Страница 49 из 52
— Хах, ты интересная ведьма, Видящая. Пошли к нам? А? Обещаю полный соцпакет, оклад стабильный с повышением на рост инфляции дважды в год. Медицинская страховка, премии, бонусы, отпуск за счёт компании на лучших курортах и в лучших отелях. Переходи к нам, не пожалеешь. А взамен я прошу всего лишь артефакт твоей мамы и технику, которую вы… хм, экспроприировали. Спёрли, одним словом.
—Ты серьёзно? Купить меня хочешь?
— Ну а что? Деньги есть деньги. Власть, возможности. Что дают тебе эти слабаки? Они даже бюджет нормальный на расходы заложить не могут… Просто представь, какие дела мы сможем творить! Какие великие вещи будет вершить! Вместе мы добьёмся таких высот, какие не снились старым богам. Подумай, Видящая, хорошенько подумай. Выбери, на чьей ты стороне…
— А не пошёл бы ты в тёмное царство Аида? — ехидно смотрю в его наглые глаза, — ах, да. Не можешь. Нет его больше, да, бездомное божество? Кстати, зачётные подкрадули*. На алике* брал?
Гермес темнеет лицом. В глазах его полыхает ярость оскорблённого достоинства. Он подкидывает кадуцей в руке и тот исчезает вспышкой марева.
— Что ж, попытка не пытка, — констатирует он. — Ты, муравей передо мной, а смеешь выеживаться. Думаешь, божество, лишившееся родины, теряет силы? Ошибаешься, Видящая. Думаешь, на кой чёрт я связался с этим отребьем? Демоны туповаты, но не лишены изобретательности. Все эти проклятия, которые так легко людишки брали на себя взамен мелочных сиюминутных желаний… как думаешь, Видящая, куда шла вся энергия?
Сердце пропускает пару ударов. Вот для чего мы пошли сюда втроём. Вот почему нам нужно было ждать. Энергия постпроклятия. Только это мы не смогли выяснить. Куда всё идёт? Для чего столько жертв?
— О-о! — Гермес суёт руки в карманы, покачивается на носках крылатых туфель. — Энергия, ведьма, идёт к нам. Ко мне, если быть точным, потому что техническая часть лежала на моих плечах. Крохи, жалкие крохи перепадали главному этих краснорожих. Ну, они-то думали, что наоборот, только кто их спрашивать будет? Знаешь, Видящая, какую силу даёт тщательно собранная и аккумулированная энергия постпроклятия? Сила жадности, злобы, зависти… О-о, — Гермес смотрит прямо на меня, облизывает губы кончиком красного языка. Издаёт сладострастный стон, словно только что вновь пережил самое чувственное наслаждение, — людишки меняют свою жизнь на сиюминутные удовольствия, щедро делятся силой своего сердца, бездарно тратят величающую энергию, а мы превращаем её во что-то больше. Во что-то, что даёт возможность творить великие вещи! Оу, что-то мы заболтались. С секунды на секунду прибудут гости. А вот и они…
Крылья на туфлях хохочущего Гермеса стрекочут, поднимая хозяина в воздух. Внутри ангара вспучивается язва прорыва. Горячий зной врывается в промозглую осень, неся в этот мир очередное зло.
Кадуцей* — жезл, обвитый двумя обращёнными друг на друга змеями, часто с крыльями на навершии жезла.
ПОДКРАДУЛИ — обувь (жарг.)
На алике брал?* — купил на одном китайском маркетплейсе (простонарод.)
57
57
— Ника, отступайте. Мы начинаем. Прорыв скоро рванёт, — шепчет микронаушник маминым голосом.
Я автоматически машу головой, знаю, что она меня сейчас видит. С самого начала за нами наблюдали Стражи. Все отряды, от закалённых в боях с демонюгами ветеранов до желторотых новичков вроде нас с ребятами. Аня и её демон лежат в области поражения прорыва, если мы отступим, так как планировалось, то они останутся беззащитными. Их или прорыв сметёт, или туча вылезших демонов стопчет. Наверное, попытка вытащить их — это бессмысленное геройство. Возможно, они оба уже… Нет, не хочу думать об этом. Я просто верю, что Аня ещё жива и мы сможем их вытащить. Сейчас, пока прорыв не набрал силу.
Чёрт, всё с самого начала пошло не по плану. Мы ошиблись, предположив, что Гермес только посредник. Эта жадная до силы сволочь оказался едва ли не организатором всего творящегося беспредела. Воистину бог обмана.
— Ребят, — едва шевеля губами чуть слышно говорит Глеб, — прорыв вот-вот рванёт. Наши уже выходят. Надо Аню с Максимом вытаскивать.
— Ага, — кивает Адам, — Ника сможешь коридор сделать? Мы метнёмся кабаничками и вынесем дружков твоих. Сдаётся мне, если мы им сейчас поможем, то Максим станет вечным союзником Стражам.
— Могу, — киваю я и в этот момент прорыв покрывается змеящимися трещинами, сквозь которые прорываются алые всполохи пламени.
Реальность размыкается, обнажая истинную природу всего сущего. Воздух густеет, превращается в вязкую субстанцию, поглощающую звуки и движения. Каждый вдох требует усилий, каждое движение замедлено. Однако теперь ясно одно: наши жизни зависят от скорости реакции и решительности каждого из нас.
Мысли молнией проносятся в голове, сердце бешено колотится, пульсирует адреналин. Нужно действовать быстро и решительно.
— Ребята, слушаем меня внимательно! — командует Глеб, перекрывая грохочущие вибрации разрыва реальности. — Как только появится возможность, бежим к ним!
Я сосредотачиваюсь, собираюсь создать коридор, позволяющий нам преодолеть расстояние между нами и моей Анькой с демоном. Но сначала нужно выдержать давление разрыва, которое стремительно нарастает. Алое пламя пробивается сильнее, трещины расширяются, разрываясь словно сеть паутины. Кажется, будто мир раскалывается надвое, оставляя лишь хаос и разрушение. Трещины угрожающе приближаются, пространство вокруг искажается, грозя поглотить всех нас.
— Ника, уходите оттуда, не глупите, — мамин голос звучит напряженно.
— Адам! Ты обещал мне не дать ей рисковать!
Вижу, как Адам прикрывает глаза и что-то шепчет. Кажется просит прощения. Адреналин хлещет у всех.
— Глеб! Прошу тебя, — отчаянно кричит мама.
Но Глеб вообще никак не реагирует. Холоден и сосредоточен.
— Мы справимся, — еле слышно шепчу я. — У нас есть шанс спасти … Прости…
Коридор — наша единственная надежда. Закрываю глаза, глубоко дышу, пытаясь удержать контроль над собой и больше ни на что не отвлекаясь.
Мама видимо понимает, что спорить бесполезно и своими криками она только собьет меня, в эфире наступает тишина.