Страница 144 из 216
ГЛАВА 29.1. КОГДА РАБОТАЮТ ПРОКЛЯТЬЯ
***
– Твоих рук дело, англичанин? – раздался тихий голос у самого уха.
Генри передернуло с головы до пят.
Дьявол! Какого черта эдак подкрадываться! И так все внутри натянуто до предела. Чуть тронь – зазвенит.
На поверку, это оказался всего лишь любопытствующий Свен, который, благодаря суматохе, переместился незаметно и встал за спиной.
А еще лейтенанту тут же захотелось возмутиться в ответ на очередные нелепые обвинения, но он передумал. Излишне активные отрицания будут выглядеть подозрительно. Наверное...
– Что именно? – не поворачивая головы, также невзрачно буркнул Тейлор, пытаясь срочно вернуть самообладание, пошатнувшееся от испуга.
– Это ты ведь козлу сдохнуть пожелал? Амулет твой... он и вправду работает? Проклятья там и все такое...
– А то как же... Пусть это имеют в виду всякие умники, которые пристают с идиотскими вопросами!
– Нет, я серьезно!..
– Да хорошо бы, если б работал! – едко процедил сквозь зубы Тейлор. – Может, я еще что кому пожелал, в таком разе. Например, некоторым уродским гавнюкам, которые в свое время мне дюже подгадили, давно уже пора шеи себе посворачивать к чертям! Да вот только...
– Хэх... что верно, то верно. Здорово бы было! Где б такому научиться?! Дунул, плюнул и все дела!..
– Эх... – Генри представил, как валятся штабелями все его недруги от одной только шальной мысли, и мечтательно хмыкнул. – Можно было бы жить без забот, скажишь?
– Угу... – подтвердил Свен, видимо, представив, в свою очередь, живописные картины про своих противников. – Это ж надо, эк его перекосило, поганца. Да и поделом, вообще-то! Давно пора было его зарыть, да пачкаться не хотелось.
– Ага. Тварь редкостная!
– Интересно, что ж такого с ним случилось-то?
Генри как можно безразличнее пожал плечами, ощущая, что почва под ногами становится слишком зыбкой. Он и сам озадачился сейчас мыслью, имело ли тут место африканское колдовство, или все же это совпадение, а смерть ублюдка произошла от естественных причин.
На самом деле, во что-то магическое поверить было легко, уж очень все странно и ловко сложилось. Тем более, очень хотелось! Да и то свечение в хижине Бабалаво Генри видел собственными глазами. Видел же?
Впрочем, его здравый смысл сдаваться почему-то не торопился.
Должно же быть разумное объяснение! Хотя... на первый взгляд, вполне удобно приписать все действию амулета. Но тогда, выходит, он, Тейлор, причастен все же? Как бы к такой очевидной мысли не пришло его рабовладельческое начальство!
Тейлору отчаянно не хотелось в очередной раз становиться мальчиком для битья.
– Кажется... припоминаю... – продолжал рассуждать Свен, – как-то раз видел такое в Каролине. Одного парня из нашего гарнизона змея укусила. Помер бедняга в страшных муках – не прошло и часа. Прямо у нас на глазах. Оттого, что не смог как следует вздохнуть... Жуткое зрелище! Корежило всего, когда он пытался воздуха глотнуть, – Свен открыл рот и вылупил глаза, демонстрируя, как несчастный, покусанный змеей, пытается сделать вдох, – посинел весь, бедолага. Глазенки точно также повылазили. Слезы, сопли, пена изо рта... Ужос!
– Так, думаешь, змея, Свен? – с надеждой вопросил Генри, поскорее прерывая жуткие описания чужих мучений.
– Ну, если это не ты, англичанин, тогда – больше некому! Тростник же на болоте растет, этих дьявольских гадин там полно. Хотя... еще вариант – души, им загубленные, прибрали мерзавца? Но вариант со змеей мне как-то больше глянется.
– Ага. Мне тоже. Надеюсь, ты прав, приятель – один чертов змей сожрал другого... Хотя... – Генри вообще-то плохо разбирался в тонкостях спиритуализма, но постарался изобразить из себя эксперта, – одно другому не противоречит. Души же сами по себе убить не способны. Наверняка они ту тварь ползучую к своему душегубу и подослали. Нашаманили, так сказать.
– Бр-р-р... Впрочем, туда ему и дорога, никто эту гнусную харю жалеть не будет. Ну и видок у него, если честно... Такое и в страшном сне не привидится...
– Угу. Хотя я вот сейчас от любого бы сна не отказался, пусть даже страшного. Дьявол, когда нас отпустят уже?! Стой тут всю ночь из-за этого гавнюка. Сил нет, как спать охота.
Генри, и правда, уже практически не чувствовал тела. Но про рабов, похоже, позабыли вовсе.
Хозяин, позлопыхав от души на раннюю побудку и чертова незадачливого ублюдка, посмевшего доставить ему гребаные проблемы своей дурацкой гибелью, приказал одному из слуг ехать в город за ко́ронером [1], и заодно сообщить капитану гарнизона, чтобы в Джордж Тауне прекратили поиски беглого, поскольку мерзавец, хвала Иисусу, нашелся. А также, в помощь следствию, сэр Уолтер велел привезти в усадьбу врача, чтобы зафиксировать факт смерти на бумаге – для отчета в соответствующие инстанции, занимающиеся осужденными.
– Черти бы побрали этих долбаных каторжан с ихними контрактами [2]! – сэр Уолтер раздраженно выговаривал это Тито, будто тот был виноват во всем случившемся. – Еще дознание проводить, донесение в департамент составлять... Дьявол! Был бы нигер, закопали бы просто да и все. Или вон собакам скормили. Все прок от черномазых! Сколько раз зарекался: не связываться с этой белой швалью! Проблемы от них одни. Проклятье! Опять вот купился на дешевизну... Эхе-хе... скупой платит дважды.
– Не волнуйтесь, сэр, – главный драйвер, похоже, не рисковал спорить с работодателем. – Дознание проведем, рапорт по форме составим. Идите, отдыхайте, мистер Пейн.
– Дьявол! Да не уснуть мне теперь! Так перед глазами и стоит эта рожа, – Пейн кивнул на труп, который был уже прикрыт какой-то тряпицей, и в результате передернулся. – Дерьмо! Аж мороз по загривку, как вспомню! Определенно, надо выпить для нервов! Эй, Том! Срочно неси мне хересу, болван!
Домашний слуга, одетый по всей форме в ливрею, со всех ног кинулся исполнять приказание, а сам Пейн, хмуро зыркнув в сторону трупа, прошествовал в дом за ним следом, оставив на Тито дальнейшие разбирательства с коронером.
Рабов, кстати, со двора так никто распускать и не собирался, совершенно не придавая значения тому, что какие-то там невольники простаивают без сна и отдыха уже, почитай, пятый час подряд. Это не считая того, что люди накануне отпахали целый день на плантациях.
Определенно, с восходом солнца, которое уже показалось, – Генри тоскливо посмотрел на светлеющее небо – их снова ждет каторжный труд до самого позднего вечера. Так что лейтенант мог поздравить себя еще с одной бессонной ночью и бесконечным, мучительным днем.