Страница 39 из 58
За этим занятием и застал нас остановившийся рядом огромный внедорожник, из которого не спеша вышел огромный мужик и спросил басом:
— Это вообще что такое?
У мужика были огромные, как колонны, ноги и толстые руки, ладони как совковые лопаты, любая другая машина кроме этого внедорожника смотрелась бы рядом с ним как детская коляска. Голова у мужика тоже была огромная, да еще была на ней куча волос и борода. И глаза горели нехорошим огнем.
В общем, не знаю, как Жанка, а я сразу поняла, что перед нами хозяин Изольды, потому что мужик здорово смахивал на волкодава. Разумеется, до того, как Жанка Изольду подстригла.
— Это что такое? — повторил мужик низким грозным голосом.
— Здрассте! — робко пискнула я, мечтая оказаться очень далеко от этого места.
Жанка же спокойно поднялась и выпрямила спину. Я уже говорила, что подруга моя — девица рослая, так вот она мужику доставала только до бороды.
— Вы уж извините, — сказала она, — накладочка вышла. Собачку вашу подстригла по ошибке. Но она вроде не против..
Мужик наклонился к Изольде и удивленно поднял брови, только сейчас ее как следует рассмотрев. Иззи встала и прошлась мимо нас, как будто она на подиуме. Затем развернулась и прошла в другую сторону.
— Ну это надо же! — Ее хозяин хлопнул себя по ляжкам и громко захохотал.
Было такое чувство, что где-то неподалеку сгружают бревна.
— Слушай, ну как она тебя подпустила-то? — по-свойски спросил он Жанку.
— Повезло! — усмехнулась она, а Иззи пролаяла что-то на тему, что каждой особе женского пола хочется быть красивой.
Как видно, хозяин хорошо разбирался в оттенках лая своей собаки, потому что дал понять, что на нас не в претензии, но что сманивать чужую собаку все же нехорошо.
— Да она сама сбежала! — хором заорали мы с Жанкой.
Мужик распахнул дверь перед Изольдой, потом высунулся в окно и предложил нас подвезти.
— Только до машины! — строго сказала Жанка.
Я подтолкнула ее на переднее сиденье, а сама втиснулась рядом с Иззи. Жанка тараторила что-то в своей обычной манере, мужик довольно гудел в ответ.
Мы с Иззи понимающе переглянулись: давно пора Жанке иметь кого-то солидного на примете. А то меня все ругает, что я одна, а у самой если и есть кто — то ненадолго.
Некогда ей кого-то серьезного искать, на ней братишка висит и мамаша безбашенная, а этот вроде мужик ничего, не бедный, и собак любит. А что страшный да лохматый — так на то она и мастер, мигом его в божеский вид приведет..
Вечером, уединившись в своей спальне, император затушил свечи в большом канделябре, оставив одну свечу в простом серебряном подсвечнике. С этой свечой в руке Павел подошел к платяному шкафу красного дерева, открыл его дверцу. В шкафу висело несколько шелковых халатов в золотом шитье и домашний бархатный камзол. Император сдвинул одежду в сторону, запустил руку в глубину шкафа и отодвинул незаметную задвижку.
Задняя стенка шкафа открылась.
За ней обнаружилась потайная лестница, спускавшаяся в покои царской фаворитки Анны Лопухиной.
Император спустился по винтовой лестнице и оказался в просторной комнате, обставленной изящной светлой мебелью.
Перед туалетным столиком с тройным зеркалом сидела красивая темноволосая женщина в шелковом домашнем халате. Горничную она уже отпустила, и теперь сама расчесывала шелковистые волосы.
Император почувствовал прилив нежности к этой женщине, такой красивой и в то же время такой скромной. Как милостив Господь, наградивший его этой любовью!
Как хорошо было бы оставить все государственные заботы и отправиться вдвоем с Аннушкой в какое-нибудь тихое имение.. или в Италию.. но нет, нельзя, на нем лежит огромный долг, долг перед страной, долг перед историей!
