Страница 2247 из 2296
— Не то слово! Вот возьмём этот простейший карбюратор, — и показывает мне небольшую детальку из алюминия, сложной формы и с целой кучей разных отверстий и каналов внутри её, — то кроме того, что нужно найти такую руду, из неё выплавить металл нужного качества, необходим станок. Точнее, пресс для литья под давлением. А эта штука и там — сложная, точная, и тяжёлая. Так что в заказ не взять. И так будет с каждым трудным или важным узлом двигателя.
— Так что? Вариантов нет?
— Почему? Вот вы нашли один из альтернативных выходов — большую кучу на разборке. А там, может быть операторы смогут найти лазейку, и брать к ним запчасти… даже и те, которые есть… целыми. И вот из них собирать новодел.
— А это возможно?
— Да откуда я могу это знать? Во-первых, сам не разу не оператор. Во-вторых, мы у себя оперировали только тридцатью шестью килограммами поставки, и необходимости в таком не имели. Вот возьмите и задайте вопрос своему Оператору, если так интересно.
На этом наша беседа «ни о чём» вполне закончилась, но я всё равно сидел в гостях: было очень интересно, сможет Нолин сделать из того хлама что-нибудь нормальное, или вся его возня без толку. Но прошло всего минут десять его шаманства над столом, потом ещё столько же на сборку. И, подключив бутылку с топливом он дернул за шнурок раз… потом ещё несколько, после очередной неудачи что-то там регулируя… и неожиданно агрегат чихнул, стрельнул выхлопом… и заработал.
— Ура!!! — к нам сразу бросилось человек десять из той толпы, что крутила туда и сюда всё то, что мы привезли разбитым из лодок, выбирая из всего самое простое в ремонте, — поздравляем с удачей! Теперь у нас есть реальная возможность обойтись своими силами.
— А ведь они правы, — когда все успокоились и разошлись, Ладислав продолжил свою возню, но уже с другим движком, — я тут перебрал всё, что было найдено, и, с гарантией, могу сказать: из двадцати шести комплектов, минимум пятнадцать подлежат восстановлению. Это без дополнительных узлов и деталей. А так? За несколько дней приведу в порядок почти всё, что у меня есть. Вот только топливных баков раз-два, и обчелся. И ставить их пока некуда: ведь очень многое из того, что вы нашли, нужно только с умом ремонтировать…
Обойдя в складе все найденные трофеи, рассмотрев их, да пощупав своими руками, все пришли к единогласному мнению: находка не просто хорошая, а отличная. Осталось решить — заниматься всем нужным ремонтом тут? Или перевозить все в подземелья? Но, не мудрствуя лишний раз, решили оставить выбор за Михалычем. И, как оказалось, не прогадали.
Перейдя на другую сторону бота, я понял, почему те, кто шуршали именно тут, затихли и не хвалились своими находками. Во-первых, на похожих многоколесных тележках, между изогнутыми, что те рога, стойками-ограничителями стоял корпус примерно такого же бота, только в виде множества горизонтальных и вертикальных металлических рёбер, что у той большой рыбы — кита. Но без малейшего грамма обшивки.
И второе. Через проход от него, на всю длину склада, а это метров тридцать, была уложена высотой почти по пояс просто гора разного материала. Начиная от простого железа — и, уже раскроенного, и прямоугольных листов. Следом за ним были пачки белого металла, штук пять или шесть. Поверх всех их была уложены три длинные и крупные прямоугольные балки, слегка напоминающая своей формой судно видом сбоку. А уже поверх их лежали гнутые прямоугольные профили, разного вида и размера. Много. Очень.
Дальше? А дальше были увязанные плоскими полосками металла стопки… деревянных брусков, досок, фанеры… много… очень много… и я просто не понимал, это мне снится? Или находка вполне реальна? Находясь в раздумиях до того мгновения, пока очарование не было прервано восхищенным возгласом со стороны:
— Ну нихрена себе… — и через несколько секунд продолжившимся, — струя. Это ж, похоже, что из всего этого добра можно собрать не одно такое судно?
— Скорее всего, да. Но определить, так это или нет, мы сами совсем не в состоянии. Ну что? Отсюда будем брать трофеи?
— А что именно? Оно тут все такое, очень даже нужное.
— Тогда, — даю команду высотникам, — закрываем на ночь всё то, что открывали недавно…
— А зачем? Пусть так и будет, — неохота было им снова карабкаться вдоль стен.
— Нужно, нужно. Нога, поломанная в детстве, так ноет и крутит, как обычно она реагирует на дождь. А рисковать, чтобы тут всё стало сырым из-за нашей лени — нет смысла. А все остальные, пока эта пара занята, топаем смотреть на последнюю посудину под развалинами. Мы ведь её так и не вытащили.
— Ну и зачем? Будет сырость — и она потом промокнет? — кто-то явно хотел расслабится.
— Так как телега уже тут — то, если мы доберёмся до этого бота удачно, то сразу увезём домой, под крышу. Ну, а если нет? То оставим до завтра — и с большим количеством помощников тогда с ним точно справимся.
Но, всем на удивление, нам повезло: приподняв рычагами корму, смогли воткнуть под неё колесное чудо очень далеко, чуть ли не до средины, и, чуть придерживая за борта, начать выворачивать на открытое место. И вот такими мелкими шажками достаточно быстро поставили его вдоль прохода. Ну а там всё было уже намного проще — снова его чуть подняли, и воткнули тележку практически по весовому центру. Корпус хоть и просел чуть назад, но держался почти вертикально. И, зафиксировав его в этом положении заранее приготовленными подпорками, покатили всю эту конструкцию по хорошо пробитой колее к берегу. И успели к заранее открытым нам по сигналу рации воротам чуть ли не в последний миг — стоило только их прикрыть, как резкий порыв ветра ударил по створкам, и с всё нарастающей силой в камнях завыл ветер. Очень неожиданно начался Шторм, да и ещё и с дождем…
Последний трофей был шикарным: десятиметровой длинны корпус своими очень аккуратными линиями прямо притягивал собой взгляды.
— Почти как Адмиралтеец, — высказал подошедший к ним самым первым свое мнение Нолин, — не смотрите так на меня. Это название достаточно широко представленного во многих портах ранее Союза, а теперь, и России, моторного катера. Только и того, что тот был немного длиннее. У него, если я не ошибаюсь, было двенадцать метров длины, а тут ты, Олег, сам сказал, всего десять, — это он намекнул на то, что я стоял с рулеткой, принесённой одним из помощников. Всем хотелось в цифрах увидеть то, что они на своих плечах припёрли в укрытие.