Страница 76 из 128
Констанция тогда, разумеется, и сама обратила внимание на вошедшую в зал пару: дама с горделивой осанкой и осиной талией в обтягивающем черном костюме, напоминавшем те, в которых тренировались балерины, и миниатюрная белокожая девушка с длинными светлыми волосами.
Они прошли к свободному столику, и, Боже, как ступала эта куколка! Констанция никогда не видела такой походки. От нее невозможно было оторвать взгляд.
— Это она, — прошептал Аврелий, разглядывая — сомнений быть не могло — Русалочку.
Девушка села так, чтобы видеть плещущиеся за окном воды Невы. Взгляд ее сделался печальным и пронзительным — настолько, что Констанция ощутила подступающие к горлу слезы. Сила персонажа.
— Нам невероятно повезло, — заметил Аврелий негромко, захлопывая ноутбук.
Констанция все же достала ловец и вытащила антенну, чтобы убедиться. Тот завибрировал.
Подавив довольную улыбку, Констанция предложила Аврелию план: они дождутся, пока девушка отправится в туалет, и там Констанция поймает ее.
Стажер же в это время объяснит даме, что ей не стоит волноваться или пытаться отыскать девушку самостоятельно. Что ее давно искали и вот нашли.
Обед уже подходил к концу, был заказан десерт. Русалочка встала и своей божественной походкой прошла прочь из зала. Констанция последовала за ней. Девушка стояла у раковины, вода в кране тихо журчала, омывая изящные кисти. Она играла со струей, и Констанции на мгновение показалось, что вода слушалась ее, отвечала, шаловливо переплетаясь с пальцами. Когда Констанция приблизилась — помещение было крошечным, разминуться не получилось бы, даже если хотелось бы — Русалочка взглянула на ее отражение в зеркале. Взгляды встретились, и Констанцией вновь овладела тоска. Некстати вспомнился Артур, вчерашний вечер, оставивший какое-то горькое послевкусие. Захотелось стряхнуть с себя это чувство. Констанция решительно протянула руку и прикоснулась к персонажу ловцом.
По рукам девушки побежали черные столбики строк и абзацев, белая кожа быстро напиталась черным, затем Русалочка поблекла и, наконец, ее втянуло в книгу. На обложке ловца появилась золотистая надпись «Русалочка. Ганс-Христиан Андерсен». На пол рухнула одежда: то, что пришло с персонажем не из книги, оставалось в реальности. Констанция быстро собрала вещи и выбросила в мусорное ведро.
В холле она встретила Аврелия.
— Думаю, нам лучше уйти, — прошептал он и потянул Констанцию прочь.
Только в машине он позволил себе отдышаться и рассказал, как прошел разговор со спутницей Русалочки.
— Эта дама — преподаватель танцев. Хореограф. Она работает неподалеку и часто обедает в ресторане на корабле. Однажды она увидела девушку, поразилась ее грации и спросила, танцует ли та. Девушка оказалась немой, не смогла объяснить ни где живет, ни как ее зовут, писать тоже не умела. Дама решила, что девушке нужна помощь, но в полицию обращаться не стала. Вместо этого взяла под опеку, поселила в своей квартире, взяла в танцевальный коллектив. Время от времени Русалочка подрабатывала танцовщицей на разных площадках. Дама сказала, что ею очень интересовались многие люди, и на носу был какой-то хороший контракт.
— И она все это выложила тебе за каких-то пять минут?
Аврелий жутко самодовольно улыбнулся:
— Я умею располагать людей к беседе: даже ты рассказываешь мне больше, чем хотела бы.
Констанция мрачно взглянула на него и спросила:
— Ты сказал ей, что Русалочки больше нет?
— Ну… и да, и нет. Я сказал, как мы и договорились, что эту девушку давно искали. Что ее нашли. И с ней все будет в порядке. Дама предложила спросить у самой «Олечки», чего та хочет. Она ждет, пока Олечка вернется из туалета и выразит свое мнение по поводу всей этой ситуации.
Констанция досадливо поморщилась.
— Надо сообщить Брэдбери, пускай займутся. С такой заинтересованной свидетельницей могут быть проблемы.
И пока машина мчалась в Библиотеку, она связалась с коллегами, объяснив ситуацию.
— Ох, любите вы, Непейвода, все как-нибудь интересно провернуть… — услышала она.
В слове «интересно» не было одобрения. Возможно, в Брэдбери ее не любили, но Констанция была уверена, что работали в Библиотеке охотники и похуже.
— Ну что, сама скажешь Кингу? — хитровато прищурился Аврелий. — Или, хочешь, я скажу? Оброню между делом. Представляю, какое у него будет лицо!
— Мне казалось, вы в хороших отношениях, — с сомнением отозвалась Констанция. — Что это ты вдруг так жаждешь наблюдать его унижение?
— Почему унижение? Это, по-моему, отличная шутка! Ну и, честно, хочется иногда стереть это блаженное выражение с его лица.
Он практически буквально повторил мысли Констанции, только в ее голове это звучало более ожесточенно.
В отделе царила оживленная атмосфера, все о чем-то переговаривались, слышался смех. Чувствовалось, коллеги отдохнули без разрывов. Кинг оказался тут же, что было кстати. Ильи не наблюдалось — видимо, снова оценивал удобство артуровского кресла.
— Арина, — громко произнесла Констанция, привлекая всеобщее внимание, — мы с Аврелием только что сдали ловец в Архив, так что, если разрыв, наконец, случится, готовы браться за новое дело.
— А что вы сдали? — очень кстати поинтересовалась Кристина.
— О, это была Русалочка.
— Нет, я имею в виду, откуда вы взяли дело? Разрывов нет уже несколько дней.
— Ах, в этом смысле, — разумеется Констанция поняла, но изобразила легкое удивление. — Это старый висяк. Правда, не мой…
Тут она посмотрела прямо на Кинга, стоявшего у чайной станции, и широко улыбнулась. Улыбка была насквозь фальшивой, но Констанция и не старалась выглядеть искренне.