Услышав шаги за спиной, женщина вздрогнула, но тут же увидела в зеркалах утроенное отражение императора и улыбнулась слабой, бледной улыбкой, которая ему так нравилась:
— Государь, вы не предупредили меня..
Она попробовала встать, но Павел остановил ее нетерпеливым жестом:
— Не беспокойся, Аннушка, я ненадолго.. я сейчас уйду.. ты помнишь, друг мой, что я говорил тебе?
— О том тайнике?
— Да, о нем.
— Помню, государь. И никому о нем не расскажу.
— Так, мой друг! Помни, от этого может зависеть моя судьба и самая моя жизнь!
С этими словами он подошел к туалетному столику, выдвинул один из ящичков, запустил в него руку и повернул внутри потайной бронзовый шпенек.
Тут же из боковой стенки туалетного столика выдвинулся ящичек, который прежде не был виден.
Император достал из этого ящичка небольшой ларец, прижал его к груди.
Лопухина смотрела на императора со сдержанным любопытством. Конечно, ей хотелось бы узнать, что хранит Павел в этом ларце и почему он так о нем беспокоится. Но она знала его вспыльчивый характер и не хотела вызвать очередную вспышку гнева.
Император отошел в сторону и открыл ларец.
Крест лежал внутри на бархатной подложке.
И тут Павел почувствовал исходящий от реликвии странный жар и увидел какое-то слабое свечение.
Он прикоснулся к кресту рукой — и услышал тихий, строгий голос, голос того человека, который подарил ему этот крест:
— Тебе грозит опасность.. большая опасность. Нынче ночью на твою жизнь покусятся заговорщики..
Император вздрогнул.
Заговор.. то, чего он боялся больше всего в жизни! Неужели ему придется повторить судьбу своего несчастного отца?
На мгновение его посетила малодушная мысль: остаться здесь, в Аннушкиных покоях. Заговорщики не найдут его здесь, и он сможет дожить до утра..
Но он тут же отбросил эту мысль.
Подвергнуть опасности любимую женщину — это недостойно рыцаря, каким он себя считал.
Нет, он вернется в свои покои и встретит заговорщиков лицом к лицу! Тем более что тот человек обещал ему свою защиту, если он сбережет его подарок..
И тут же в его голове снова зазвучал голос того человека:
— Не беспокойся: возьми этот крест с собой, и он защитит тебя от всякого зла.
Император прошептал слова благодарности, пожелал Лопухиной доброй ночи и поднялся в свои покои.
Лопухина проводила государя до лестницы, перекрестила его напоследок.
Оставшись одна, она закусила губу от любопытства.
Что же Павел прячет в ее туалетном столике?
Покинув покои фаворитки, император удалился в свою спальню, но не лег в постель, а сел в глубокое кресло и поставил ларец с реликвией на колени, приготовившись бодрствовать до самого утра.
Правда, в третьем часу ночи сон ненадолго сморил его, и он даже видел какой-то странный сон. Ему снилось, будто вокруг него столпились придворные, они о чем-то громко говорят и показывают ему красивую золотую табакерку.
Павел тут же проснулся и подумал, что бы мог значить такой сон. К чему снятся табакерки? Нужно будет спросить у Зубова, он хорошо умеет разгадывать сны!
Павел снова задремал, и сквозь сон слышал какие-то шаги и приглушенные разговоры. Потом все стихло, а когда он уже окончательно проснулся, в окно спальни заглядывало блеклое петербургское утро.
Услышав, что государь изволил проснуться, к нему вошел верный камердинер Федотов, пожелал доброго утра и подал умываться.
— А что за шум был ночью? — спросил его император во время бритья.
— Шум? — переспросил камердинер.
Хитрая бестия, он прикидывался тугоухим, когда не желал отвечать государю.