Роковая монета

— Еще вопрос, последний, – невозмутимо сказала Надежда, – а скажи, пожалуйста, для чего ты Машину сумку брала?

— Какой еще Маши? А, это писательница та прибабахнутая! – рассмеялась Ольга.

— А ты откуда знаешь, что она писательница? Вроде бы она никому не говорила..

— Ой, ну я тебе умоляю! – Ольга замахала руками. – Да мы сразу догадались! Там книжки стояли перед входом в столовую – ну, чтобы кто хочет взял почитать, если скучно, я смотрю – она две книжки каждый день вперед выставляет. Поглядела я из любопытства – а там фотка ее на обложке. Непохожа, конечно, фотошопом обработано, но узнать можно. Мария Рыбникова – точно, это она. А эта самая Елена Юрьевна еще разговор вроде случайно навела на дамские детективы, а Маша молчит, прямо позеленела вся. Ну, не хочет человек признаваться, так нам-то какое дело.

— Ну да, ты, я так понимаю, книг вообще не читаешь.. – не удержалась Надежда.

— Да некогда мне, и не скучно, когда мужчина рядом! – отмахнулась Ольга. – Всегда есть чем заняться! А Елена Юрьевна тогда одним глазком заглянула и сказала, что насчет детективной линии она не знает, потому как сразу в конец посмотрела, чтобы выяснить, кто там убийца, а вот насчет отношений между мужчиной и женщиной – это такая фигня, что и читать противно. Ничего, мол, эта писательница в людях не понимает, и в конце у нее героиня и дело расследует, и личное счастье находит, в общем, такая бодяга, что блевать тянет..

— Так и сказала?

— Да нет, она, конечно, поприличнее выразилась, это я своими словами передаю.

— А вы только между собой сплетничали или мужчины тоже в курсе были?

— Да весь стол был в курсе!

— И этот самый.. как его.. Глеб?

— Ну да, он тоже, только разговоры такие не поддерживал, всегда старался тему сменить.

— Ладно, так что там с Машиной сумкой?

— А.. это я, понимаешь, подстраховаться решила. У нас ведь как: они там, в Киле, должны были посылку передать, а мы им – карточку, по которой они деньги получат. Карта-то у меня осталась, вдруг, думаю, полиция ею заинтересуется? Вещи-то наши они осмотрели. Я и сунула карту в сумку этой малахольной Марии.

— А если бы она ее нашла и заинтересовалась? Все же в своей сумке увидеть чужую карту..

— Ой, я тебя умоляю, она вообще ничем не интересовалась, только за Глебом весь круиз и бегала. Вокруг себя ничего не видит, слона в собственной сумке не найдет!

Надежда едва сдержалась, чтобы не согласиться. Очень уж верный портрет подруги Ольга набросала..

В это время входная дверь распахнулась и в химчистку вошел Игорь Соловьев.

Увидев в помещении явный беспорядок, он вопросительно взглянул на жену:

— Что-то случилось?

— Ничего, дорогой! – залебезила та. – Транспортер с одеждой отчего-то включился, несколько вешалок с него упали, но я уже навела порядок.

— А кто эта женщина?

— Клиентка, она уже уходит.

Вечером Надежда заехала к подруге и передала ей разговор с Ольгой Соловьевой.

— Выходит, от Коврайской ночью выходил вовсе не Алексей, а какая-то женщина.. – протянула Мария. – Дело еще больше запутывается. Значит, не Алексей ее задушил?

— Ничего это не значит, – возразила Надежда Николаевна. – А вот скажи, ты той ночью не заходила в каюту Коврайской?

— Конечно, нет! – Мария вспыхнула и возмущенно взглянула на Надежду. – Как ты могла подумать?..

— Мне нужно перебрать все варианты. Кроме тебя, в вашей дружной компании были еще три женщины – Ольга Соловьева, блогерша Алена и сама Елена Юрьевна. Ты в каюту не заходила, я тебе верю..

— Спасибо! – с сарказмом проговорила Мария. – Большое спасибо за такое доверие!

