Страница 52 из 58
Может быть, я ищу не в том ящике?
Я выдвинула другой ящик — и действительно нашла в его глубине деревянный выступ.
И нажала на этот выступ..
И тут же в одной из стен, обитой шелком с цветочным рисунком, открылась тайная дверь.
Не теряя времени, я шагнула в эту дверь, подняв над головой канделябр, и снова пошла по темному коридору. Только теперь этот коридор то и дело сворачивал, пересекался с другими коридорами.
Так я шла несколько минут, вглядываясь в темноту.
И спереди из этой темноты до меня доносились какие-то приглушенные звуки.
Наконец коридор оборвался, впереди был глубокий провал, над которым нависал ажурный металлический мостик.
И посреди этого мостика стоял знакомый мне человек, мужчина с острой бородкой и темными волчьими глазами. В руке у него был пистолет с навинченным на ствол глушителем.
Как-то мне стало неуютно..
— Принесла? — спросил он, и его глаза полыхнули мрачным огнем.
— Где Леокадия? — задала я ему встречный вопрос.
И тут же услышала из-за его спины какое-то невнятное бормотание.
Левенберг отступил в сторону, и я увидела Леокадию Львовну.
Она сидела в резном деревянном кресле с ножками в форме львиных лап. Руки ее были привязаны к подлокотникам, во рту — кляп. Лицо ее было красным, видно было, что ей тяжело дышать.
Леокадия попыталась что-то сказать, но из-за кляпа смогла издать только глухое мычание.
— Развяжите ее! — потребовала я.
— Еще чего! Ты не в том положении, чтобы что-то требовать!
— Ну хоть кляп выньте! Она же задохнется!
Мужчина взглянул на Леокадию и все же вытащил у нее изо рта кляп. Старушка закашлялась, с трудом отдышалась, потом укоризненно проговорила:
— Зачем вы приехали? Я же предупреждала..
— Хватит болтать! — рявкнул Левенберг. — Я вытащил кляп. Теперь твоя очередь. Отдавай перстень, иначе вы обе умрете!
— Не отдавай! — вскрикнула Леокадия Львовна. — Этот перстень — ключ к самой большой тайне замка..
Я хотела ей возразить, но вдруг перехватила выразительный взгляд Леокадии. Она едва заметно подмигнула мне и показала глазами на настил моста. Там, в полуметре от кресла, часть металлического покрытия немного отогнулась.
— Все-то ты знаешь! — прошипел мужчина и, подтолкнув кресло с привязанной Леокадией к краю мостика, еще ближе к отогнутому листу, снова обратился ко мне. — Сейчас же отдавай перстень, иначе я столкну ее вниз! Она костей не соберет!
— Сначала развяжите ее!
— Перехитрить меня хочешь? — Он сверкнул своими волчьими глазами. — Не выйдет! Сейчас же отдай перстень! — Он взглянул на часы и озабоченно добавил: — У меня нет больше времени.. я должен успеть до полудня.. до того, как часы Магистра пробьют двенадцать..
— Куда успеть? — переспросила я.
— Так я тебе и сказал! Хватит болтать! Отдавай перстень!
Я достала перстень из кармана, переглянулась с Леокадией и вдруг бросила перстень на мост в полуметре от кресла. Он совсем немного не долетел до края моста.
— Сдурела? — вскрикнул Левенберг и метнулся к тому месту, куда упал перстень, чтобы подхватить его, не дать свалиться с моста..
При этом он оказался совсем рядом с креслом, в котором сидела связанная Леокадия.
Руки старушки были привязаны к подлокотникам кресла, но ноги свободны, и она выставила левую ногу, так что Левенберг споткнулся об нее. В то же время второй ногой он зацепился за выступ настила, потерял равновесие, перевалился через низкие перила и полетел с моста.
Снизу донесся глухой крик, который сменился тишиной.
— Слава богу! — проговорила я, подбежала к креслу и торопливо отвязала Леокадию. — Как вы, в порядке?
