Страница 13 из 141
VII. И. С. Куликов
Иван Степанович сидел запершись совершенно один в своей небольшой, но уютной квартирке в том же доме, где помещался «Красный кабачок». Его квартирка имела отдельный подъезд с противоположной стороны и в то же время внутри сообщалась с трактиром, что имело для него большое удобство. Дом был устроен так, что под полом находилось несколько погребов и подвалов для хранения провизии, причем погреба соединялись подземным коридором, выходившим к надворным ледникам и упиравшимся в отдаленную часть двора.
В подвалы и погреба был также вход из кухни квартиры Ивана Степановича. Квартирка состояла из трех комнат: кабинета, залы и столовой. Так как Иван Степанович получал обед из своего трактира, то кухня ему была не нужна, и он превратил ее в спальню. Обстановка квартиры была довольно комфортабельна, хотя не отличалась вкусом и изяществом.
Прислуги личной не держал, а у него поочередно дежурили слуги трактира. Это тоже большое удобство, потому что, имея все готовым и исполненным, он мог в то же время уединиться, когда это требовалось обстоятельствами. Например, теперь он ждал тайного визита Елены Никитишны и присутствие прислуги было бы более чем нежелательно. А он был уверен, что супруга Коркина, под густой вуалью, непременно к нему явится. Она должна прийти. Куликов потирал руки от удовольствия.
Куликов был в отличном расположении духа. Его дела идут блестяще. Почти без гроша он арендовал «Красный кабачок», произвел на свой счет ремонт, отделку и торговал теперь на славу. Никто не подозревает, что он вовсе не хозяин трактира, а только случайный арендатор и притом человек никому не ведомый, с прошлым, покрытым мраком неизвестности.
«Другой на моем месте мог бы успокоиться, счастливо прожить век, но я, – мечтал Куликов, – не привык к такой жизни и не создан для тихой пристани у семейного очага. Мне не то нужно».
Он посмотрел в окно – не видно ли закутанной дамы. Нет, идут только два пьяных мужика и, видимо, держат путь к дверям его кабачка. А там вдали едет кто-то на извозчике. Кто это?
Куликов всматривался пристально, и лоб его покрылся морщинами. Да, это он. Наверно, ко мне.. Сказать – дома нет! Нельзя.. Будет ждать.. Ну, все равно.. А как же Коркина? Где я приму ее? Вот, не вовремя гость хуже татарина!
Он надавил пуговку электрического звонка. Извозчик между тем подъехал к трактиру, и господин скрылся в двери.
— Сейчас подъехал господин, проведите его ко мне, – приказал он вошедшему слуге.
— Слушаю-с..
Через минуту в гостиную входил молодой еще человек, почти лысый, блондин, с длинным выдающимся носом и большими, круглыми совиными глазами.
— Здравствуйте, – приветствовал его хозяин, – прошу садиться, что нового?
— Нового, Иван Степанович, ничего. Граф вернется из-за границы не ранее будущего месяца. Дома, кроме камердинера и кухарки, никого.. Семья его находится в имении.
— Что ж! Чудесно! Вы познакомились с камердинером?
— Распрекрасно.. Почти приятели..
Куликов наклонился почти к уху гостя и стал ему тихо что-то говорить. Он боялся, чтобы стены его не услышали.
— Поняли? – спросил он наконец громко.
— Понял, только..
— Что только?
— Я не знаю, удастся ли мне все приготовить и устроить так скоро.
— Рассчитывайте на мою помощь.
— Буду стараться!
— Деньги есть у вас?
— Очень немного.
— Вот вам сто рублей, я жду вас на днях с новостями. Сообщайте мне обо всем, что произойдет нового.
— Ах, я забыл вам сообщить. Сейчас, когда я к вам ехал, мне попались навстречу супруги Коркины. Он такой взволнованный, размахивает руками. Разве что-нибудь случилось?
Куликов закусил губу и, стараясь сохранить хладнокровие, отвечал:
— Не знаю, право, я их не видел.
Гость удалился, и Куликов остался один.
— Что же это значит? Неужели она предпочла рассказать все мужу? Нет, этого быть не может! Здесь или случайность какая-нибудь, или..
Куликов зашагал по комнате. Мысли роем носились в его голове. Он начал большую и рискованную игру. Удастся ему выйти победителем – он пан, провалится – пропал.
— Что ж! Не первый раз я завожу такую игру и не привыкать мне к риску! Бывали риски и почище, да ничего, живу ведь, да и как! Не хуже многих других.
В дверь кто-то тихо постучался. Куликов вздрогнул от неожиданности и крикнул:
— Войдите!
Появился буфетчик.
— Иван Степанович, я к вашей милости. У нас в погребе что-то неладно.
— Что такое?
— Шум какой-то, возня, и слышатся какие-то крики, стоны.
— Глупости! Что у нас, домовые, что ли? Ерунда. С пустяками ко мне лезешь!
— Никак нет-с, Иван Степанович, вчера вечером сам околоточный надзиратель слышал и пришел теперь с понятыми осмотр сделать.
— Околоточный?! Что ж ты, болван, мне раньше не сказал ничего?!
— Я утром хотел доложить вам, но вы изволили с утра не принимать никого.
— Позови их сюда!
Куликов еще больше взволновался.
«Полиция! Осмотр! Коркина не пришла! Ну и денек сегодня выдался!»
В прихожей раздались шаги нескольких человек. Куликов пошел навстречу. Впереди шел местный околоточный надзиратель.
— Извините, господин Куликов, нам необходимо осмотреть ваши подвалы. Вчера слышались оттуда какие-то стоны и крики.
— Ха-ха-ха! Уж не думаете ли вы, что у нас лешие завелись в подвалах или домовые какие-нибудь?! Вот это забавно! Вы не ошиблись ли, милейший! У меня на черной половине другой раз такие стоны и крики слышны, что чище всяких леших или домовых! Впрочем, я весь к вашим услугам. Можете осматривать все, что хотите, если у вас есть поручение господина пристава.
— Извините, я приставу не докладывал, пока сам еще ничего не узнал положительного.
— Значит, вы на свой риск и страх решаетесь производить повальный обыск в торговом помещении и частной квартире?
— Это не обыск вовсе, господин Куликов. Это, если вы ничего не имеете против, я хотел только удостовериться..
— Да я ровно ничего не имею. Только обыск-то сам по себе бессмысленный! Посудите сами, откуда же и какие черти возьмутся в подвале?
— Простите, господин Куликов, но, может быть, там вовсе не черти, а попал как-нибудь нечаянно человек.
— Ха-ха-ха! Вот это мило! Во-первых, «попасть» туда невозможно, потому что ледники и погреба на замке, и ключи у моих буфетчиков, а во-вторых, все наши жильцы, обитатели и соседи, благодаря Богу, живы и здоровы! А впрочем, я прикажу вам дать ключи от всех ледников и подвалов.
— Крики слышались, собственно, не из подвалов, а под землею, рядом с буфетом. Нет ли у вас там какого подземного хода или коридора?