Дар царицы Савской

Усилием воли Ксения подавила дрожь. Да, легкая форма горничной неподходящая одежда в этом подземелье..

— Заходите, заходите! — раздался из-за спинки кресла приятный бархатный голос. — Раз уж вы потратили столько сил и ловкости, чтобы пробраться сюда — нужно получить от этого хоть какое-то удовольствие. Потому что пользы здесь никакой.

Тут кресло внезапно развернулось, и Ксения увидела того, кто в нем сидел.

Это был мужчина, но такой маленький и тщедушный, что его можно было бы принять за десятилетнего ребенка. Можно было бы — если бы не голова, непропорционально большая, с длинными черными волосами. Несмотря на то что в комнате было темно, он был в темных солнцезащитных очках, из-за которых не было видно глаз.

Забавный человек.. человечек..

Да вот только будь он забавным, его не держали бы в комнате под замком, да еще за решеткой.

— Итак, кто же вы такая? — проговорил этот странный человек своим бархатным голосом.

— Я.. горничная, я пришла навести здесь порядок.

— Да, навести здесь порядок давно пора. Только вот горничных сюда не пускают ни за что, ни под каким видом. Так что ответ неверный. Попробуйте еще раз..

С этими словами обитатель подземелья снял свои темные очки.

Ксения увидела его глаза — большие, темные, внимательные, глубоко посаженные.

— Попробуйте еще раз.. — повторил человечек, в то же время покачивая в руке свои очки.

В темных стеклах отражалось пламя камина, ритмично вспыхивая.

— Попробуйте еще раз.. еще два.. еще три.. — проговорил он завораживающим, гипнотическим голосом, — четыре.. пять.. шесть.. семь.. восемь..

Ксения почувствовала, что ее руки и ноги становятся тяжелыми, мысли замедляются, веки опускаются, воздух вокруг нее становится густым и тяжелым..

«Он же меня гипнотизирует!» — догадалась Ксения и встряхнула головой, чтобы сбросить оцепенение.

К счастью, она пару лет назад посещала курсы профессионального мастерства, где ее обучали сопротивляться гипнозу и внушению.

Она вспомнила, что преподаватель учил курсантов переключать внимание с голоса гипнотизера на какой-то другой раздражитель. В крайнем случае вспоминать какие-нибудь стихи.

«Мой дядя самых честных правил, когда не в шутку занемог, — начала судорожно вспоминать Ксения, — он уважать себя заставил и лучше поступить не мог..»

— Выдумать! — раздраженно проговорил маленький человечек.

— Что? — удивленно переспросила девушка.

— Не поступить, а выдумать! Лучше выдумать не мог!

«Я что, вслух читала?» — подумала Ксения.

— Нет, не вслух! — возразил ее визави.

— Так что же вы, мысли мои читаете?

— А это уж как вам будет угодно. Одно ясно — вы далеко не горничная, вы профессионал и умеете защищаться от внушения. Что ж, этот номер у меня не прошел. Профессионал должен вовремя признавать неудачу. Придется придумать что-нибудь другое.

— А вообще, кто вы такой? — перебила его Ксения. — И почему вас держат в этом подземелье?

— Ну, ну, ну! Сразу столько вопросов! Вы забегаете вперед. А знаете что, давайте поиграем, — он улыбнулся и снова надел очки.

— Во что еще?

— В самую старую игру, известную человечеству.

— В какую это?

— В вопросы и ответы. В эту игру Эдип играл со Сфинксом, царь Соломон — с царицей Савской, Бильбо Беггинс с Горлумом..

— Доктор Лектер с Клариссой Старлинг, — подсказала Ксения.

— Ха-ха-ха! — Человечек изобразил невеселый смех. — Я оценил ваш юмор! Наш разговор действительно напоминает ту сцену. Но хочу заверить вас — я не людоед!

«Это еще надо проверить», — подумала Ксения, а вслух спросила:

— А кто же вы такой?