— Я в полном порядке, — отмахнулась от меня старушка, — но нам нужно спешить!
— Куда спешить? Зачем? Вам нужно домой, отдохнуть.. в вашем возрасте такие приключения опасны!
— Вот только не надо говорить мне о моем возрасте! — возмутилась Леокадия Львовна, поднимая злополучный перстень. — Ты слышала, что он говорил?
— Что именно? Он много чего говорил.
— Он говорил, что нужно успеть до полудня, до того, как пробьют часы Магистра..
— И что это значит?
— Это значит, что нам нужно поспешить, если мы хотим открыть самую большую тайну Михайловского замка! — И она торопливо зашагала через мост.
— О чем это вы? — переспросила я, едва поспевая за Леокадией.
— Часы Магистра находятся в Малой капелле, это тайная часовня, которую Павел обустроил в потайном помещении замка, чтобы совершать там ритуалы Мальтийского ордена. Все время, что существует замок, существуют и легенды о спрятанном в нем сокровище, и чаще всего говорят, что это сокровище спрятано именно там, в Малой капелле.
— Но ведь со времени гибели императора прошло столько лет, если бы сокровище существовало, его давно бы уже нашли..
— Да, Малую капеллу обследовали вдоль и поперек, но ничего не нашли. Однако Левенберг что-то узнал; вообще он совершенный и законченный псих, пока возился со мной, все время бормотал о том, что он всю свою жизнь искал это сокровище, изучил все планы замка, ходил тут, искал.. на него натолкнулся Верещагин, пытался задержать, он его и убил..
— Так прямо и признался в убийстве?
— Говорю же — он ненормальный! Одержим только одной идеей — найти сокровище Павла Первого. Так что мы может воспользоваться его изысканиями. Кроме того, теперь у нас есть этот перстень, так что нужно спешить, чтобы успеть до полудня. Конечно, если ты устала, можешь возвращаться, но я не упущу такой случай.. Кстати, мы уже почти пришли..
Нет, ну как вам это нравится? Я устала.. А она, значит, не устала.. Но вообще-то Леокадия выглядела бодрой и энергичной как никогда. Вот старая гвардия, все им нипочем!
Мы сошли с моста, прошли еще немного по коридору и оказались перед высокой резной дверью.
Леокадия Львовна толкнула эту дверь, и мы вошли в высокое сводчатое помещение.
В глубине этого помещения находился резной алтарь, справа от алтаря — статуя какого-то святого, который держал в руках макет средневекового готического собора, видимо, как-то связанный с его житием, слева — предмет, необычный для часовни — огромные часы с маятником в резном деревянном корпусе.
— Вот они, часы Магистра! — проговорила Леокадия Львовна, невольно понизив голос.
Я взглянула на циферблат.
На часах было без четверти двенадцать.
— Если Левенберг не ошибался, у нас осталось пятнадцать минут.
— Но что мы должны сделать за эти пятнадцать минут?
— Если верить Левенбергу, все дело в часах..
Я обошла огромные часы, внимательно осмотрела их.
Внутри огромного деревянного корпуса, напоминающего формой башню средневекового замка, медленно раскачивался маятник. Вокруг медного циферблата были изображены символы зодиакальных созвездий, а сверху, над циферблатом, было написано уже знакомое мне библейское изречение:
«Дому твоему подобаетъ Святыня Господня въ долготу дней».
— Так.. похоже, что все дело в этом высказывании..
Это та же самая фраза, которая была написана над входом в замок. Та самая роковая фраза, которая предсказала Павлу год его смерти.
А где еще я ее видела?
И тут я вспомнила ту фразу, которую прочла под слоем крови в книге Бидермайера. «В долготу дней — но не лебедь и не щука»..
Очень странная надпись. Казалось бы, что общего между лебедем и щукой?
— Время идет.. — проговорила у меня за спиной Леокадия Львовна. — Осталось только пять минут..