Страница 14 из 141
— Это вы, батенька, у архитектора, строившего дом, узнайте, или еще лучше, разнесите дом по щепочке и увидите! Ах, я вас и сесть пригласить забыл, – так вы меня чертями напугали. Ну, садитесь. Митрич! Принеси нам красненького старого бутылочку; мы выпьем да и пойдем с вами, посмотрим.
— Нет, благодарю вас, мне некогда. Если позволите..
— Как хотите! Что же вам делать позволить?
— Удостовериться. Посетители ваши говорят, что они и сегодня утром слышали стоны.
— Удостоверьтесь, пожалуйста. Митрич! Веди господина околоточного, куда ему угодно. Хотите, и я с вами пойду.
— Если это не затруднит вас. У нас и понятые с собой; покойнее, знаете ли. Вы давно изволите жить в этом доме?
— Очень недавно. Всего несколько месяцев. Признаться, я и сам хорошенько дома не знаю.
— Вот то-то и есть. Здесь, рассказывают, когда-то завод был старинный, с подземными ходами и галереями.
— Это любопытно. Пойдемте, пойдемте.
На дворе начинало смеркаться. Шел нудный, осенний дождь. Завывал ветер.
— Не взять ли фонарей нам? Так ведь ничего не увидим.
— Разумеется. Пусть они нам и освещают.
Буфетчик открыл тяжелый висячий замок и распахнул двери. Пахнуло затхлой сыростью. Несколько ступенек вниз.. Все спустились в такую духоту, что невозможно было дышать. Куликов первый выскочил назад. Наваленные груды хлама на деревянном помосте мешали сделать тщательный осмотр, да к тому же оставаться в этой атмосфере становилось нестерпимым.
Они хотели уже выходить, как вдруг полицейский вскрикнул:
— Слышите?
Все напрягли слух, и действительно, где-то в отдалении послышался слабый стон, перемешивающийся со стуком. Точно кто-то хотел выйти и не мог.
— Господин Куликов, пожалуйте сюда.
Куликов спустился, стал слушать.
— Да поверьте, что это у меня на кухне повар котлеты рубит, а вам в духоте кажутся стоны. Вы побудьте здесь еще, так совсем в обморок упадете.
— Воля ваша – отчетливые стоны!
— Пойдемте в другие погреба. Может быть, найдем.
— Положительно человеческие стоны и стук..
— Мудрено найти! Если бы мы знали все ходы и выходы, можно было бы осмотреть, а тут не найдешь ничего.
— Стоны в той стороне, около вашей кухни, посмотрите в леднике налево.
— Пойдемте.
Они спустились в ледник, набитый до крыши снегом.
— Ничего.. Да здесь и не может быть слышно..
— Не хотите ли кухню осмотреть? Спросите повара, что он сейчас делал.
Когда они подходили к дверям кухни, то отчетливо услышали барабанный стук повара, готовившего битки и мурлыкавшего «Во поле береза стояла..».
— Ну, что я вам говорил! – рассмеялся Иван Степанович. – Послушай, любезный, – обратился Куликов к повару, – скажи нам по совести: у тебя эти дни не было земляка или землячки?
Повар замялся и запустил руки под фартук.
— Говори правду, я тебе ничего не сделаю, – настаивал Куликов.
— Была-с..
— Ночевала?
— Ночевала-с..
— А ты с ней не дрался?
— Что вы, что вы, хозяин..
— Правду говори!
— Поучил малость, только она меня ни.. Ни..
— А она кричала?
— Раза два крикнула, подлая..
Торжествующий Куликов рассмеялся:
— Довольны вы, господин полицейский?
Тот молчал.
— Удовлетворились вы? Или желаете продолжать обыск?
— Помилуйте! Извините, что я вас побеспокоил!
— Вперед с подземными духами не воюйте, а то себе лишние хлопоты причиняете и людей беспокоите напрасно. Прошу не прогневаться.
— Извините! Наша обязанность..