— Это и будет ваш первый вопрос? Значит, мы уже начали играть?

— А что — давайте поиграем.

— Ну, для разминки.. как вас зовут?

— Ксения. Вас я не спрашиваю — я и так знаю, что вас зовут Порфирий.

— Откуда же вы это знаете?

— Это уже второй вопрос. А пока еще моя очередь спрашивать. Итак, кто же вы такой?

— Когда-то я был психиатром. Довольно успешным, как говорится, широко известным в узких кругах. У меня была докторская степень, хорошая работа, авторитет среди коллег.. длинный список серьезных научных работ..

— И чем все это кончилось?

— А это, милочка, уже второй вопрос. По правилам нашей игры мы должны задавать вопросы по очереди, так что сейчас моя очередь спрашивать, ваша очередь отвечать..

— Э, нет! Вы ведь не ответили на мой первый вопрос. Я спросила вас, кто вы такой, а вы сказали, кем были прежде. Это нечестно! Давайте соблюдать правила!

— Ну, это уж вы придираетесь. Хотя пожалуйста, если вы настаиваете.. сейчас меня попросту нет.

— Что вы имеете в виду?

— То, что сказал. Меня не существует. С точки зрения закона, с точки зрения общества я умер и похоронен.

— Кто же тогда сидит передо мной?

— Призрак! — Маленький человечек рассмеялся странным дребезжащим, словно надтреснутым смехом, потом резко оборвал смех, как будто выключил его, и проговорил:

— Как хотите, а теперь моя очередь спрашивать. Итак, мой вопрос не будет оригинальным. Я задам вам такой же вопрос, какой задали вы: кто вы такая и как нашли это подземное убежище?

— Но это же два вопроса!

— Согласен, два. Но они слишком взаимосвязаны.

— Что ж, играть так играть. Не буду цепляться за детали. Однако, как вы уже догадались, я профессионал, а для профессионала моего профиля раскрывать свою личность недопустимо. Более того — это непрофессионально.

— Однако игра есть игра! — запротестовал маленький человечек. — Мы договорились отвечать..

— Вместо ответа на ваш вопрос я могу сообщить вам информацию, которая может быть для вас очень важной.

— Какую же?

— Сегодня в клинику привезут нового пациента.

— Вот как.. — Маленький человечек задумался.

— Это важная информация?

— Допустим, важная. Но недостаточная. Вы ведь не знаете, в какое время его привезут?

— А если знаю?

— Это действительно может быть очень важно.

— Так давайте заключим сделку. Я сообщу вам точное время, а вы подробно и честно, под запись расскажете мне обо всем, что здесь происходит.

— Эта сделка кажется мне не совсем справедливой. Я уже знаю, что пациента привезут сегодня, а точное время, в конце концов, не так уж важно.. то, что вы просите у меня, стоит большего.

— Но и то, что его привезут сегодня, вы узнали от меня.

— А вот это уже неважно. Я знаю это — и с этим уже ничего не поделаешь. Может быть, вы продешевили, выдавая мне эту информацию, но дело сделано. Слово — не воробей.

— Хорошо. Допустим, вы правы. А что, если я помогу вам отсюда сбежать?

— Это, конечно, соблазнительно. Но очень ненадежно. У здешних людей большие возможности, большие связи.. у них очень надежная система безопасности.

— Тем не менее я ведь сюда проникла!

— Это правда. Хорошо, я принимаю ваше предложение, но только с одной оговоркой.

— С какой же?

— Я вам все расскажу, и вы сможете это записать — но только не сейчас, а после того, как я выберусь на свободу. Таким образом я подстрахуюсь от обмана.

— Я не собираюсь вас обманывать. Мне это ни к чему. Но ладно, пусть будет по-вашему.

— Хорошо. Так какое же время? Когда они привезут очередного пациента?

— Сегодня, в одиннадцать вечера.

— Хорошо..

Разговаривая с Ксенией, гипнотизер все время что-то рисовал на своих листах.