Страница 5 из 35
— Что? — заинтересованно уточнила я и даже подалась вперед. — Что здесь?
— Академия пяти камней. Драгоценных камней, к каждому из которых и относят драконов: алмаз, рубин, сапфир, изумруд и жемчуг. Там учатся отпрыски самых выдающихся родов, и это академия считается лучшей, ведь там адепты познают не только азы магии, но и заводят необходимые знакомства для дальнейшей жизни.
Я мгновенно вспомнила, что так и не познала студенческую жизнь. Не то чтобы это сейчас мой приоритет, но я вдруг позавидовала тем, кто учится в университете вместо того, чтобы сидеть в рясе и изучать совершенно новый мир.
Мы много проводили времени в библиотеке. Гуннар рассказывал о принципах власти. Все выходило довольно прозаично: каждая империя включала в себя небольшие герцогства и даже королевства, подчиняющиеся, разумеется, своему императору-дракону. А вот уже четверо императоров имели более-менее независимую власть друг от друга, лишь обязаны были платить фиксированную сумму в казну Алмазной империи и служить ей в случае войны. В остальном торговые отношения между ними никак не регламентировались, кроме законов.
С Лазурным океаном же и вовсе дела обстояли интересно, ведь воды на планете было большинство, а это промысловая рыба и морепродукты, судоходство и прочее. Казалось бы, монополия, но Лазурному океану тоже требовались многие минералы с суши, а также чистота их вод. Таким образом Империи заботились о проблеме загрязнения океана, а императрица Теания — да-да, единственная женщина среди императоров, ведь у водных драконов было что-то вроде матриархата, и вообще жили они обособленно и закрыто — позволяла промысел и также охотно налаживала торговые отношения.
Гуннар открыл страницу с её изображением. Необычная внешность, кожа словно жемчуг, а уши больше похожи на плавники, пальцы — перепончатые, а нос более сглажен. Но в остальном — нереальная красавица.
— Быт водных драконов весьма закрыт, мы доподлинно не знаем, есть ли у них истинные и какое значение они придают этой связи, — продолжил Гуннар весьма заинтересовавшую меня тему. — Они также имеют вторую ипостась, но принимать её могут только в воде, поэтому стараются не покидать пределов океана, их редко можно встретить, разве что в числе каких-то делегаций.
Я покивала, записала и открыла следующую страницу. В первое мгновение сердце пропустило удар. С изображения на меня смотрел красивый молодой мужчина с темными волосами, уложенными в элегантную прическу, и яркими, пронзительными синими глазами. Волевой подбородок, высокие скулы, широкие плечи — все это передавал портрет, даже его взгляд — колючий, властный.
Однако он меня отчего-то не пугал. Наоборот, губы невольно расползлись в подобие улыбки, а сердце заколотилось быстрее.
— Красивый, — невольно вырвалось у меня, и я сглотнула. — Это император сапфировых драконов, судя по цвету глаз? Такие необычные…
— Нет, это Деймиан Шиитан, император Эмиралда, — покачал головой Гуннар и нахмурился. — Его мать была сапфировой драконицей, отсюда и цвет глаз. Цвет глаз драконы меняют после обретения истинной.
— Значит, он когда-нибудь станет зеленоглазым? — переспросила я, все пытаясь представить его с зелеными глазами, но отчего-то никак не получалось.
— Ненадолго, — глухо ответил храмовник, и попытался перелистнуть страницу, но я не позволила.
— Что вы хотите этим сказать?
Мужчина вздохнул и провел ладонью по волосам, а затем взглянул на меня с грустью.
— Не хотел тебе об этом говорить так рано, — вздохнул он. — После того, как у власти встала Миараль, изменилось еще кое-что у драконов. После войны драконов мало, а единственная, кто может подарить дракону наследника, это истинная. И они не самая плодовитая раса, хочу я тебе сказать, Лиана. И видишь ли… Миараль рассказала об этом ритуале, ужаснейшем, пугающем…
— В этом мире вообще существует что-то не пугающее? — пробурчала я, но запись всё-таки сделала. — Так что там с ритуалом?
— Истинные перестали быть единственными, — голос храмовника звучал глухо. — Перестали быть вторыми половинками, а стали теми, с помощью которых можно обойти запреты и волю Делениз. Она создала для драконов идеальные половинки — истинных — без измен, боли и разочарований. Но Миараль все изменила.
— Поконкретнее можно? — немного раздраженно спросила я.
А у самой начало запястье чесаться. Я понимала, что я тоже чья-то истинная, и мне было важно, какая судьба меня ждет.
— Не торопись, это сложно объяснить, — осадил меня служитель. — Видишь ли, Алмазный император был первым, кто предал свою истинную. Он провел с ней ночь, чтобы закрепить связь и стабилизировать разум своего дракона, иначе без истинной связи дракон начинает сходить с ума уже к своему столетию.
— Столетию? — крякнула я, пытаясь осознать весь масштаб бедствий.
Так они что тут… долгожители? Ну ничего себе! Теперь я понимаю, что Гуннар имел в виду, когда говорил, что алмазный генерал до сих пор правит над всеми, хотя прошло триста лет. Я была уверена, что это просто фигура речи…
Однако Гуннар спокойно пояснил:
— Драконы живут около шестисот-семисот лет.
Я перевела взор на красавчика на портрете.
— И сколько ему?..
— Сейчас около восьмидесяти, а когда был сделан этот учебник, ему было пятьдесят где-то. Но не думаю, что за тридцать лет он вообще как-то изменился. Драконы не стареют.
Вау! И почему я не драконица?..
— И что дальше? — уточнила я. — Алмазный император, он же генерал, который истребил бывшую династию правителей, провел ночь со своей истинной…
— А на утро, по совету Миараль, попытался её убить, — удивил меня Гуннар и посмотрел прямо, его взгляд был колючим. — Но Делениз помогла ей сбежать, укрыла. Правда, длилось это недолго. Всего три года бедной Лиане удавалось скрываться, — я поежилась от звучания своего имени в таком контексте, — но потом истинный нашел её. Вырвал сердце, запечатал в стабилизирующем артефакте, и иссушил тело. Полученную кровь и сердце он использовал для проведения других брачных ритуалов, женившись на девушках, которые не являлись его истинными. Таким образом он набрал себе целый гарем из тридцати жен, каждая из которых рожала ему наследников. Его примеру последовали и другие…
Я в ужасе смотрела на Гуннара. Даже щеки раскраснелись, стоило мне представить весь этот ужас. Это же сущий кошмар! То есть и другие драконы…
Я посмотрела вновь на портрет. Отчего-то отчаянно не хотелось, чтобы Деймиан оказался таким же.