— Не за что, – спокойно ответила Надежда. – Просто Ольга эту женщину описала как высокую, стройную..

— А я, по-твоему, низенькая и полная?

— Ну, с тех пор как с мужем развелась, ты, конечно, здорово похудела, – согласилась Надежда Николаевна, – но, понимаешь, тут все дело в движениях, в пластике.. это обычно не меняется. Ольга Соловьева тоже отпадает, поскольку именно она видела таинственную женщину, сама Коврайская – тоже, по очевидной причине. Значит, остается только Алена. Кстати, она высокая?

— Высокая и худая.

— Вполне подходит под описание.

Надежда Николаевна еще немного подумала и проговорила с сожалением:

— Жаль, что у нас нет связи с тем испанским офицером, как его.. доном Педро.

— Франсиско, – машинально поправила ее Мария.

— Ах, значит, Франсиско! – многозначительно протянула Надежда. – Так может, с ним все же можно связаться?

— Вообще-то можно, – Мария чуть заметно порозовела. – Я с ним обменялась адресами электронной почты. На всякий случай.

— Ну да, конечно.. на всякий случай.. Так вот, считай, что этот случай уже настал. Узнай у него, известно ли точное время смерти Елены Коврайской.

— Попытаюсь..

— И еще – как можно связаться с этой Аленой?

— Вот извини, ничем не могу помочь! С ней я адресами не обменялась! – фыркнула Мария.

— И не надо. Она – блогер, значит, у нее имеется свой сайт, или канал, или как там это называется. И на этом канале наверняка есть возможность связаться с подписчиками..

Однако оказалось, что найти канал непросто, а стало быть, и отыскать Алену тоже будет трудновато.

— Ну хоть что-то ты про нее помнишь? – воззвала Надежда. – С кем она время проводила, как одевалась, чем интересовалась, какие блюда выбирала?..

— Блюда? – задумалась Мария. – Вроде бы она вегетарианка, мяса не ела, они с покойной Коврайской об этом говорили и вообще о здоровом образе жизни.

— Покойная тоже мяса не ела?

— Нет, у нее аппетит был отменный, она говорила, что в ее возрасте глупо себе отказывать в маленьких радостях.. Одевалась эта Алена вроде бы скромно, но со вкусом, они с Еленой Юрьевной шмотки тоже обсуждали, и она все говорила со знанием дела, значит, дорогие все были вещи, фирменные..

— Мужчины? Молодая девушка, с кем-то она должна была общаться?

— Ну с кем там общаться-то было? Профессор – старый, Алексей всех сторонился, теперь понятно почему..

— Ага, Игорь Соловьев при живой жене, не подступишься, а Глеба ты окучивала..

— Я? – Глаза Марии возмущенно засверкали. – Окучивала Глеба? Да как ты можешь?

— А что такого? – Надежда пожала плечами. – Дело житейское, он тебе понравился, ты – женщина свободная.. Кстати, как у вас дела? В театр ходили?

— Да нет.. – вздохнула Мария. – Вчера должны были пойти, он сказал, что заедет за мной. А я говорю, не надо, лучше прямо там встретимся. Пришла, а его нет. Администратор меня подзывает, это вы, спрашивает, Рыбникова? Я, говорю. А что случилось? Ничего не случилось, только знакомый ваш просил билеты передать, он в аварию попал, не сможет в театре быть. Я испугалась, конечно, звоню Глебу. Ничего, говорит, страшного, не я пострадал, а машина, так что жду гаишников, а это дело долгое. А вы идите в театр, спектакль хороший, а я вас потом на такси встречу и домой непременно отвезу. Нет уж, говорю, я лучше прямо домой. Вот такой театр у нас получился.

— Да уж, не театр, а цирк какой-то.. – задумалась Надежда Николаевна. Что-то ей не понравилось в рассказе подруги, но она одернула себя, потому что не следовало отвлекаться от важной темы. – Значит, я так поняла, вы с этой Аленой почти не общались за время круиза, так?

— Ну да, она стервозная такая, все время смотрела на меня волком и гадость норовила сказать. Что я ей сделала плохого?