Страница 24 из 128
Эпизод 2. Глава 3
Охота должна была начаться лишь ночью. Рассудив, что ждать столько времени в Озерках бессмысленно, Констанция и Аврелий вернулись в Библиотеку. Оставалось несколько часов, чтобы поработать.
В Библиотеке царила суматоха. Даже в таких просторных помещениях с высокими потолками и монументальными лестницами два десятка суетящихся людей создавали оживленную атмосферу.
На первом этаже холл то и дело пересекали коллеги. Не только охотники, но и Брэдбери, и переплетчики, и даже девушки из отдела кадров. На втором этаже мимо Констанции и Аврелия к лестнице пробежал Валера: его шахматный шарф развевался как флаг на старте автомобильных гонок. Валера размахивал ловцом с выпущенной антенной, что выглядело странно в этих стенах: инструменты охотников здесь не работали из-за помех, создаваемых артефактами, Архивом с ловцами и таинственной деятельностью научно-исследовательского центра.
Ближе к двери, что вела к Картотеке, Констанция и Аврелий увидели Кинга в компании Арины и Милы. Мила посмеивалась, прижимая ладонь ко рту, Арина глядела на бегающих туда-сюда коллег осуждающе, а Кинг, привалившись плечом к колонне, с ленивым интересом наблюдал за суматохой вокруг.
Аврелий тут же громко поинтересовался, что случилось.
— У нас тут побег, — Мила безуспешно пыталась совладать со смехом.
Рассказ подхватила Арина:
— Кристина ловила персонажа из любовного романа, привезла его сюда, но не сдала ловец сразу, а решила сначала пообедать. И пока она ела, он снова оказался на свободе.
— Персонажи могут сбежать из ловца? — удивился Аврелий.
— Вообще не должны. Но у переплетчиков в отделе новенький, Тимур, — прокомментировала Мила. Ее низкий голос то и дело срывался на хрипловатый смех, — и, видимо, он еще не поднаторел в этом деле. Может, плохо проклеил… Но самое смешное, что перс — какой-то альфа-самец «с глазами, как изумруды, властным голосом и манящими губами». Когда он вылез из ловца, то сразу же начал флиртовать со всеми, кто был рядом. Девчонки растерялись, и герой-любовник сбежал. Его ищут по всей Библиотеке. Так что, Конс, если встретишь симпатичного мужичка, хватай!
Констанция сложила руки на груди:
— Хотите сказать, что в здании, полном охотников и вообще книжников самого разного рода, никто не может поймать одного единственного персонажа? — тон был полон осуждения.
— Половина ржет и не может никого ловить, — отозвалась Мила невозмутимо.
— Проявите себя, Констанция, — подал голос Артур. — Поймайте персонажа, запишите его в турнирную табличку на свое имя.
— Странно, что вы сами не бросились за такой легкой добычей, — фыркнула Констанция. — Если правильно помню, пока что я вас обгоняю… Счет пять — три, не так ли?
Кинг насмешливо прищурил глаза.
— Я не слежу, — будто бы слегка снисходительно отозвался он. — Никому ненужное соперничество.
— Так не соперничай, — поправив крупные очки, отозвалась Арина, которая находила эту борьбу нездоровой.
— Сам же, как только Конс вернулась, петушком подобрался, — добавила Мила. — Прямо вторая молодость.
— Петушком? Что? — удивленно моргнув, уточнил он.
— Мы все здесь команда и работаем на благо других людей, — продолжила Арина назидательно. — Зачем соперничать?
Констанция предпочла проигнорировать эти слова, язвительно бросив Кингу:
— Только начали проигрывать и сразу решили поджать хвост? Правильно, лучше сделать вид, что отказываетесь от борьбы сейчас, чем позорно признать, что менее профессиональны, потом.
— Для таких выводов у нас будет недостаточно данных.
Порой кинговский выбор слов поражал Констанцию: все же русский был для него не родным.
— Один месяц не является показателем уровня профессионализма. Вы можете работать несколько недель, как будто у вас нет завтра, но протянете ли так два месяца? Три? К тому же, — он, наконец, отлип от стены и прошел мимо коллег, смерив их недовольным взглядом, — я не имею необходимости кому-то что-то доказывать. Эта роль принадлежит вам, Констанция.
Задело ли ее это? О да. Собиралась ли она спорить, только чтобы подтвердить его правоту? Определенно.
— Вы правда хотите нас убедить, что не пытаетесь превзойти мои результаты? — хмыкнула она. — Имейте самоуважение хотя бы признать, что соревнуетесь со мной, мистер Кинг.
Он чуть склонился к ней.
— А вам бы этого хотелось, не так ли?
Она прямо поглядела ему в глаза.
— Я перестала ждать вашего одобрения или признания еще три года назад, — сообщила она. — Теперь мне это не нужно. Но неужели вы не только самонадеянны и тщеславны, но еще и недостаточно мужественны, чтобы с достоинством признать поражение.
— Аааауч, — крайне довольно протянула Мила, явно намекая, что, по ее мнению, Констанция уложила Кинга на лопатки.
Он взял Констанцию за руку, погладив узкую ладонь. На этот раз сохранить невозмутимое лицо ей не удалось: брови удивленно поползли вверх.
— Дорогая Констанция, моя мужественность вот в этих ваших нежных руках, — он сжал ее пальцы, — умоляю, будьте снисходительны к моей самовлюбленной натуре, не ловите всех-всех персонажей на свете, оставьте мне хотя бы десять, чтобы я сумел выглядеть, как приличный книжник.
Она отдернула руку, злясь еще сильнее, чем прежде.
— Это ваш любимый прием: обесценить и обсмеять все, что оказывается хоть сколько-то значимым, чтобы никто ни в коем случае не решил, что это важно?
— Неправда. Не всё. Вы знаете об этом получше многих.
Он многозначительно взглянул на нее, и Констанция сделала шаг назад. Напоминание об эпизоде, на который он явно намекал, лишило ее уверенности. Кинг поправил жилетку и ушел прочь.
Арина тоже отправилась работать, а вот Аврелий и Мила принялись горячо обсуждать, кто был прав, а кто нет, чьи ответы показались более тонкими и колкими, и что за отношения связывали Констанцию и Артура. Говорили они быстро, силясь поспеть за скоростью мысли, стараясь при этом в каждое высказывание ввернуть шуточку.
— Я здесь вообще-то, — процедила Констанция, когда в своем диалоге они зашли слишком далеко.
— Да, но ты же все равно ничего не скажешь, — отмахнулась Мила, — нет никакого смысла тебя о чем-то спрашивать.
— Я имею в виду, что… — начала Констанция, но затем поняла, что любые воспитательные речи пройдут мимо ушей. — Я в столовую.
С этими словами она оставила коллег сплетничать дальше, сама же направилась к лестнице.