Страница 2291 из 2296
О том, что это жилье для, так сказать, бюджетных жителей. Или может быть постояльцев? Я догадался только тогда, когда нашел удобства… в торце прохода, с каждой его стороны, был раньше отгорожен деревянной стенкой закуток, с дыркой в полу в одном углу. Над ней, в стенной нише стояла дубовая бочка литров на сто, примерно, с дубовым же краником — пробкой, смотрящим в ту же… бездну для человеческих отходов. А в другом углу бочка, все еще живая и целая, спустя прошедшие множество лет, была уже посолиднее. Объем её даже примерно не скажу, но при моем росте в метр семьдесят восемь она высилась мне чуть пониже груди, и судя по диаметру, вполне могла вместить в своих внутренностях двоих таких же, а то и троих.
— Вот это, — тыкает Виктория пальцем вниз, — в прошлом веке, я имею ввиду девятнадцатом, ещё в его начале — было отхожим местом. И ночлежки с такими удобствами считались престижными. В основном в те времена все это было на заднем дворе. И да, я не историк, просто любила в последние годы читать про старые времена, но не древние, а примерно с семнадцатого — восемнадцатого и позднее.
— А любовные, слезливые романы? Ведь в основном все девушки от них балдеют и фанатеют?
— Не. Это не мое. Служба офицером на флоте, тем более командиром корабля, совсем не способствует розовым соплям. Вот попаданство — это да. Даже магию в современном изложении приветствую лучше, чем этот бред.
— Согласен. А тогда что это за бочки? И куда все это… извини за уточнение, дерьмо должно деваться?
— По идее, но утверждать не берусь, в тех книжках на таких подробностях внимание не акцентировалось, должно сбегать по каменному желобу в наружный сборник, откуда уже золотарь его вывозил. Куда? Ну например сливал в отдалении в море, если оно было близко, как тут. Или… ну не знаю. Там — не знаю. А тут — и тем более. Меньшая емкость с примитивным краном — это рыльно — мыльник, то есть умывальник. А большая — купальня. Туда горячую и холодную воду за отдельную денюжку прислуга носила ведрами.
— Круто. И там можно было помыться?
— Это еще и шиком было. В основном, те, кто мог себе позволить жить в такой дыре, обмывались или у колодца за домом, или в реке — море…
Учитывая то, что общая длина этой постройки была шагов, ну или метров, в девяносто, а эта забегаловка занимала не более двадцати, мы принялись искать вход в оставшиеся помещения. И, при последующем осмотре, они были найдены в торцах здания. Как и раньше, тут и нижнее и верхнее перекрытие было каменно — бетонным, с остатками балочек и прогнивших досок пола. Вся эта часть и выглядела, и была, фактически — условно целой. Верхняя — только с полом, перегородками и дверьми, но вообще без крыши.
— Вот тебе, на первое время, как приведете все тут в относительный порядок, и будет жилье для будущего пополнения сообщества, — выйдя наружу и отряхиваясь от вездесущей пыли и паутины обрадовала Вика меня своим прогнозом.
— Не думаю, что оно будет настолько взрывным, как у Крепости.
— А зачем думать? Дождись возвращения отправленных групп, а потом будешь делать прогнозы…
— А пока все то не отремонтировали, где жить?
— Не поняла? А пароход?
— Да я хоть и увидел, что он пассажирский, но подумал, что просто прогулочный.
— Нет. Это именно грузо — пассажирский речной пароход малого и среднего радиуса действия. Если я правильно помню его название, это Великая княжна Ольга.
Когда недавно при отражении нападения чеченцев на Независимость взяли в трофеях паровой баркас, то Роман, тоже наш крымский парень, рассказывал о его истории. И показывая фотографии о нем, упомянул место бывшей службы — Амударьинская флотилия конца тысяча восьмисотых начала тысяча девятисотых годов. Вот там был этот, или такой же, колесник — но тут он совсем не кажется старым, а как будто только что прошел свои ходовые испытания и стал у причальной стенки. Но тут хоть есть на что свернуть — очередной выбрык программы эксперимента. Правда кают там совсем немного — они рассчитаны на двадцать пять пассажиров, и там было примерно два десятка матросов и офицеров в команде.
— И ты считаешь, что его хватит для жизни?
— На пару — тройку дней? Вполне. Тем более я с Меркурием пока тут буду — а в мои кубрики свободно поместится полторы сотни человек. Мы должны были ходить в учебные рейсы с курсантами и гардемаринами, так что наш Казаров заранее сделал в трюме жилой отсек солидного размера…
Первыми вернулись посланцы с востока, приведя с собой, точнее не приведя, а сопровождая и идя сзади, гомонящую и шумящую так, как будто это волны прибоя, стайку из молодых девчат и нескольких парней чуть постарше на вид. Но только на вид. Все они, как мы с Викторией, которая вызвалась мне помогать в этом нелегком деле, выяснили во время знакомства с расспросами и заполнением анкеты — оказались одногодками. Студентами и студентками нескольких Курских институтов и колледжей в одних и тех же годах — двадцатилетние.
Их было два десятка женского пола, и всего четыре мужского, которые, на удивление, держали весь этот цветник в ежовых рукавицах правил и повиновений. Тут были и гуманитарии, но в меньшем количестве, чем производственники и даже немного военных специалистов. Один из парней учился в военно-техническом лицее на курсе электротехника, туда же две девчонки пошли на радиотехников. Еще один парень готовился к окончанию военного авиационного лицея, и должен был заниматься обслуживанием и ремонтом авиатехники. Он же был у них главой. А вот оператором работала целый месяц девушка — юрист.
Согласились они все на воссоединение с большим сообществом даже не раздумывая, по словам, вычлененным в процессе собеседования, молодежь — существо стайное. И жить в маленьком замкнутом мирке без общения с другими они не смогли — последнее время от скуки дело шло к внутреннему взрыву.
Через час наконец-то нарисовались поисковики с запада, принеся с собой весьма неприятные новости о звере — охраннике и каннибале. Когда они у первого найденного склада изничтожили мишку — переростка, то осматривая поляну с постройкой, нашли на одной из её сторон вырытую им солидную яму, под самый верх полную костей. И не животных, а людей — так как разглядели несколько черепов. Находку обследовать не стали, а пройдя еще несколько километров, напоролись на следующую, но уже обитаемую, и чудом избежали обстрела местных.