Страница 40 из 216
ГЛАВА 12. НЕВЕСТА ДЛЯ МОРСКОГО ДЬЯВОЛА
***
Звали ее Марикой. Не сказать, чтоб была она такой уж замечательной красоткой, эта дéвица, но местные щеголи из деревенских пройти мимо ну никак не могли. Каждый охломон норовил свой хвост перед ней распушить, зацепить чем-то взор милашки – горячий, яркий. Хотя слова ее забористые так и резали тех дуралеев, кто смел опрометчиво ее домогаться. Маленькая дерзкая ко́люшка! [1].
Да, именно ко́люшка, я не обмолвился, братцы, потому что колючая она была до жути. Не всякий мог с девицей той в перепалках язвительных потягаться, многих наглецов она разом в краску вгоняла, как бы ни хорохорились эти недотёпы. Иной раз просто так цеплялись к ней парни – игриво, чисто ради куражу, – но последнее слово вестимо за ней оставалось. Хотя поверженные старались виду не показывать, что разделала их эта зараза мелкая в пух и прах. Молча потом в уголке зализывали свои душевные раны за кружечкой веселого эля.
И ведь никто не обижался особо, потому как, скажу я вам, было с ней рядом весело и буйно. Будто в водовороте кипучем, звенящем. Собиралась вокруг нее всегда веселая компания, потому как заводила она молодежь своим огненным нравом, скучать не давала. Впрочем, с соседями девушка эта всегда добра была – ласкова да приветлива – пособит, если что, поддержит. Притягивала она людей улыбкой теплой в искристых глазах и легким жизненным светом, будто танцевала всегда на лучике солнца.
А еще была она дочкой рыбака и умела призывать корабли.
Дар этот, сказывают, открылся у девицы после того, как отца ее в море унесло, бедолагу. Куда, неведомо... Только вышел он как-то в лодке своей по рыбацкому делу и не вернулся.
Долго сидела Колюшка смурная на берегу, поддавшись унынию горькому. Печалилась тихонько об пропавшем отце... Смотрела, не отрывая взора, туда, где блестящая свинцовая гладь северного моря сливается с хмурыми небесами.
Сидела она так день, и два, и неделю, и месяц...
Уж и пару месяцев прошло. Совсем девчушка наша сникла. Уж все жители того местечка рыбацкого, утешали ее, просили оправиться, смириться и жить дальше. Чего уж теперь, девонька!.. Судьба у рыбаков такая – негаданная. Сегодня жив, а завтра... Забрало море – и был таков! И никто от сей беды не убережен бывает. Море – оно коварное, суровое, своевольное...
Ну, сами же знаете, каково это, братцы...
Однажды посиживала Марика на ветренном каменистом берегу и, привычно вдыхая соленый воздух, задумчиво созерцала морские дали. В ожидании. Вдруг подходит к ней мужчина. Откуда взялся – сие неведомо: берег до того времени пустой был, открытый – насколько хватало взгляда. Уселся тот пришелец рядом спокойно так, по-хозяйски, и вместе с Марикой на океан уставился.
Восседали они таким вот макаром некоторое время. Девица молчит, и чужак тот странный молчит тоже. Наконец, хмыкнул он, сообразив, видимо, что слов от гордой рыбачки не дождаться.
– Чего кручинишься, милая? – спрашивает тихо, вкрадчиво, но рыбачка, даже сквозь шум прибоя, слышала каждое слово, будто чужеземец шептал ей, склонившись, в самое ухо. – Давно я за тобой наблюдаю, Марика. И дня не проходит, чтобы ты не показалась тут. Чай, ждешь ли кого?
– А коли и жду, – отвечает наша дерзкая Колюшка, – то сие знать тебе без надобности. Ступай своей дорогой, незнакомец.
Окинул ее насмешливым взглядом тот странный человек, и скучающие темные глаза его залучились легким интересом. Надо признаться, была наша Марика в тот момент чудо как хороша! Свежий бриз трепал вразлет тугие кудри, омывая точеное, заострившееся от горя лицо, а глаза цвета грозового неба продолжали смотреть на далекий горизонт, будто и не было никакого пришельца рядом.
– Как знать, как знать, дéвица. Может и подсоблю чем...
Нехотя перевела Марика на собеседника свой неласковый взор.
– Помочь ты мне ничем не сможешь, незнакомец, но спасибо, коли так.
Усмехнулся тот загадочно:
– Нет такого дела на свете, которое неподвластно мне, Марика. Смотря какую цену ты готова заплатить!..
Тут уж развернулась она к нему всем корпусом и тоже посмотрела заинтересованно, по всему видать – догадалась о чем-то. Но не спросила.
– Что ж, готова я отдать все, что потребуется, – ответила она убежденно. – Вопрос в том,
что
ты можешь дать,
незнакомец.
– Ох, здорова ты торговаться, дéвица, – чужестранец снисходительно фыркнул на такие непочтительные речи, но, кажется, выглядел довольным. – Что ж. То, что я могу дать, должно тебе понравиться, не сомневайся.
– Верни мне отца. Ты ведь можешь! – не медля ни секунды потребовала наша Колюшка, и стальные глаза девицы загорелись вдруг неистовым светом. – Я согласна на все твои условия, незнакомец, потому как дороже отца у меня никого нет!
– Э-э... Нет. Так просто – неинтересно мне, знаешь, – тут же фыркнул пришелец. – Давай сыграем, красотка!
– Сыграем? Во что это?
– Да дело-то особо нехитрое. Ты, Марика, должна
сделать выбор
. Выбрать себе ДАР! Если угадаешь, то с помощью него вернешь своего родителя. Но взамен... Взамен, дéвица, отдашь мне то, что для тебя окажется дороже папаши. И отдашь мне это независимо от того, сможешь ты вернуть отца, в конечном итоге, или нет. Это уж как твоя удача повернется.
– И что же это? – насмешливо сощурилась девушка, окидывая гостя презрительным взглядом. – Что я должна отдать тебе взамен? Мою честь, что ли? Мое доброе имя? Мою жизнь? Я готова отдать тебе все это, потому что жизнь отца для меня дороже всего на свете. А остальное мне теперь без надобности.
– Хм-м-м... Погоди, не торопись. Подумай.
– Чего уж тут думать? Вся моя родня давно умерла, мама – тоже. Так что жизнь моя никому не нужна. Я готова ее обменять на что-то более важное.
– Но если отец столь важен для тебя, то и цена вопроса должна быть соответствующая! И это не то, что тебе без надобности. Согласна?
Опешила немного Марика, но вынуждена была согласиться.
– Тогда я не знаю, что это может быть.
– Ну, например, любовь? Любовь... отца? Вдруг потеряешь ее? Изгонит он тебя, к примеру, после всего, что ты тут для него сделаешь, вон. И, ко всему прочему, лишишься ты родного очага... Что скажешь?
Крепко задумалась девица, прислушиваясь к своему сжавшемуся сердцу.
– Ладно, – откликнулась она наконец.
– Ладно?
– Да. Пусть будет так. Я готова рассчитаться за это даже его любовью, хоть мне и будет больно.
– Но, тогда, значит,
это не то
, девица.
– Как «не то»? А что тогда
то
? – Марика посмотрела на него сердито.
– В том и хитрость, что