Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 25 из 128

Спустившись на первый этаж, Констанция прошла в длинный коридор и вдруг заметила у окна незнакомого высокого мужчину с широкими плечами. Он задумчиво глядел вдаль, стоя спиной к Констанции, но почему-то она была уверена: он хорош собой. Со спины так точно приятное зрелище: мускулы играют под обтягивающей торс черной футболкой, джинсы идеально сидят на фигуре, темные волосы тщательно уложены в якобы небрежную прическу.

Услышав шаги, он обернулся, и Констанция поняла, что не ошиблась. Квадратный подбородок, прямой нос, высокие скулы, пронзительные зеленые глаза в обрамлении длинных черных ресниц — идеальные мужественные черты.

Притяжение, которое вызывал его облик, можно было объяснить только книжным происхождением. Сомнений не оставалось: перед ней оказался сбежавший от Кристины персонаж.

Но у Констанции не было с собой ловца. Вздохнув, она подошла к мужчине. Нужно было заманить его в отдел или хотя бы вытащить к бегающим по библиотеке коллегам. А они пускай сами разбираются.

— Добрый вечер, — поздоровалась она и широко улыбнулась.

Щеки воспротивились непривычной мимической активности, но Констанция лишь шагнула незнакомцу навстречу, протянув руки.

— Какая удача, что я вас здесь встретила!

— Да? — удивился он, опасливо озираясь.

Неужели чувствовал ее намерения? Или опасался после того, как один раз его уже поймали? Интересно, что чувствуют персонажи, когда попадают в ловец?

— Знаете что? Вас там ждут, — она неопределенно махнула куда-то за спину.

— Кто? — настороженно уточнил мужчина.

Констанция насмешливо всплеснула руками:

— Ну а как вы думаете?

Он лишь пожал плечами. Пришлось пойти другим путем. Если простая хитрость не работала, следовало начать действовать в паттерне персонажа. Оставалось только решить, какой именно выбрать.

Констанция томно опустила ресницы, что с ее нависшим веком все равно всегда выглядело как попытка унизить взглядом. Поэтому, чтобы донести значение посылаемых сигналов, она расстегнула верхнюю пуговку белоснежной блузки.

— Душновато тут, не находите?

Он растерянно огляделся и пробормотал что-то неразборчивое.

— Слушайте, — она подошла к нему совсем близко и погладила по плечу, с удовольствием ощутив твердые мышцы под ладонью, заглянула в глаза и загадочно произнесла. — Как насчет того, чтобы немного прогуляться? Знаю одно местечко… Там тоже может быть жарко…

Красавчик обшарил глазами коридор, затем впился взглядом в вырез ее блузки — Констанция как раз расстегнула еще одну пуговку, что выглядело просто неприлично откровенно. Зато такой жест был красноречивее всяких слов.

— Мы даже не знакомы… — хрипло выдавил мужчина.

Мысленно Констанция закатила глаза.

Из какой книжки его выпустили? Что за скромник?

— Констанция, — она взяла его безвольную ладонь и изобразила рукопожатие. — Пойдем, предадимся страсти в моем рабочем кабинете.

У красавчика глаза на лоб полезли, но он не сдвинулся с места. Констанция сжала зубы. Сейчас дождется, бросит его здесь, пускай болтается в реальности, не понимая, что происходит…

— Тебе нравятся женщины? — прямо спросила она, не желая терять время понапрасну.

Он тупо кивнул.

— А я? — еще более откровенно поинтересовалась Констанция, уперев руки в бока.

Блузка при этом распахнулась, демонстрируя нижнее белье.

Красавчик чуть помедлил, но все же кивнул.

— Хочешь переспать?

Его глаза забегали. Он оттянул ворот футболки, прокашлялся, а затем дернул плечом. Но это не был жест неуверенности — мол, не знаю, хочу ли. Это была жалкая попытка скрыть за безразличием явное желание.

И тогда Констанция схватилась за мощный локоть и потащила персонажа за собой. Тот больше не сопротивлялся. Они поднялись на второй этаж, направились к отделу охотников.

— Слушай… — попытался что-то сказать красавчик, но Констанция не собиралась больше возиться с этим типом.

Она остановилась и прильнула к нему.

— Я чувствую, что мы с тобой созданы друг для друга. К чему тянуть? Все равно будем вместе, не так ли? Пойдем.

Мила и Аврелий, стоявшие неподалеку, застыли на полуслове, двое брэдберистов изумленно воззрились на Констанцию и ее спутника, Арина замерла в дверях, что вели в отдел.

В следующее мгновение в поле зрения появилась Кристина. Ее собранные в хвост волосы растрепались, футболка вылезла из-под ремня, и даже очки в темной оправе грозили вот-вот свалиться с кончика носа. Констанция подтянула за руку пойманного красавчика, чтобы на глазах у всех торжественно передать персонажа, за которым безуспешно гонялось полбиблиотеки.

— Держи своего героя-любовника.

Кристина не казалась счастливой, но выглядела крайне растерянной.

— Что… как… э-э… что случилось? — нашлась, наконец, она.

— Поймала его в коридоре по пути в столовую.

— Зачем ты поймала Тимура?

— Тим… Тимура… — выдохнула Констанция, почувствовав, что земля уходит из-под ног, а лицо, по мере осознания ситуации, заливается краской.

…Это ж надо было так опозориться…

…На глазах у всех…

— Новый переплетчик? — уточнила она все же.

Кристина кивнула, затем благодушно улыбнулась:

— А ты подумала, что это сбежавший персонаж? Понимаю, ошибиться нетрудно.

Констанция перевела взгляд на красавчика, который пару мгновений смотрел на нее в ответ, а затем расхохотался. Смех оказался приятным, глубоким, бархатистым. Но больше всего Констанции хотелось, чтобы Тимур заткнулся.

— Так вот оно что! — произнес он, отсмеявшись, пока она пыталась незаметно застегнуть рубашку. — Теперь все ясно. Ты меня ошарашила! Я не знал, что делать и как реагировать… Мало ли какие у вас тут порядки…

Каковы были шансы, что случившееся останется в секрете? И что завтра вся Библиотека не будет хихикать у нее за спиной?

Констанция подалась вперед, заставив Тимура отпрянуть, и прошипела:

— Расскажешь кому-то — придушу.

Финал видели многие, но хотя бы диалог в коридоре столовой можно было сохранить в тайне.

Тимур окинул взглядом ее лицо и тихо, будто заговорщически поинтересовался:

— То есть, не переспим?

Констанция ткнула его кулаком в плечо и поспешила покинуть коридор и всех коллег, ставших свидетелями ее позора.

Жаль, она не обладала способностью некоторых с юмором относиться к ситуациям, в которых выставила себя на посмешище. Вот Мила легко обратила бы все в шутку, а может — и в свидание.