улыбнулся. Организм в моменте нашёл где-то резервы, я перестал сутулиться, выпрямился, расправил плечи.

— Ты красавица, думать тебе не обязательно.

Траст на это засмеялся. Двое незнакомых смотрели с непониманием. Сонета пошла красными пятнами и засопела от гнева. Клеус же сверлил меня холодным взглядом.

— Присоединишься к нам, Лай? — спросил Траст.

— Почему бы и нет, — ответил я, до того как кто-то из остальных успел что-то сказать.

Небрежно махнул рукой, подтащил духовной силой от соседнего стола свободный стул, на него и уселся. Этому даже сам Траст удивился. Не ожидал, что соглашусь?

— С каких пор в этот ресторан пускают… в таком виде? — спросил незнакомый парень.

— Ему можно, — улыбнулся Траст. — Знакомьтесь. Это Лай по прозвищу Невозможный. Глава фракции Затейники. Талантливый алхимик без ранга. Лай, это Дирий — бывший глава Небесного котла, и Динара, бывшая глава Перевёрнуто котла.

— Бывшие? — вскинул я бровь.

— Если ты вдруг пропустил, — усмехнулся Траст, — вскоре начнутся состязания за звание лучшего алхимика среди молодых талантов. Разрешено участвовать и тем, кто уже выпустился из академии.

— А, так вы прибывшие гости, — догадался я.

А сам подумал, сколько же времени у статуи провёл.

— Почему ты выглядишь так плохо? — спросила Динара.

Довольно прямолинейно. Ещё и поморщилась, смотря на меня. Ну, хотя бы демонстративно не принюхалась.

— Издержки сложного обучения, — вздохнул я напоказ. — Так, получается, вы все здесь ученики Кардыша?

— Ты хотел сказать «почтенного Кардыша»? — нахмурился Дирий.

— Я хотел сказать ровно то, что сказал, — ответил ему. — Нужно быть слишком лизоблюдом, чтобы разглядеть в нём хоть что-то почтенное.